После введения нового препарата лихорадка у младенцев постепенно пошла на спад, а сыпь начала исчезать. Понаблюдав за ними около двух часов, Дрейк наконец услышал заветный системный сигнал о продлении жизни. Это означало, что все восемь малышей были спасены.
[Успешное спасение. Жизнь продлена на восемь дней. Текущее оставшееся время: 14 дней и 20 часов.]
Внезапно получив такое огромное количество жизненной энергии, Дрейк почувствовал невероятную легкость в теле, будто он шел по воздуху. По всему организму разлилось непередаваемое ощущение комфорта. Впервые с момента его появления в этом мире давящее чувство скорой смерти немного отступило. Натянутая струна в его душе наконец смогла слегка расслабиться.
Все вокруг заметили, что Дрейк буквально светится от радости. Вот только коллеги решили, что он празднует успешное исцеление младенцев, и никто не догадывался, что интерн радуется за самого себя.
— Все получилось, верно? — вопрос Хауса вернул парящего в облаках Дрейка к реальности.
— Да, все получилось.
Хаус удовлетворенно кивнул:
— Ладно, дальнейший уход за ними оставляем на медсестер, а сами идем ужинать. Чейз, в твоей колымаге найдутся свободные места?
— Конечно, всегда к вашим услугам.
...
Вскоре вся пятерка в гражданской одежде уже переступила порог ресторана Elements. После успешного купирования внезапной вспышки вируса все чувствовали себя превосходно, поэтому дорога до заведения прошла за веселыми разговорами и шутками.
Однако Хаус и Форман то и дело сознательно переводили тему разговора на Дрейка, пытаясь прощупать его прошлое. Хаусу, если он действительно собирался сделать парня своим четвертым ассистентом, необходимо было прояснить его профессиональный уровень и биографию. В квалификации Дрейка он за эти дни уже успел убедиться лично, тут вопросов не возникало. Но вот в биографии... Доктор знал лишь красивую легенду о том, что Дрейк якобы служил полевым медиком в зоне боевых действий. Честно говоря, Хаус в это слабо верил. Дрейк со своим изможденным и болезненным видом совершенно не походил на закаленного войной, несгибаемого военного врача. Ему нужно было выяснить, что скрывает этот парень.
Что касается Формана, то он рассчитывал в процессе совместного ужина вытянуть из Дрейка какой-нибудь компромат, чтобы в будущем вышвырнуть его из больницы. В итоге все разговоры за столом неизбежно свелись к прошлому интерна.
Хаус отхлебнул кофе и как бы между прочим заметил:
— Дрейк, ты как-то упоминал, что служил военным врачом в горячих точках. Тебе там попадались какие-нибудь особо уникальные, сложные патологии? Ты же знаешь, я просто помешан на редких болезнях.
После этих слов в отдельном кабинете сразу воцарилась тишина. Кроме Хауса, никто из троих ассистентов даже не подозревал о подобных фактах из жизни новичка.
Кэмерон первая выразила сомнение:
— Да ладно, быть не может. Он ведь такой молодой, когда бы он успел побывать на войне?
Пришедший в себя Чейз тоже вставил реплику:
— Хаус, ты же шутишь? Посмотрите на комплекцию Дрейка, я сомневаюсь, что он сможет без одышки пробежать несчастные восемьсот метров.
Форман лишь презрительно фыркнул. Затем он внезапно поднялся из-за стола, отошел на свободный участок пола и, указав двумя пальцами себе на глаза, сделал Дрейку жест «смотри и учись». После чего он принял упор лежа и начал технично отжиматься на одной руке.
Выдав ровно тридцать повторений, Форман поднялся на ноги без малейших признаков одышки и победно произнес:
— Вот если Дрейк сможет повторить то же самое, я поверю в его байки про военно-полевую хирургию. В противном случае вся эта история окажется обычным враньем, которое он сам же и выдумал.
Дрейк усмехнулся и тоже спокойно поднялся со своего места, выходя на свободное пространство. Заметив, что интерн действительно собирается принять вызов, Форман язвительно бросил:
— Парень, если не уверен в себе, лучше не позорься. А то вместо ужина нам придется экстренно везти тебя в отделение неотложной помощи и откачивать.
Дрейк ничего не ответил, лишь мысленно активировал усиление конечностей. Затем он опустился к полу и, уперевшись в паркет всего двумя пальцами одной руки, начал легко и непринужденно отжиматься.
На двух пальцах?!
У всех присутствующих при виде этой картины одновременно отвисли челюсти. Любой, кто хоть раз в жизни занимался спортом, прекрасно понимал, насколько тяжело даются отжимания на одной руке. А делать это на пальцах? Это уровень, который находится за пределами возможностей обычного человека! Тем более что Дрейк сейчас использовал всего два пальца на одной руке!
Разве нормальный человек способен на такое?
Пока команда пребывала в глубоком шоке, не в силах вымолвить ни слова, Дрейк без видимых усилий завершил тридцать повторений. Судя по его абсолютно ровному дыханию и спокойному лицу, это упражнение стало для него не более чем легкой разминкой.
Только тогда Дрейк перевел взгляд на ошеломленного Формана и выдал серию вопросов:
— Ну как? Достаточно? Теперь веришь?
Эти три вопроса заставили Формана мгновенно замолчать. Кто бы мог подумать, что этот худой и вечно бледный парень обладает такой невероятной физической силой? Тут сложно было винить Формана в близорукости, просто Дрейк в очередной раз сломал все стереотипы.
Теперь сомнения отпали не только у Формана, но и у Хауса, который до последнего искал подвох. Чейз поспешно сделал приличный глоток вина, чтобы унять дрожь в руках. Отжимания на двух пальцах выглядели слишком пугающе. Пускай у Дрейка был небольшой собственный вес, способность выполнять такие трюки наглядно доказывала, что его физическое состояние далеко не такое хрупкое, каким кажется со стороны.
Сидевшая за столом Кэмерон, завороженная этой внезапной демонстрацией силы, смотрела на Дрейка сияющими глазами.
Вернувшись на свое место, Дрейк, сохраняя абсолютно невозмутимый вид, принялся беззастенчиво конструировать ужасы войны, опираясь на свои воспоминания о просмотренных фильмах.
— Вообще-то на войне практически не бывает уникальных или сложных патологий. Там все решает один ключевой фактор, и это время. В периоды затишья бойцов со сложными внутренними болезнями просто эвакуируют в глубокий тыл для нормального лечения. А во время активных боев, к сожалению, нет ни условий, ни времени, чтобы копаться в диагнозах, так что раненым приходится вывозить все на собственном характере. Моей основной работой там было латание огнестрельных ранений, и в этом деле я сейчас разбираюсь лучше всего. Именно поэтому я и теперь иногда беру подработку на стороне, помогая определенным людям вытаскивать пули. В конце концов, пока больница не выплатила мне первую зарплату стажера, мне тоже нужно на что-то жить.
Дрейк технично и изящно перевел тему разговора в настоящее время. У него ведь не было реального прошлого в этом мире, и чем масштабнее будет его ложь о былых временах, тем выше риск запутаться в деталях. Куда правильнее было переключить их внимание на текущие события.
И его расчет оправдался. Стоило Дрейку упомянуть о криминальной подработке, как вся компания уставилась на него с диким любопытством.
Огнестрельные ранения! Это же пулевые раны! Те, кто получает пули и при этом принципиально не обращается в полицию, могут быть только людьми из криминального мира. Неужели этот интерн водит дружбу с такими опасными элементами?
В таком разрезе биография Дрейка казалась по-настоящему пугающей. Сначала жестокая война, теперь контакты с организованной преступностью. Хаус, подумав об этом, даже ощутил легкий приступ головной боли. Ему вовсе не улыбалось в один прекрасный день узнать, что его перспективного ассистента прирезали в каком-нибудь грязном тупике. Может, идея взять Дрейка в команду изначально была ошибкой?
Сидевший рядом Форман наотрез отказывался верить, что у практиканта хватит духу связываться с подобным контингентом. Сам Форман вырос в неблагополучном гетто и слишком хорошо знал повадки бандитов. Обычный человек не способен вести с ними дела, эти типы при любой непонятной ситуации сразу хватаются за стволы.
Форман нахмурился и прервал его:
— Ладно, хорош заливать, твои сказки уже выходят за рамки разумного. На тебе же живого места не должно быть, невозможно крутиться среди бандитов и ни разу не получить на орехи. К тому же, если бы ты реально вел с ними дела, агенты давно бы сидели у тебя на хвосте, они свой хлеб не зря едят!
Не успели слова Формана затихнуть, как его глаза резко округлились от удивления.
В этот самый момент в зал ресторана зашли двое мужчин в строгих костюмах. Они быстро осмотрелись по сторонам и уверенным шагом направились прямиком к их столику.
Под удивленными взглядами присутствующих медиков оперативники синхронно предъявили свои служебные жетоны и, обращаясь к интерну, твердо произнесли:
— Мистер Дрейк, вам необходимо проехать с нами для содействия расследованию. Просим вас следовать за нами.
http://tl.rulate.ru/book/204698/24994913
Готово:
