Глава 76. Изрядное состояние
Когда Чжан Ян осознала, что каждый человек, которого она видит, носит в себе экскременты, ей стало не по себе. Словами её образцов для наблюдения это называлось: «Что за чушь разработчики засунули в память их искусственных мозгов?»
Она потёрла виски.
— Образцы говорили только, что шестнадцатилетняя игра — сплошная гора дерьмового кода, но они не упоминали, что там есть и сам код дерьма.
Сегодня она воистину расширила свой кругозор.
— Впрочем, они часто твердили, что разработчики любят вставлять свои маленькие «гениальные» идеи в самые неожиданные места. Может, это тоже одно из их «озарений»? — Чжан Ян сидела на корточках на крыше, судя по её отсутствующему взгляду, она уже давно витала в облаках. Сцена, свидетелем которой она стала, потрясла её до глубины души, и она до сих пор не могла прийти в себя.
Дами положил свою огромную голову ей на колени, довольно похрапывая. Его мощный хвост вдруг схватили. Тигр, ещё не проснувшись толком, оторопел, но инстинкты мгновенно включились — он хотел было обернуться и отвесить наглецу оплеуху, но, узнав похитителя хвоста, тут же сник. Позорно приняв позу, он замер, позволив себя разглядывать.
— Ты тоже какаешь, Дами?
Дами: «…»
Это вообще человеческие слова?
Чжан Ян отпустила его хвост и, вздохнув, уселась обратно. Дами, боясь уйти — как бы не влетело, и боясь остаться — как бы не пристали, поджал хвост. Чжан Ян протянула руку, и он покорно сунул под неё голову — лучше пусть гладит, чем ударит. Поглаживая Дами, Чжан Ян снова погрузилась в задумчивость.
Сделать экскременты NPC реалистичными — это ещё можно списать на «гениальность» разработчиков. Но сделать такую же модель для звериных NPC, как Дами: «И это вы называете „погружением в сельскую жизнь“?»
Кстати, экскременты — отличное удобрение. С точки зрения земледелия на домашней базе… хм, возможно, в этом есть смысл?
Чжан Ян то хмурилась, то расправляла брови. Её обычно неподвижное лицо на миг даже стало выразительным. Чтобы проверить свои догадки, она решила провести расследование.
Она потрепала Дами по голове:
— Дами, покакай.
Дами: «…»
Его хвост сжался ещё сильнее.
Чжан Ян решила исследовать других NPC. Она спрыгнула с крыши:
— Шу Янь, где здесь общественный туалет?
Фань Ю, инстинктивно хотевший ответить, вдруг спохватился и, сделав шаг, затащил Чжан Ян внутрь. Его обычно безмятежное лицо на миг исказилось. Другие, возможно, подумали бы, что госпожа просто хочет выйти по нужде, но Фань Ю, успевший узнать её получше, догадывался, что к чему. Он не думал, что ей нужен туалет для себя. Он боялся, что она натворит что-нибудь из ряда вон выходящее.
— Что? — спросила Чжан Ян.
— Физиологические отправления — дело сугубо личное, — глубоко вздохнул Фань Ю.
— И?
— Подглядывать неприлично.
Если Чжан Ян ворвётся в туалет и столкнётся там с каким-нибудь несчастным, который тужится до красноты в лице, а она будет стоять и бесстрастно наблюдать… Он даже представить себе это не мог.
— Это неприлично? — переспросила Чжан Ян.
Выражение лица Фань Ю стало ещё более мрачным и отчаянным. Похоже, госпожа и впрямь собиралась это сделать.
Впрочем, на этот раз он обвинял её напрасно. Она не собиралась подглядывать, а хотела только расспросить.
— Неприлично! — Фань Ю заставил себя успокоиться. — У госпожи есть статус и положение! Неприлично даже упоминать такие вещи, люди будут насмехаться.
Он нашёл её слабое место.
— Если госпожа желает объединить весь мир и оставить своё имя в веках, неужто вы хотите, чтобы потомки помнили вас как «любительницу подглядывать за теми, кто справляет нужду»?
— Чего?
— Подглядывать за людьми в туалете.
— Я не собиралась! — возмутилась Чжан Ян. — Не клевещи!
Фань Ю с большим трудом задушил эту опасную тенденцию в зародыше. Но весь день он был рассеян. Вечером, закончив службу, он вдруг спросил Сюй Цзиня:
— Сколько в уезде общественных туалетов?
Общественные туалеты в разных местах различались размером и количеством. В основном они были очень примитивными, вход в них часто был платным, что служило одним из источников дохода управы. Но чем беднее место, тем меньше туалетов. Даже при низкой цене многие всё равно предпочитали справлять нужду прямо на улице.
Раньше Фань Ю не обращал на это внимания — он видел места и похуже. Но сейчас Чжан Ян была как бомба замедленного действия, и он не знал, что она выкинет, если увидит что-то подобное. Сейчас, из-за снегопада, люди боялись холода и редко гадили на улицах, а нечистоты были прикрыты снегом. Но когда катаклизм кончится и снег растает…
Нет, нужно убрать.
Сюй Цзинь удивился, что Фань Ю ждал его ради этого вопроса. Смущаясь, он ответил:
— По разным причинам, меньше пятидесяти. Точнее — чуть больше сорока.
Для населения уезда этого было катастрофически мало. Большинство туалетов находилось у двух городских ворот — на случай войны, чтобы использовать экскременты для обороны.
— Постройте больше, — сказал Фань Ю. — Хотя бы сотню-другую, особенно в густонаселённых районах.
— Это приказ госпожи?
— Госпожа чиста и невинна. Если она увидит кого-то, справляющего нужду средь бела дня, это будет… нехорошо. Нечистоты на улицах тоже нужно убрать, пока не растаял снег. Все расходы — из моего ведомства, госпожу не беспокойте.
Сюй Цзинь с готовностью согласился. Это были не расходы управы, а средства будущего окружного центра. К тому же вопрос был общественно-полезным. Если бы Фань Ю не напомнил, Сюй Цзинь вряд ли бы об этом подумал.
Фань Ю нарисовал чертёж.
— Это…
— Строить по этому образцу.
Существующие уборные были примитивны: четыре стены, внутри два отделения — мужское и женское, расположение кабинок неудобное. Из-за большой глубины выгребных ям их редко чистили, и был риск упасть и утонуть. Фань Ю предложил сделать трёхместные кабинки, разделённые деревянными перегородками. Каменные плиты с отверстиями, поверх которых клались съёмные деревянные сиденья, которые можно было мыть.
— Будет исполнено, — кивнул Сюй Цзинь.
— Как тот, кого пнули? — спросил Фань Ю.
— Врач осмотрел. На животе синяк, но внутренности не задеты. Долго не ходил по нужде, от внезапного напряжения анус треснул, немного крови. Очистили, присыпали лекарством, дня через два заживёт, — если бы он не был без сознания, зажило бы и за несколько часов. Не простой человек, звёздная сила быстро залечивает.
Фань Ю с трудом сдержал улыбку. Сама сцена была крайне неприличной, но, учитывая, на ком это случилось, он испытывал тайное удовольствие.
— Знакомый? — спросил Сюй Цзинь.
— Есть старые счёты, — коротко ответил Фань Ю.
В уезде сейчас не хватало всего, кроме рабочих рук. Если бы Фань Ю не заговорил, Сюй Цзинь и не вспомнил бы о нехватке туалетов. На сей раз построили более сотни — никто не чинил препятствий. Сюй Цзинь тяжело вздохнул: новые туалеты требовались в густонаселённых районах, где земли было мало. Раньше пришлось бы договариваться с жителями, но сейчас многие погибли, дома опустели, и земля перешла в руки управы. Разумеется, всё это было в рамках «оплачиваемой трудовой повинности».
Едва управа вывесила объявление о найме рабочих, за полдня нужное количество набралось — люди чуть не дрались за места. Главный секретарь и его спутники смотрели на это с изумлением.
— Раньше люди всячески уклонялись от трудовой повинности, их приходилось принуждать, а эти… записываются сами, ещё и ссорятся!
— Должно быть, это всё добродетель госпожи главы округа. Народ сам к ней тянется, — заметил кто-то из спутников.
— Не льсти, — одёрнул его главный секретарь. — Её здесь нет. Если бы добродетель и впрямь заставляла людей бежать на повинность, то мыши бы кошек матерями называли. Ты сам-то веришь своим словам?
— В том письме Сюй Цзиня говорилось, что, кроме переноса управы, они ввели оплачиваемую трудовую повинность: рабочие получают еду, кров и плату, — заметил другой спутник.
Они читали письмо, но никто не поверил. Никогда такого не было, чтобы за принудительные работы платили. Только в очень богатых местах могли иногда подкормить рабочих, чтобы те не вымерли. О плате никто и не слышал.
Но теперь они были не так уверены.
Они послали человека прочитать объявление. В нём были перечислены требуемые специальности и условия: для тех, кто живёт за городом, — дополнительная квартирная плата. Денег, правда, платили немного, но…
— Деньги жгут карман! Точнее, зерно!
Во время катаклизма главная ценность — зерно, от которого зависит, выживешь ли ты в следующем году. А тут платили именно зерном! И ещё тканью. Это были вещи, которые спасали жизнь.
Главный секретарь прикинул. Проектов было несколько: строительство новой управы округа, расширение городских стен, ремонт ветхих домов и постройка более сотни общественных туалетов. Рабочих требовалось много. Если условия набора были такие, как в объявлении…
— У госпожи главы округа, должно быть, изрядное состояние, — выдохнул он.
Наверное, немалую долю составили пожертвования местных богатеев. Но, с другой стороны, взятое у народа идёт на пользу народу. Оставалось только узнать, будут ли платить на самом деле или обманут. Власти нередко обманывают.
Он высказал свои сомнения и тотчас наткнулся на несколько недружелюбных взглядов.
— Чем я не прав? — спросил он.
Ему не ответили, только один человек объяснил:
— Госпожа сделала милость и велела платить ежедневно. Чтобы мы не ждали конца, пока дома голодные сидят.
— Ежедневно? — удивился главный секретарь. — Это же головная боль для бухгалтера.
Человек не стал спорить — его оттащил товарищ.
— Не связывайся. По одежде видно — богатый бездельник, чёрствый и прижимистый. Где ему понять госпожу?
Главный секретарь, поглаживая бороду, помрачнел.
Они отправились посмотреть на строительство. На площадке трудились мужчины и женщины, старики и дети.
— Этот слишком стар, по закону он освобождается от повинности. А этот слишком мал, что он может поднять? — сказал главный секретарь, останавливая мальчика, который был ему по пояс. — Где твои родители?
Мальчик ответил вежливо:
— Нет у меня родителей.
Главный секретарь замолчал.
Товарищ мальчика пояснил, что на эти работы в первую очередь брали тех, кто потерял кормильцев. От них не требовалось много работать — их нужно было просто накормить, чтобы не умерли с голоду. Говорили, что скоро откроют приюты для сирот и дома престарелых.
— Госпожа сказала что-то вроде: «Старость должна быть обеспечена, дети — воспитаны». Я не совсем понял, но слова красивые.
Секретарь и его спутники долго молчали.
— У госпожи главы округа действительно изрядное состояние, — наконец сказал один.
— Если бы у тебя было столько добра, поступил бы ты так же? — спросил главный секретарь.
Ответа не последовало. В мире много богатых, но им всегда мало, и богатство своё они нажили, высасывая соки из этих самых бедняков. Стали бы они тратить его на чернь?
— Всё от человека зависит, — ответил он сам себе.
Здесь нужен человек с больным воображением, чтобы сделать нечто подобное.
http://tl.rulate.ru/book/203294/26701573
Готово:
