Прежде чем пес снова успел броситься на него, Леон в мгновение ока проявил чудеса реакции. Он вытянул левую руку, ухватился за кинжал, торчащий в собачьей шее, и с силой выдернул его! Пшик—!
Зажав железное лезвие в руке, он изменил угол и снизу вверх вонзил длинный кинжал, покрытый черной кровью, прямо в собачью голову. Леон изо всех сил вдавил лезвие в щель под нижней челюстью боевого пса. До мозга оставалось всего пара дюймов.
Мертвый пес еще яростнее забил телом. Леон отчаянно вцепился в рукоять; если он упустит этот с трудом добытый шанс, все усилия пойдут прахом.
— А-а-а-а-а!!! — взревев, он правой рукой изо всех сил толкнул тело боевого пса, упираясь коленями, чтобы перевернуться.
Леон попытался столкнуть барахтающегося свирепого зверя в ловушку рядом с собой. Внезапно справа пришла подмога. Оказалось, что это Азериэн, снова бросившись вперед, со всей силы врезался в боевого пса.
В конце концов, этот малейший дисбаланс заставил свирепого зверя опрокинуться влево от Леона. Безмозглый живой труп, естественно, не мог анализировать стратегию врага. Его тяжелое тело ожидаемо проломило тонкий земляной камуфляж, и оно рухнуло в яму-ловушку.
Перевернувшийся вместе с ним Леон не разжимал рук. Сжимая рукоять кинжала, он рухнул вслед за ним в не слишком глубокую яму.
Короткие, толстые деревянные колья на дне ямы под тяжестью рухнувшего боевого пса легко пронзили его тело. Леон почувствовал резкую остановку, и, используя силу падения, левой рукой по самую рукоять вогнал лезвие кинжала в мозг собаки.
Постепенно живой труп перестал двигаться. Он наконец-то стал настоящим трупом.
— Леон! Ты как?! — крикнул Азериэн, склонившись над краем ямы и заглядывая внутрь.
— Ха, всё в порядке, эта мертвая псина смягчила удар, я не ранен, — радуясь своей удаче, ответил Леон, подняв голову.
Обернувшись и взглянув на глаза боевого пса, в которых уже угас кроваво-красный призрачный свет, он, не успокоившись, еще раз провернул кинжал. Затем вытащил его и снова вонзил прямо в глазницу трупа, нанеся еще несколько ударов подряд, пока не убедился, что мозг превратился в кашу. Только после этого он остановился.
Поднявшись и наступив на собачий труп, Леон ухватился за протянутую руку товарища и с трудом выбрался из ловушки. Но не успели они с Азериэном отдохнуть и перевести дух, как оба с ужасом уставились на происходящее впереди.
Неизвестно когда высокая, внушительная человеческая тень, ступая странным шагом, вышла из лесного мрака. Шлеп... Шлеп... Шлеп... Шлеп...
Звонкий, мощный лязг металлических пластин брони и звуки шагов, казалось, отдавались прямо в сердцах Леона и Азериэна. Роскошный длинный меч, раскачивающийся в руке фигуры взад-вперед в такт шагам, мерцал ослепительно-холодным блеском.
Их взору предстали полностью экипированные рыцарские доспехи.
Тяжелые, прочные пластины брони отличались сложной и изящной отделкой. На наплечных щитках был выгравирован родовой узор в виде роз с шипами. Шлем доспехов давно исчез, а на обнаженном человеческом черепе высохшая кожа плотно обтягивала кости. Холодное, зловещее кроваво-красное призрачное пламя в черных провалах глазниц выдавало его сущность.
Человеческий рыцарь, превратившийся в живой труп.
Несмотря на то, что они уже столкнулись с опасным и свирепым мертвым псом, стоящий перед ними мертвец, некогда бывший человеком, вызывал еще более пронизывающий холод. Чувство необъяснимой опасности, зародившееся в сердце Леона, было даже сильнее, чем при виде той боевой гончей.
Подобный упырю рыцарь-нежить словно почуял дыхание живых существ. Его шаги ускорялись, переходя на бег.
"Твою ж мать..." — мысленно выругался Леон.
Им даже вздохнуть не дали! Неужели та мертвая псина была питомцем этого парня? Они с Азериэном не смели медлить. Вскочив на ноги, они пустились наутек.
Но пока они бежали в противоположном направлении, беда не пришла одна. Из чащи леса по другую сторону раздался знакомый рев, зовущий смерть.
— ...Убить!.. Убить всех! Жителей Кантадара... убить всех! Любого, кто помешает мне спасти сестру... убить... убить! Убить! Убить!.. — голос ненависти, затуманенный Демоном Гнева, звучал всё ближе.
Леон остановился, мысленно содрогаясь от отчаяния. Весь покрытый кровью Лохак на огромной скорости мчался прямо к этой поляне!
Мощный юноша с искаженным от ярости лицом в одной руке сжимал окровавленный острый меч, а в другой нес только что отрубленную голову живого трупа.
Кольчуга на его теле свидетельствовала о пережитых им жестоких сражениях: кольца и железные пластины были сплошь покрыты расколотыми и пробитыми брешами разного размера. Леон резко затормозил. Что бы там ни было, по крайней мере, теперь им не придется прятаться от рыцаря-упыря и одновременно с мучительным ожиданием высматривать Лохака.
Юноши изменили направление и побежали к краю формации.
— Остальное оставь мне. Пока они отвлечены магическим кругом, скорее прячься в лесу на окраине! — крикнул Леон Азериэну, приказывая разделиться, а сам остановился на границе круга.
Обернувшись, он напряженно наблюдал, как Лохак постепенно приближается к границе ритуала. Даже рыцарь-упырь с другой стороны уже ступил на границу.
"Вот и отлично, прихлопну вас обоих одним махом".
Леон поднял руки, развернул ладони к центру формации и начал читать заклинание:
— Истина здесь! Я приказываю своим именем! Взываю к вратам преисподней! Взываю к дракону вечной мерзлоты Мертвого Моря! — произнес он на древнем языке Лорелит....
— ...Духи, не знающие покоя, тени по ту сторону этого мира... — продолжал он читать заклинание на древнем языке Лорелит.
Видя, как упырь и Лохак, словно два свирепых божества смерти, бросились на него слева и справа, Леон в панике затараторил заклинание, и его взволнованный голос звучал всё торопливее. Площадь магического круга была все-таки слишком мала. Диаметр всего в десять метров они пересекли за считанные секунды. Первой нагрянула высокая и мощная нежить.
http://tl.rulate.ru/book/203361/24091578
Готово:
