Глава 16. Шестнадцатый день выращивания 2D-мужа
Шэн Цяо проверяла удачу, открывая подарочные коробки, а человек, закончивший работу, смотрел в её сторону:
— Шэн Цяо?
— М?
Она запихнула в системный склад шесть выпавших мышек и три клавиатуры и, что случалось редко, начала раздражаться.
Чёрт, эта мусорная система точно подкрутила шанс выпадения! Она уже почти пятьдесят подарочных коробок открыла, а там не то что нефритового ожерелья — даже обычного ожерелья ни разу не было. Эта штука вообще существует?!
Мужчина некоторое время смотрел в её сторону, а потом тихо спросил:
— Как ты спала прошлой ночью?
Шэн Цяо просто перестала открывать коробки, глубоко вдохнула и сказала:
— Более-менее.
Нефокусированный взгляд Си Ханьши на миг задержался на ней, затем сместился. Опущенные ресницы бросили тень на лицо, холодное и светлое, как нефрит.
— Угу.
Голос его был очень тихим, с явной хрипотцой:
— Не забывай отдыхать.
Шэн Цяо лежала на кровати и смотрела на персонажа на экране. С досадой ткнув в экран, она нерешительно спросила:
— Ты закончил работу?
Пальцы Си Ханьши слегка дрогнули.
— Угу.
Шэн Цяо облегчённо выдохнула:
— Тогда пойдём поедим, хорошо?
Этот рабочий режим был просто демоническим.
Она уже почти тысячу туда задонатила, а всё ещё не открыла подарок, о котором говорила система. Психика у неё немного посыпалась, и теперь даже фон этого режима вызывал у неё боль в груди.
В этой бездонной яме для денег она больше оставаться не могла.
Она просто хотела романтики!
Ресницы Си Ханьши дрогнули. Он поджал губы:
— Угу.
Они спустились в известный ресторан морепродуктов внизу. Пока они выбирали блюда, Си Ханьши в шумном людском гуле тихо спросил:
— Смотреть, как я работаю, скучно?
Шэн Цяо как раз сосредоточенно выбирала блюда и не очень расслышала:
— Что?
Си Ханьши:
— Ничего.
Из-за травмы глаз ему было неудобно выбирать блюда, поэтому Шэн Цяо читала ему названия одно за другим.
NPC-официант подошёл к ним, сначала с завистью сказал, что у них такие хорошие отношения, а потом с энтузиазмом стал рекомендовать действующий в ресторане парный набор: ужин на двоих, половина стоимости, плюс можно оставить подписи на память.
Шэн Цяо страшно заинтересовалась. Написав на листке то, что хотела, она снова взяла ручку и спросила Си Ханьши, что он хочет написать.
Си Ханьши сказал:
— Я сам напишу.
Только тут Шэн Цяо вспомнила, что утренняя записка тоже была оставлена её 2D-мужем. Значит, обычное письмо у него не должно вызывать проблем. Она передала ему ручку.
Официант забрал записку и начал подавать блюда.
В клубящемся тёплом паре черты лица мужчины были неясными, словно цветы за туманом, будто покрытые лёгкой дымкой. Но в его светло-серых глазах поднялась чайная рябь, словно он сквозь сплошную зелень нефрита смотрел на неё в ответ.
Шэн Цяо на миг засмотрелась. Когда она пришла в себя, в телефоне уже появилось ещё несколько скриншотов, а системная подсказка всё ещё висела на странице.
Мужчина перед ней был изящен и прекрасен, черты лица и без того тонкие, а сейчас особенно мягкие. Инвалидную коляску закрывало светло-голубое окно диалога, и выглядело всё так, будто перед ней настоящий Си Ханьши.
Не ослепший, утончённый и прекрасный Си Ханьши.
Шэн Цяо замерла и даже не заметила, что раньше система никогда не показывала подобных диалоговых окон.
Будто система знала, что она только что отвлеклась, и специально вывела для неё его последние слова.
Шэн Цяо опустила взгляд.
Си Ханьши: Так уже очень хорошо.
**
В конце концов Шэн Цяо всё-таки открыла то самое нефритовое ожерелье. Поскольку задонатила слишком много, считать расходы ей уже было лень. Она просто решила: с глаз долой — из сердца вон, отправила ожерелье нужному NPC по подсказке системы и больше этим не занималась, полностью сосредоточившись на тренировках танца.
Преподавательница танцев, которая занималась с Шэн Цяо, была преподавателем известного художественного вуза неподалёку. График у неё был свободный, и иногда, когда находилось время, она оставляла Шэн Цяо сообщение, предлагая прийти к ней потренироваться.
Когда у Шэн Цяо было время, она всегда ходила.
Сегодня вечером было так же. Вообще-то вчера у них уже было занятие, но сегодня днём преподавательница внезапно написала, что вечером будет в танцевальном зале, и предложила Шэн Цяо зайти, если та свободна.
Шэн Цяо пошла.
Когда она пришла, преподавательница уже переоделась в танцевальную одежду и тренировалась перед зеркалом.
Шэн Цяо вежливо поздоровалась, переоделась и вернулась. Преподавательница как раз держала стакан с водой, слегка подняла подбородок и сказала:
— То, что вчера учила. Покажи.
Шэн Цяо послушно вытянула руку. Движения её были лёгкими, словно полёт испуганной птицы, гибкими и красивыми.
Преподавательница кивнула.
Техника была правильной, но не хватало силы и размаха.
Поэтому она без всякой мягкости взялась её поправлять. Так незаметно прошло два часа, и только тогда преподавательница поняла, что время уже вышло. Она махнула рукой, показывая, что Шэн Цяо может идти.
Шэн Цяо, которая даже во время отдыха только растягивала ноги и пила воду, спросила:
— Учитель, как вы думаете, с моим нынешним уровнем я уже могу самостоятельно станцевать один танец?
Преподавательница поставила стакан:
— Для дорамы — можно. Для реальности — и не думай.
Сказано было безжалостно:
— Я знаю, ты хочешь станцевать хорошо. Но ты ведь только сейчас начала тренироваться… Дойти до такого уровня уже неплохо. Вернёшься — не забудь намазать лекарство. И больше не повышай себе нагрузку. Ради одной дорамы получить растяжение не стоит.
Шэн Цяо кивнула и послушно согласилась.
Вернувшись в квартиру и рухнув на кровать, она, придерживая шею, только тогда позвонила своему агенту:
— Сестра Ван.
У сестры Ван было много артистов. За каждым уследить было просто невозможно. К тому же с такой никому не известной актрисой, как Шэн Цяо, которая всё время болталась где-то за пределами восемнадцатого эшелона, даже если пустить всё на самотёк, больших проблем всё равно не случится. Поэтому сестра Ван просто махнула рукой и почти не занималась ею.
С ролью в «Роковой любви красавицы» было так же. Да, это была третья женская роль, но экранного времени всё равно маловато. С рекламными контрактами популярной женской группы, которую вела сестра Ван, это вообще нельзя было сравнивать. Ей, естественно, было лень вникать, и она позволила Шэн Цяо самой всё устраивать.
Шэн Цяо это тоже устраивало.
Если бы дело уже не дошло почти до подписания договора, она бы не стала её беспокоить.
Но на следующий день, когда Шэн Цяо пришла в съёмочную группу, помощник режиссёра только неловко смеялся. А когда появилась другая актриса третьего эшелона, тут же поспешил ей навстречу:
— Да-да, договор уже подготовлен. За сценарий не беспокойтесь, мы уже просим людей его переписать.
Шэн Цяо почти мгновенно застыла на месте и всё поняла.
Роль, которую обещали ей, перехватили.
Ей почти не нужно было разбираться, чтобы понять, кто это сделал.
Характер у неё был прямой, но с людьми из круга она общалась совсем немного.
Кто ещё мог специально ради такой никому не известной мелочи, как она, пустить в ход свои связи и только перед самым подписанием договора заставить кого-то отобрать роль?
А та актриса ещё и сняла солнечные очки, оглядела её несколько раз и сказала:
— Вот она?
Скрестив руки на груди, она с полным презрением в голосе холодно усмехнулась:
— Ю Дань и правда всё хуже с годами.
Ресницы Шэн Цяо дрогнули. Только встретившись с сердитым взглядом сестры Ван, она пришла в себя. Бледная, с поджатыми губами, она вернулась в квартиру.
Преподавательница танцев позвонила и спросила, нужно ли ей после выхода на съёмки ещё закрепить танец. Бесплатно.
Шэн Цяо потёрла глаза. Голос её, впрочем, оставался ровным:
— Не нужно. Спасибо, учитель.
Преподавательница немного пожалела, сказала ей ещё несколько слов о том, чтобы она продолжала стараться и что основа у неё неплохая, а потом повесила трубку.
Шэн Цяо сидела на кровати, обхватив ноги. Некоторое время она сидела с закрытыми глазами и только потом открыла телефон.
Дверь домика открылась. Си Ханьши, который на выходных вернулся домой отдыхать, услышал звук и повернул голову.
— Шэн Цяо?
Этот знакомый низкий голос в одно мгновение заставил нос Шэн Цяо защипать, хотя до этого перед людьми она была совершенно спокойна.
Она положила голову на колени и глухо ответила:
— Угу.
А когда он мягко спросил: «Что случилось?» — она уже не смогла сдержаться и всхлипнула.
Одной рукой она нажимала кнопку ввода, другой беспорядочно вытирала слёзы. Но чем больше вытирала, тем сильнее они текли, и в конце концов она не удержалась и начала всхлипывать.
Она просто любила играть.
Просто любила своего персонажа.
Она не считала, что сделала что-то плохое, но всё равно из-за такой вещи потеряла роль, к которой готовилась целый месяц.
Шэн Цяо было обидно.
Ей было ужасно обидно.
Но при этом ей некому было рассказать.
Только Си Ханьши.
Только Си Ханьши был тем человеком, который безусловно встанет на её сторону.
http://tl.rulate.ru/book/204792/25063746
Готово:
