В прошлой жизни, когда снега и льды растаяли, паводок отступил, а на смену холоду пришла изнуряющая жара, Дин Му забрала сына и дочь и отправилась в пункт временного размещения, организованный правительством.
Эту женщину звали Ян Сиюнь. Именно там, на базе беженцев, они и познакомились. В то время Ян Сиюнь была со своим сыном и не раз протягивала Дин Му руку помощи.
Всякий раз, когда Дин Му с сыном уходили на поиски припасов, Ян Сиюнь присматривала за ее дочерью и даже делилась с детьми скудными запасами еды и воды.
В те времена, когда каждый жил лишь ради собственного спасения, когда большинство людей находилось на грани нервного срыва и едва держалось, чтобы не рухнуть в бездну отчаяния, Ян Сиюнь умудрялась сохранять свою добрую натуру.
Дин Му с улыбкой кивнула ей, выражая благодарность за то, что та только что вступилась за них.
— Сяо Дин, Яньцзюнь, вы тоже выбрались за продуктами? — Бабушка Ван, стоявшая рядом с Ян Сиюнь, первой поприветствовала их.
— Бабушка Ван, и вы здесь! — Дин Му заметила, что пожилая женщина держит в правой руке зонт, а на левом плече у нее висит большая хозяйственная сумка.
Бабушка Ван указала на Ян Сиюнь, которая тащила на плечах два мешка риса:
— Я вышла вместе с Сяо Юнь, она живет по соседству. У твоего дяди Линя ноги совсем не ходят, так что я не пустила его на улицу.
Увидев это, Мэй Яньцзюнь без лишних слов шагнул вперед, подхватил один из мешков с плеча Ян Сиюнь и закинул его поверх того, что уже нес сам. Его тон не терпел возражений:
— Пойдемте, тетя Ван, я вас провожу. Заодно навещу дядю Линя.
— Ох, ну что за ребенок, — беспомощно вздохнула бабушка Ван, и им ничего не оставалось, кроме как пойти следом, шлепая по воде.
Ян Сиюнь и бабушка Ван жили в первом корпусе на пятом этаже.
Из-за отключения электричества им пришлось подниматься по лестнице. Ян Сиюнь жила в 502-й квартире; она лишь кротко улыбнулась Дин Му на прощание и скрылась за дверью.
Как только бабушка Ван открыла свою дверь, она сразу крикнула вглубь квартиры:
— Чжиюань, выходи скорее! Посмотри, кто пришел!
Пока Мэй Яньцзюнь относил рис на кухню, из кабинета вышел Линь Чжиюань. Увидев гостя, он просиял:
— Яньцзюнь пришел! Проходи, проходи скорее, присаживайся!
— Дядя Линь, мы не останемся. Мы все насквозь промокшие, с нас вода ручьем течет. В следующий раз обязательно зайдем к вам на чай, — отказался Мэй Яньцзюнь. — К тому же, дети дома одни остались.
Дин Му, стоявшая рядом, согласно кивнула с улыбкой.
Видя это, Линь Чжиюань не стал настаивать, но отвел Мэй Яньцзюня в сторону и негромко спросил:
— Яньцзюнь, я слышал, ты подал заявление об отставке?
Мэй Яньцзюнь не стал скрывать правду:
— Да. Я постоянно был в разъездах, а дети скоро подрастут. Хочу проводить с ними больше времени.
Линь Чжиюань нахмурился и, немного помолчав, произнес:
— Я слышал, несколько ребят из твоего отряда получили ранения во время спасательных работ на наводнении. А еще в питомнике при управлении остались служебные собаки, списанные по ранению. Сейчас в городе творится черт знает что, боюсь, до них никому нет дела. Если будет время, проведай их, узнай, как они там. У меня сердце не на месте.
— Хорошо, завтра же наведаюсь, — пообещал Мэй Яньцзюнь.
— У меня тут есть моторная лодка, возьми ее, пригодится.
Мэй Яньцзюнь не стал отказываться. Вскинув лодку на спину, он, не теряя времени, повел Дин Му домой.
На обратном пути Дин Му чувствовала, что, хотя Линь Чжиюань не сказал ничего прямого, его слова задели Мэй Яньцзюня за живое.
Старый лис действительно видел в корень и знал, куда ударить.
Она понимала: для такого человека, как Мэй Яньцзюнь — с его обостренным чувством долга и чести — видеть, как боевые товарищи сражаются на передовой, было непросто. В душе он наверняка терзался сомнениями. Дин Му уважала его выбор, но не собиралась сама подталкивать его к возвращению.
У таких людей воля крепче стали. Если он примет решение, никто не сможет его переубедить. Дин Му оставалось только молча быть рядом.
К тому моменту, как они переступили порог дома, Мэй Яньцзюнь уже взял свои эмоции под контроль.
Дин Му разложила покупки, переоделась и, выйдя из комнаты, увидела, как Мэй Яньцзюнь весело возится с детьми.
Этой ночью Мэй Яньцзюнь превратился в свирепого волка. Дин Му казалось, что он бесчисленное количество раз разрывает ее на части, поглощая целиком.
Спустя долгое время, когда Дин Му от усталости не могла даже открыть глаза, над самым ее ухом раздался его низкий голос:
— Му-му, завтра я хочу съездить в управление, проведать ребят.
Это было утверждение. Раз он уже все решил, зачем вообще спрашивать? Дин Му была слишком измотана, чтобы спорить.
Проливные дожди не прекращались уже полмесяца, весь город буквально плавал в воде. В их жилом комплексе ситуация была чуть лучше, но она не знала, что происходит в других районах, и ей тоже хотелось посмотреть.
— Я тоже хочу поехать.
Мэй Яньцзюнь согласился без колебаний:
— Хорошо. Завтра позавтракаем и сразу отправимся.
«И впрямь, с удовлетворенным мужчиной договориться проще всего. Вот же паршивец!» — мысленно выругалась Дин Му, вспоминая, как нещадно он ее загонял.
На следующее утро после завтрака Мэй Яньцзюнь отвел Мэй Юйвэня в сторону и строго наказал: никому не открывать дверь и присматривать за сестрой. Получив от сына твердое обещание, супруги взяли моторную лодку и вышли из дома.
Из соображений безопасности в затопленных районах полностью отключили электричество. Первый этаж их дома ушел под воду, лифты не работали, так что жильцам приходилось пользоваться лестницей.
Спустившись вниз, они надели дождевики и спустили лодку на воду. Мэй Яньцзюнь, будучи мастером на все руки, взял на себя управление скоростью и навигацию.
Сегодня дождь немного утих. Моторная лодка быстро неслась по главной дороге.
Город, когда-то шумный и суетливый, теперь погрузился в безмолвие, нарушаемое лишь монотонным шумом дождя.
Спустя час пути они добрались до места службы Мэй Яньцзюня.
Величественное и строгое здание управления было затоплено до третьего этажа. У входа было пришвартовано несколько моторных лодок.
Несмотря на наводнение, люди здесь продолжали работать — ведь именно отсюда велось управление общественной безопасностью и координация всех служб города.
Мэй Яньцзюнь обогнул главное здание и направился к общежитиям в тылу.
В пятиэтажном корпусе обычно отдыхал дежурный состав. Вода добралась до третьего этажа. Пришвартовав лодку у окна лестничного пролета на третьем этаже, они вдвоем забрались внутрь.
На четвертом этаже двери всех комнат были распахнуты настежь. Внутри было чисто прибрано, но ни души.
Как только они поднялись на пятый этаж, послышался собачий лай. Пара направилась на звук к одной из комнат.
В дверном проеме показалась круглая голова с короткой стрижкой «ежиком». Лицо парня было землисто-желтым, щеки ввалились — явные признаки истощения. Однако его большие глаза светились ясным и добрым светом. Несмотря на рост под метр восемьдесят, он выглядел болезненно худым. Его левая рука была зафиксирована марлевой повязкой и подвешена к груди.
Увидев пришедших, он просиял и радостно бросился навстречу:
— Командир! Вы пришли нас проведать! — А затем крикнул вглубь комнаты: — Саньту, Цзямин, командир пришел!
Мэй Яньцзюнь подхватил его под руку и довел до двери. В комнате навстречу им поднялись еще двое молодых людей.
У одного правая рука была на перевязи, другой опирался на костыль, а его правая нога была туго замотана бинтами. Оба были такими же изможденными, с ввалившимися щеками. Дин Му нагляделась на такое в прошлой жизни и с первого взгляда поняла: эти трое голодают.
В глубине комнаты в клетках сидели две немецкие овчарки чепрачного окраса. Они тоже сильно исхудали, сквозь шкуру просвечивали ребра. Завидев людей, псы принялись неистово вилять хвостами, издавая приветливое поскуливание.
Молодые люди хором воскликнули:
— Командир, вы пришли!
— Угу, — отозвался Мэй Яньцзюнь. Он быстро окинул взглядом комнату, троих парней и двух собак. В его голове уже созрел план. Он тяжело спросил: — Кто приносит вам еду?
— Столовую в управлении затопило. Начальник Гу распорядился, чтобы ребята приносили нам пайки, но все сейчас на заданиях. Им приходится после смены заезжать домой, брать что-то и везти нам. В общежитии нет света, воду не вскипятить, так что иногда грызем лапшу быстрого приготовления всухомятку. А корм у Пинъаня и Шаньдянь закончился еще на прошлой неделе, — быстро протараторил первый парень, что встретил их.
Заметив Дин Му, он добавил:
— Это ведь невестка, верно? Здравствуйте, невестка! Меня зовут Лань Юй, друзья зовут меня Сяо Юй.
Парень с подвязанной правой рукой представился:
— Здравствуйте, невестка! Я Яо Яо, для своих — Саньту.
Тот, что был на костылях, кивнул:
— Здравствуйте, невестка! Я Ли Цзямин, можно просто Цзямин.
— Здравствуйте! Меня зовут Дин Му, — с улыбкой ответила она.
Мэй Яньцзюнь еще раз осмотрел скудную обстановку и, обращаясь к троице, твердо произнес:
— Собирайте вещи. Пойдете со мной домой!
http://tl.rulate.ru/book/203182/24172383
