Глава 9. Звонкая пощёчина для Юй Сяогана
В дальнем углу тренировочной площадки разыгрывалась настоящая драма.
Острее всех на ошеломляющую новость отреагировал Юй Сяоган. Он застыл соляным столбом, а его лицо, и без того вечно хмурое и осунувшееся от многолетних тягот, сейчас разом потеряло все краски, сделавшись мертвенно-бледным, словно старый пергамент. Сначала его пробила мелкая дрожь, но уже через мгновение тело затряслось так сильно, будто Мастер получил мощнейший удар невидимым боевым молотом.
— Н-нет... Этого просто не может быть... — сухими, потрескавшимися губами прошептал он. Его голос, обычно полный высокомерной уверенности, теперь срывался на хрип, выдавая глубочайший шок и отчаянное отрицание. — Фальшивка... Это всё наглая ложь! Духовный Храм... Духовный Храм лжёт! Да что они вообще смыслят?! Они же ни черта не понимают в экологии духовных зверей!
Юй Сяоган резко вскинул голову. Его помутневшие, лихорадочно блестящие глаза впились в стоящего на деревянном возвышении директора Академии Нуодин — а точнее, в плотный лист пергамента, намертво зажатый в его руках. На документе багровела тяжелая сургучная печать Духовного Храма — абсолютный, неоспоримый символ высшей власти на всем континенте.
— Абсурд! Несусветная чушь! — внезапно сорвался на истеричный крик Мастер, окончательно теряя над собой контроль. Его вопль эхом разнесся над гудящей толпой, заставив студентов и преподавателей вздрогнуть. Юй Сяоган отчаянно замахал руками, словно пытаясь отогнать от себя жуткий ночной кошмар, прорвавшийся в реальность. — Как, скажите на милость, миллионы духовных зверей могли исчезнуть в одночасье?! Как растения, чьи корни глубоко уходят в землю, могли просто испариться?! Как твари, обитающие на дне океана, могли пропасть без следа?! Это противоречит всем законам мироздания! Это лишено всякой логики! Я посвятил изучению духовных зверей всю свою жизнь, и я знаю лучше кого бы то ни было: такое развитие событий абсолютно, категорически невозможно!
В его памяти яркой вспышкой пронеслись события минувших дней. Он вспомнил, с какой непоколебимой уверенностью вещал Тан Сану и другим взволнованным ученикам, что слухи об исчезновении зверей — лишь глупые сказки. Вспомнил, как высокомерно заявлял, что нужно лишь немного пораскинуть мозгами, чтобы понять истину, и как отмахивался от любых сомнений, считая их недостойными даже проверки.
Вся его былая самоуверенность, весь тот незыблемый авторитет, который он годами по крупицам выстраивал на фундаменте своих грандиозных теорий, теперь обращались в прах. Официальное заявление высшего руководства Духовного Храма, подтвержденное совместным расследованием двух великих Империй, безжалостно растоптало его труды.
Жгучий стыд и невыносимая боль от крушения всей жизненной философии захлестнули его с головой. Щеки горели огнем, словно кто-то отвесил ему наотмашь невидимую, но чудовищно унизительную пощёчину.
— Эй, это же тот самый так называемый Мастер... — зашептались в толпе студентов.
— Вы слышали, что он только что ляпнул? — язвительно хмыкнул один из старшекурсников. — Говорит, что Духовный Храм врет!
— А ведь он на днях клялся и божился, что это всё выдумки! — подхватил другой звонкий голос. — А теперь сам Духовный Храм выпустил официальный указ...
— Похоже, наш великий теоретик на этот раз крепко облажался, — раздался тихий, полный злого злорадства смешок. — Всю жизнь изучал зверей, а толку-то...
— Тс-с, потише вы! Услышит же!
Перешептывания сотен голосов, словно ядовитые сколопендры, заползали в уши Юй Сяогана. Лицо, и без того мертвенно-бледное, приобрело совсем уж землистый оттенок. Он пошатнулся, едва удерживаясь на внезапно ослабевших ногах. Образ гениального теоретика, который он так кропотливо создавал и которым жил все эти годы, рушился на глазах, рассыпаясь мелким крошевом.
— Учитель! Учитель, умоляю, возьмите себя в руки! — Тан Сан, первым заметивший невменяемое состояние наставника, метнулся к нему и крепко вцепился в его ходящие ходуном предплечья.
В душе самого мальчика в этот момент бушевал настоящий шторм. Официальное заявление Духовного Храма не оставляло камня на камне от их надежд: пугающие слухи оказались жуткой правдой! Духовные звери действительно канули в небытие! На всем необъятном континенте не осталось ни единого следа их присутствия!
Для Тан Сана эта новость прозвучала как приговор. Обладая парными боевыми духами, он, как никто другой, нуждался в колоссальном количестве духовных колец для будущего возвышения. Вымирание зверей означало лишь одно: его тщательно выверенный путь к вершинам силы был безжалостно обрублен в самом начале.
Мечты о великом будущем мгновенно заволокло пеленой растерянности и леденящей душу паники. «Если бы я только знал...» — с горечью пронеслось в его мыслях. — «Я бы не раздумывая прикрепил кольцо к своему Молоту Чистого Неба!»
— Мастер, я понимаю, насколько абсурдно всё это звучит, но, к сожалению, это неоспоримая правда! — Директор Академии Нуодин, будучи старым другом Юй Сяогана, не мог спокойно смотреть на его терзания и поспешил спуститься с трибуны. — Вчера я лично отправился в Охотничий Лес, чтобы всё проверить. Он вымер! Там не осталось ни единого духовного зверя, ни одной травинки, наделенной духовной силой!
— П-правда? — Юй Сяоган резко окоченел, уставившись на друга безумным, полным отчаяния взглядом. Заявление Духовного Храма он ещё мог попытаться оспорить в бреду отрицания, но словам директора не верить не мог.
И всё же его разум категорически отказывался принимать столь чудовищную реальность.
— Правда! — Директор с тяжелым вздохом кивнул, подтверждая свои слова.
— Нет... — В голове Юй Сяогана стоял непрерывный, оглушающий звон. Мир вокруг смазался в белое пятно. Грубо оттолкнув Тан Сана, он, пошатываясь словно пьяный, рванул в сторону ворот академии. — Не верю... Я должен увидеть это собственными глазами... Как они могли просто исчезнуть... Такого не бывает...
Спотыкаясь на каждом шагу и бормоча себе под нос бессвязный бред, Мастер бросился прочь со двора.
— Учитель! — в панике воскликнул Тан Сан и, не раздумывая ни секунды, устремился вдогонку.
Скрываясь в тени деревьев неподалеку, Су Мо молча наблюдал за развернувшейся трагедией, и на его губах играла откровенно довольная ухмылка. Он прекрасно помнил, как этот напыщенный индюк распинался перед студентами, доказывая, что исчезновение зверей невозможно. И теперь, видя, как Юй Сяоган корчится в агонии разрушенных амбиций, Су Мо испытывал поистине невероятное удовольствие.
Ничего не поделаешь, он просто терпеть не мог этого высокомерного теоретика. Каждая капля чужих страданий, особенно если страдал этот самовлюбленный глупец, была для Су Мо словно целительный бальзам.
«Значит, эта Крольчиха-хулиганка тоже обо всем прознала, вот и дала дёру», — размышлял юноша, переводя взгляд на пустующие дорожки кампуса. — «Наверняка помчалась проверять, испарились ли ее пушистые собратья...»
Вспомнив о Сяо Ву, Су Мо невольно нахмурился. Девочка немало ему помогла в прошлом, и мысль о том, что сейчас она, скорее всего, убивается от горя и паники, вызывала в груди легкий укол совести. Но он быстро отогнал эти мысли. В конце концов, в такой ситуации он ничем не мог ей помочь. Ей придется вынести этот удар самостоятельно.
Вырвавшись за пределы Академии Нуодин, Юй Сяоган нанял первую попавшуюся повозку и, подгоняя кучера криками, помчался в сторону Охотничьего Леса. Всю дорогу он сидел ссутулившись. На его изможденном лице калейдоскопом сменялись эмоции: то вспыхивало недоверие, то проступала жгучая паранойя, то черты искажались от животного страха.
«Если Духовный Храм сказал правду...» — билась в черепе паническая мысль. — «Тогда всё, ради чего я жил, всё, над чем я горбатился столько лет... Это всё просто насмешка судьбы?!»
Трактаты о повадках зверей, таблицы совместимости колец и боевых духов, графики эволюции навыков, выведенные бессонными ночами формулы поглощения энергии разных стихий... Весь этот колоссальный труд, весь этот фундамент его грядущего величия базировался на одном-единственном условии — на существовании духовных зверей!
Звери и боевые духи — две стороны одной медали, зависящие друг от друга. Убери одно, и второе потеряет всякий смысл. Без зверей все его революционные исследования превращались в ворох бесполезной макулатуры. Дело всей его жизни обращалось в грязную лужу.
Едва повозка затормозила у опушки Охотничьего Леса, Юй Сяоган пулей вылетел наружу и безумцем бросился в чащу, отчаянно шаря налитыми кровью глазами по кустам. Тан Сан, стараясь не отставать, тенью следовал за ним, готовый в любой момент поддержать наставника.
— Невозможно... — бормотал Мастер, разгребая руками колючие ветви. — Это абсолютно немыслимо...
Охотничий Лес встретил их оглушающей, мертвенной тишиной. Точнее, лес жил своей обычной, животной жизнью: в вышине щебетали простые птицы, в траве шуршали букашки, шелестела листва... но во всем этом великолепии не было ни единой искры духовной энергии. Лес был опустошён.
Дрожащими руками Юй Сяоган прокладывал путь к местам, которые помнил как свои пять пальцев. Он бросился к поляне, где еще пару дней назад приметил малоподвижные растительные духи, но нашел лишь примятую траву. Исчез даже десятилетний Одинокий Бамбук, который он так нахваливал Тан Сану!
— Невозможно... — Юй Сяоган рухнул на колени прямо на сырую землю. Плечи его поникли, а из горла вырвался сдавленный, полный отчаяния стон. — Такого просто не может быть...
Великий Мастер был сломлен.
Тем временем, скрываясь в густой кроне многовекового дуба неподалеку, два агента Духовного Храма с холодным равнодушием фиксировали всё происходящее в свои блокноты.
— И о чём только думает Верховный Понтифик? — раздраженно фыркнул первый, быстро строча пером. — Зачем нам тратить время, следя за состоянием этого куска мусора?
— Слышал я, что Верховный Понтифик сейчас созывает светлейшие умы со всего континента, чтобы найти замену духовным кольцам, — хмыкнул второй, не сводя презрительного взгляда с рыдающего на земле мужчины. — И, говорят, этот самый Юй Сяоган был у него на особом счету.
— Что ж, судя по тому, что мы видим, — первый агент насмешливо скривил губы, захлопывая блокнот, — Верховный Понтифик в этот раз крупно просчитался!
http://tl.rulate.ru/book/205604/25423748
Готово:
