Вся команда поспешно направилась в отделение интенсивной терапии акушерского отделения. Того самого ребенка к этому моменту уже перевели сюда.
Увидев за спиной Хауса Дрейка, дежурная медсестра удивленно приоткрыла рот и растерянно произнесла:
— Вы действительно работаете в отделении диагностической медицины?
Дрейк лишь слегка улыбнулся и промолчал.
Кэмерон, заметив этот короткий обмен репликами между интерном и медсестрой, с любопытством взглянула на Дрейка и тихонько спросила:
— Вы знакомы?
Дрейк так же негромко ответил ей на ухо:
— Только что познакомились, до этого возникло небольшое недоразумение из-за моего статуса.
Услышав, что они едва знакомы, Кэмерон неосознанно облегченно выдохнула, причем сама даже не заметила этого жеста.
Шедший впереди Хаус полностью проигнорировал приветствия персонала. Он сразу же взял со стойки медицинскую карту и принялся изучать записи, а спустя пару минут, нахмурившись, констатировал:
— Дрейк оказался прав, по больнице расползается какая-то неизвестная зараза. Потому что у лежащего по соседству мальчика тоже беспричинно подскочила температура. Разница между началом лихорадки у них составляет меньше четырех часов. При этом оба они появились на свет в одном и том же родильном зале, а их матери лежали в соседних послеродовых палатах. Это идеальные условия для передачи инфекции.
Форман нахмурился, выражая сомнение:
— Но у этой девочки жар вызван кишечной непроходимостью, а у мальчика просто системная лихорадка без явных очагов. Разве между ними есть связь?
Хаус бросил на Формана снисходительный взгляд и протянул ему рентгеновский снимок:
— Разуй глаза и посмотри сам. В кишечнике отчетливо виден воздух, так что никакой непроходимости там быть не может. Это просто ошибка местных специалистов, у которых явные проблемы с квалификацией. Дрейк, обойди весь акушерский корпус и осмотри каждого младенца. Проверяй любые намеки на схожие симптомы и сразу изолируй подозрительных. И еще, Чейз, дуй к главврачу. Передай ей от моего имени, чтобы больница немедленно закрыла акушерское отделение на прием новых рожениц, усек?
Чейз кивнул и быстро направился к лифтам.
После этого Хаус повернулся к оставшимся помощникам:
— Начинайте стандартную поддерживающую терапию для этой пары. Мне в кратчайшие сроки нужны результаты их анализов и динамика ответа на препараты.
Вскоре Дрейк завершил полный обход палат и обнаружил еще шестерых новорожденных с точно такой же высокой температурой.
Когда он принес эти данные в ординаторскую, все присутствующие ощутили, как на них навалился колоссальный груз ответственности. Результаты экспресс-осмотра показывали, что у всех восьмерых младенцев наблюдался сильный жар и стремительно падало давление, из-за чего сердце едва справлялось с сокращениями. При таком агрессивном течении болезни дети могли погибнуть в течение суток. А это означало, что сразу восемь семей столкнутся со страшной трагедией.
И теперь вся тяжесть задачи по поиску источника заражения легла на плечи команды диагностов.
Изучая список симптомов, выписанных на маркерной доске, Хаус перевел взгляд на Дрейка, который первым забил тревогу:
— Из каких палат эти дети, у них есть какие-то точки соприкосновения?
Дрейк, заранее просчитавший этот момент, принялся аккуратно направлять мысли Хауса в нужное русло:
— Роды проходили в двух разных залах, послеродовых палат всего четыре. Общего персонала у них не было, медицинские инструменты тоже использовались разные. Теоретически путей для перекрестного заражения нет, но я заметил одну деталь, со всеми этими младенцами контактировал один конкретный человек.
— Кто именно?
— Пожилая женщина, которая развозит по палатам сувенирные мягкие игрушки. Причем я обратил внимание, что она грубо нарушает санитарный режим, работает без маски и не пользуется одноразовыми стерильными перчатками. Это указывает на высокую вероятность того, что новорожденные подхватили какой-то взрослый вирус.
Выслушав эту стройную теорию интерна, Форман тут же выступил с резким опровержением:
— Будь это взрослый вирус, с чего бы заболеть только младенцам? Почему у их родителей нет абсолютно никаких симптомов? И как ты объяснишь тот факт, что в анализах крови уровень лимфоцитов остается в пределах нормы? К тому же мы уже ввели им рибавирин, но никакой положительной динамики нет. Я считаю, нам нужно в первую очередь проверять версию бактериальной инфекции.
Дрейк покачал головой и указал на главный уязвимый пункт в его рассуждениях:
— Если мы решим отрабатывать бактериальную версию, мы просто похороним этих детей. Бактериологический посев готовится минимум сорок восемь часов, у новорожденных банально нет этого времени. Единственный вариант при таком подходе состоит в том, чтобы начать слепую терапию разными антибиотиками, сделав из одних младенцев подопытных ради спасения других. Это слишком рискованная авантюра, которая гарантированно будет стоить жизни нескольким малышам. Я по-прежнему настаиваю на своей гипотезе. Иммунитет новорожденного формируется за счет материнских антител. Мое предложение, нужно взять образец крови у любого абсолютно здорового младенца в качестве контрольной группы. Затем проверить, каких именно вирусных антител не хватает в организмах матерей заболевших детей. Так мы сможем методом исключения быстро вычислить конкретный вирус. Для этого потребуется сделать забор крови всего у восьми рожениц и той самой разносчицы игрушек.
Выдав этот монолог на одном дыхании, Дрейк на автомате потянулся к столу за чашкой кофе, но пальцы схватили пустоту. В этот момент Кэмерон молча протянула ему свою чашку. Дрейк на секунду растерялся, затем благодарно улыбнулся девушке и залпом осушил чашку с горьким напитком.
Хаус тем временем напряженно взвешивал в уме все плюсы и минусы предложенной интерном схемы. Форман сидел рядом с видом человека, который хочет возразить, но не может найти хоть какой-то изъян в логике Дрейка.
План практиканта позволял максимально оперативно подтвердить или опровергнуть версию группового вирусного заражения. В то время как задумка Формана требовала поставить на кон жизни младенцев. Разница в эффективности и безопасности обеих методик была очевидна.
В итоге Хаус принял окончательное решение:
— Действуйте. Забирайте кровь у матерей. Если мне не изменяет память, на пятом этаже есть одна здоровая девочка, которую еще не успели выписать, возьмите у нее образец для контроля. Сначала исключим невирусную инфекцию, а уже потом перейдем к рискованным мерам.
При этих словах шефа Кэмерон первая облегченно выдохнула. Ведь если бы им пришлось действовать по схеме Формана, используя ванкомицин против потенциального метициллин-резистентного золотистого стафилококка и добавляя азтреонам для перестраховки, им бы пришлось прямо сейчас идти к родителям и советовать готовиться к худшему. Кэмерон больше всего на свете ненавидела такие разговоры, ей было физически больно лишать людей надежды.
А метод Дрейка позволял изящно обойти этот кошмарный сценарий. Даже если в финале теория интерна провалится и им все равно придется рисковать, у нее по крайней мере будет время перевести дух и морально подготовиться. Сейчас же от нее требовалась лишь простая рутинная работа по сбору образцов крови.
Заметив, как заметно расслабилась Кэмерон, Хаус понимающе прищурился. Он прекрасно видел эту внутреннюю уязвимость своей помощницы. Если оценивать команду, то Форман сейчас окончательно потерял хладнокровие, скатившись до банальной травли новичка. Кэмерон была слишком мягкотелой, а Чейз из-за своего обеспеченного семейного происхождения относился к обязанностям без должного рвения. Хаус мысленно констатировал, что вся его тройка дипломированных ассистентов на данный момент уступала по эффективности одному-единственному интерну-первогодке. И этот факт его откровенно разочаровывал.
Похоже, после окончания смены нужно будет обязательно побеседовать с Дрейком с глазу на глаз и выяснить, что за фрукт перед ним находится. С этими мыслями Хаус направился в сторону амбулаторной клиники, ему еще нужно было отработать прием. А бумажная и лабораторная рутина вполне могла обойтись силами четверых подчиненных. Когда придут результаты тестов, он вернется и примет окончательное решение.
http://tl.rulate.ru/book/204698/24994907
Готово:
