Сюй Ян шагнул во двор и увидел Сунь Тао — тот сиял, лицо его лучилось румянцем, а от всего тела исходила давящая аура.
В тот же миг он понял, что произошло, и с улыбкой сложил руки в приветственном жесте:
— Поздравляю, старший брат Сунь! Ты обратил ци в ганьци и поднялся в сферу очищения костного мозга.
Сунь Тао, переполненный радостью, ответил:
— Просто повезло. Младший брат Сюй, ты ведь тоже уже близок к этому. Ты постиг силу ветра и грома, обратить ци в ганьци для тебя не составит труда.
Сюй Ян кивнул:
— Думаю, ещё немного времени — и всё получится.
Сунь Тао процедил:
— Всё из-за этого старого пса. Если бы он не навесил на тебя задание и не отнимал твоё время, с твоим-то талантом ты бы, глядишь, и раньше меня достиг стадии ганьци.
Он злился на Сяо Хуа даже сильнее, чем сам Сюй Ян.
Сяо Хуа давил на Сюй Яна, и со стороны казалось, что лицо теряет именно Сюй Ян, но сам Сунь Тао считал, что пощёчину получает его наставник Линь Чэн.
Сюй Ян уже собирался ответить, но тут вошли Цзян Фань и Ван Вэйхуа.
Ван Вэйхуа был одним из девяти обитателей этого двора и тоже являлся учеником Восхождения дракона с нынешнего отборочного экзамена. Впрочем, Сюй Ян почти не общался ни с ним, ни с тремя другими.
— Свежие новости! — громко объявил Ван Вэйхуа. — Собрание орлят объявило награду в сто очков вклада за розыск убийцы Хань Сина и Цзи Цзиньчэна. Любой, кто предоставит полезные сведения, получит сто очков вклада.
Сердце Сюй Яна дрогнуло: Кун Юй вернулся?
Сунь Тао хмыкнул:
— Сто очков вклада? Да он бы ещё меньше предложил. Мастер, способный одновременно убить Хань Сина и Цзи Цзиньчэна, стоит куда больше, чем жалкая сотня очков.
Цзян Фань добавил:
— Скорее всего, больше ему просто не достать. Это жест отчаяния, попытка сделать хоть что-то перед лицом судьбы. Если бы кто-то действительно видел, кто убил Хань Сина и Цзи Цзиньчэна, он бы давно уже рассказал, а не ждал бы, пока объявят награду.
Ван Вэйхуа заметил:
— Дело не только в очках вклада. Говорят, Кун Юй ещё и пообещал, что тот, кто даст полезную информацию, получит от него личный долг благодарности. Жаль, я не знаю, кто это сделал, а то бы заполучил долг от третьего среди Десяти героев.
Личный долг Кун Юя, можно сказать, стоил куда больше сотни очков вклада.
Послушав ещё немного и не услышав ничего ценного, Сюй Ян вернулся в свою комнату.
[Техника: Сутра медведя, несущего пик: глава ганьци·начальный уровень (102/2000), Искусство золотого ганьци·начальный уровень (57/2000)]
[Оставшийся срок жизни: 73]
Укрепление культивации вкупе с питанием ганьци за последние дни прибавили ему ещё год жизни.
Без пилюль, поддерживающих стадию очищения костного мозга, прогресс в Сутре медведя, несущего пик, шёл очень медленно. За столько дней показатель продвинулся лишь до ста.
Если так пойдёт и дальше, без пилюль ему потребуется около года, чтобы достичь малого успеха ганьци.
И это при том, что его костный фундамент достиг уровня первого класса, низ. У других на это ушло бы ещё больше времени. Многие после обращения ци в ганьци вообще перестают расти в культивации.
Сутра медведя, несущего пик, пришла в движение. Из плоти, крови, костей и сухожилий начали сочиться тонкие нити ганьци, медленно повышая уровень культивации.
Через час Сюй Ян закончил упражнения, лёг в постель и уснул.
Проснулся он ближе к вечеру. Отворил дверь и увидел во дворе Линь Вэй, с которой давно не виделся, — она сидела и беседовала с Сунь Тао.
— Приветствую, старшая сестра Линь! — подошёл Сюй Ян.
Какой путь выбрала Линь Вэй — это её личное дело. Желание ухватиться за высокую ветку и прильнуть к сильному плечу — обычное человеческое чувство. Он не мог затаить обиду на Линь Вэй только из-за того, что Сяо Хуа давил на него.
— Младший брат Сюй, давно не виделись!
Линь Вэй сложила руки в приветствии:
— Я пришла искать тебя и только сейчас узнала, что старший брат Сунь уже обратил ци в ганьци.
Сюй Ян опешил: она специально пришла к нему?
Сунь Тао рассмеялся:
— Так ты, сестрица, специально к младшему брату Сюй пришла. А я-то думал, ты явилась поздравить меня с новостью о моём прорыве.
Линь Вэй поджала губы, поняв, что сказала лишнее.
— Могу я спросить, старшая сестра Линь, зачем ты искала меня? — произнёс Сюй Ян.
В душе он уже размышлял, стоит ли рассказать Линь Вэй о делах Сяо Чэня и Су Мань. Линь Чэн просил его присматривать за Линь Вэй, и он обещал помогать ей по мере сил.
Но это дело явно выходило за пределы его возможностей и к тому же угрожало жизни.
Сейчас он действительно не мог тягаться с отцом и сыном из клана Сяо. Сяо Чэнь тоже был учеником внешних врат, и его культивация наверняка превосходила его собственную.
А Сяо Хуа и подавно был грозой. Распорядитель внешних врат Врат Пурпурного солнца — на такую должность назначали лишь мастеров, чья культивация как минимум преодолела великое достижение ганьци и начала очищение костного мозга. И это только уровень силы отца и сына, не говоря уже об их власти и связях. Одно неосторожное предупреждение Линь Вэй могло разрушить планы Сяо Чэня, и тогда он, Сюй Ян, точно не проживёт и месяца.
— Младший брат Сюй, — заговорила Линь Вэй, — я слышала, что дядя Сяо по доброте душевной устроил тебе задание с высокими очками вклада. Но ты считаешь, что он тебя притесняет. Есть ли способ решить это полюбовно?
Сюй Ян потерял дар речи.
Он никак не ожидал, что Линь Вэй заговорит именно об этом.
В тот же миг он всё понял: это наверняка рук дело Сяо Чэня. Иначе с чего бы Линь Вэй пришла именно сегодня, после того как он увидел Сяо Чэня и Су Мань? Раньше она не приходила, позже бы не пришла — а тут явилась сразу.
Сяо Чэнь явно хотел поссорить его с Линь Вэй, и, похоже, это почти удалось.
Сунь Тао на мгновение замолчал, а потом произнёс:
— Сестрица, разве ты не знаешь об опасностях снаружи? Разве не ведаешь, чем грозит охрана Зала ста лекарств?
Линь Вэй покачала головой:
— Старший брат Сунь, у тебя культивация собирания ци, но ты можешь получить очки вклада, доступные лишь культивации ганьци. Разве это не забота?
Сунь Тао мрачно возразил:
— Младший брат Сюй всё ещё на стадии собирания ци, а ему дают задание, которое под силу лишь мастеру ганьци. Разве это не притеснение?
Линь Вэй ответила:
— Какое же задание не таит опасности? Разве младшему брату Сюй от этого плохо? К тому же Гу Хаомин и младший брат Лу Жэнь тоже взялись за это задание. Если бы там была настоящая угроза, разве они пошли бы?
Неужели нужно дождаться, пока Сюй Ян погибнет на задании, чтобы доказать его опасность?
Сунь Тао смотрел на неё с разочарованием. Прошло ведь совсем немного времени, а Линь Вэй так сильно изменилась. Теперь она смотрела на всё исключительно с позиции отца и сына из клана Сяо.
— Лу Жэнь, Гу Хаомин... — усмехнулся Сюй Ян.
Другие могли не знать, но он кое-что понимал. Эти двое взялись за задание по весьма грязным причинам.
Ху Фэнъи и эти двое согласились на него потому, что их подставили: они провели несколько тёмных сделок с управляющим Аптечного зала, утаивая лекарственные травы. А Зала ста лекарств — место, где специально собирают травы, — сулило огромные барыши, работа там была весьма прибыльной.
— Старшая сестра Линь, ты пришла ко мне из-за этого дела? Если так, могу сказать тебе, сестрица, что я никогда никому не говорил ничего подобного. Откуда ты это услышала?
Он хотел было рассказать всё как есть, но, поразмыслив, решил не навлекать на себя новых бед. Благо он не был излишне любопытным, иначе его бы давно заставили замолчать навеки. А эти трое подставили постороннего, чтобы тот отвлёк внимание на себя.
Он уже и не пытался придумать способ деликатно предупредить Линь Вэй. Судя по всему, даже если бы он сказал всё прямо, она бы не поверила.
И он не хотел слишком спорить с ней, чтобы не вызвать у Сяо Хуа желания убить его.
— Я...
Линь Вэй открыла рот, но так и не сказала, откуда она это услышала.
Она думала, что Сюй Ян окажется неблагодарным, и собиралась прочитать ему нотацию. Но, услышав его слова, все её поучения застряли в горле. И теперь, поразмыслив, она поняла, что с его замкнутым характером Сюй Ян вряд ли стал бы повсюду говорить гадости о Сяо Хуа.
На её напряжённом лице появилась улыбка.
— Вот и хорошо, что нет. У дяди Сяо нет с тобой никакой вражды, с чего бы ему тебя притеснять? Он тебе помогает. Найди случай поблагодарить его, не позволяй людям думать, что ученики из Зала Могучей дали не умеют быть благодарными.
Сунь Тао хотел было возразить, но Сюй Ян придержал его за плечо и сказал:
— Не беспокойся, старшая сестра. Я запомню это. Когда пойду сдавать задание, непременно поблагодарю распорядителя Сяо.
Линь Вэй осталась весьма довольна таким ответом и вскоре ушла.
Сунь Тао недоумевал:
— Почему ты не дал мне сказать, младший брат Сюй? Ведь ясно же, что Сяо Хуа замышляет недоброе. Почему не позволил мне объяснить сестрице Линь, чтобы она увидела истинное лицо Сяо Хуа?
Сюй Ян горько усмехнулся:
— Брат, я хочу прожить ещё пару лет. Если Сяо Хуа узнает, что я затаил на него злобу, он непременно уберёт меня. К тому же старшая сестра Линь явно уже на стороне отца и сына Сяо. Сколько бы ты ни говорил, она не поверит.
Сунь Тао ошеломлённо замер, потом кивнул:
— Я не подумал. Как же так вышло с сестрицей?
Сюй Ян ответил:
— Брат, когда женщина отдаёт своё сердце мужчине, она думает только о нём.
Поговорив с Сунь Тао ещё немного, он отправился в столовую, а затем спустился с горы — охранять Зал ста лекарств.
Появление Линь Вэй заставило его насторожиться. Чтобы избежать засады по пути, в последующее время он почти не возвращался во Врата Пурпурного солнца. Он тратил деньги на ночлег в городских гостиницах и каждый раз останавливался в новом месте.
Время тянулось медленно. Сюй Ян сходил в Охранное бюро Четырёх морей и забрал письмо, которое Сюй Цин отправила через них.
Почерк девчушки стал намного красивее. Каждая строчка дышала радостью от полученного от него письма. Она рассказывала о разных домашних мелочах.
Прошло ещё немного времени. Он получил пятую Пилюлю восполнения Ци. С момента его прихода во Врата Пурпурного солнца минуло уже четыре месяца, и до Нового года оставался всего месяц.
Погода постепенно холодала. В тот день, едва Сюй Ян прибыл в Зал ста лекарств, к нему подошёл Лу Жэнь.
— Днём мы получили одно духовное лекарство. Сегодня ночью будь начеку, — предупредил Лу Жэнь.
Сердце Сюй Яна упало.
Всё, что можно было назвать духовным лекарством, являлось сокровищем. Такие вещи трудно купить даже за деньги. За месяц с лишним в Зале ста лекарств это был первый случай получения столь ценного предмета.
Подобные лекарства обладали невообразимыми чудесными свойствами: они могли очистить костный фундамент, укрепить основу и взрастить изначальную сущность, продлить годы жизни и даже оказать поразительный эффект при прорыве через узкие места культивации. Некоторые люди всю жизнь застревали на стадии великого достижения ганьци, но стоило им заполучить и принять одно духовное лекарство, как они мгновенно проходили трансформацию сухожилий и очищение костного мозга, вступая в сферу очищения костного мозга.
— Почему бы не отправить его в школу прямо сейчас? — спросил Сюй Ян.
Оставлять такую вещь в Зале ста лекарств было крайне опасно.
Город Лазурного солнца находился недалеко от Врат Пурпурного солнца — чуть больше четверти часа пути. Если отвезти лекарство туда, даже самые отчаянные смельчаки не посмеют грабить Врата Пурпурного солнца.
Лу Жэнь презрительно усмехнулся:
— Честно выполняя задания, много очков вклада не заработаешь. В общем, будь начеку. Если что случится, просто спрячься, а остальное предоставь нам. Жди и получай вместе с нами очки вклада.
Сюй Ян едва не выругался в голос.
Обычно за охрану Зала ста лекарств они получали двадцать очков вклада в месяц. Но если им удавалось решить какую-то проблему для Зала или отразить нападение речных разбойников, можно было получить дополнительные очки.
Лу Жэнь и его приятели явно собирались использовать это духовное лекарство как приманку, чтобы выманить кого-нибудь, совершить подвиг и получить дополнительные очки.
— А вы не боитесь, что всё выйдет из-под контроля? — нахмурился Сюй Ян.
Неужели Лу Жэнь, Гу Хаомин и Ху Фэнъи осмелились на такую игру? Они-то, может, и хотят умереть, но он — нет.
Уж лучше спокойствие, чем те жалкие очки вклада, добытые с таким риском.
Но, очевидно, его слово здесь ничего не значило. Да и Лу Жэнь, скорее всего, тоже не принимал решений. Формально Лу Жэнь был всего лишь последователем, которого клан Гу воспитал для Гу Хаомина.
— Выйдет из-под контроля? — холодно усмехнулся Лу Жэнь. — Ты слишком осторожен и придерживаешься старых правил. Без риска мы никогда не пробьёмся наверх. Будь ты посмелее, давно бы уже обратил ци в ганьци.
Посмотри на себя: многие, кто уступал тебе, уже стали мастерами ганьци, а ты всё ещё на стадии собирания ци. И всё из-за твоего характера.
Без риска не получишь ресурсов.
В их наборе были Десять сильнейших и Десять героев. В предыдущем наборе тоже были такие выдающиеся личности, да и среди учеников внешних врат из более ранних наборов их хватало.
Пробиться во внешних вратах без риска — просто несбыточная мечта.
Прошло уже почти два месяца с тех пор, как он обратил ци в ганьци, но у него до сих пор не было ни одной техники ганьци — просто не хватало очков вклада на обмен.
Его отправили в Зал ста лекарств, и вот наконец появился шанс отличиться. Как можно было упустить его и тратить время впустую?
— Я понимаю, ты ещё не достиг ганьци и боишься действовать. Поэтому просто будь начеку и смотри, чтобы тебе никто тайком не перерезал глотку.
Лу Жэнь быстро ушёл. Он был совершенно глух к доводам и горел желанием совершить подвиг и получить награду.
И если уж он так настроен, то Гу Хаомин и Ху Фэнъи, скорее всего, тоже. Да и Цзинь Лэй... Его одного голос ничего не решал.
Вскоре наступила ночь. Сюй Ян напряг свои пять чувств до предела, не смея ни на миг ослабить бдительность.
Вторая стража!
Миновала и третья стража. Когда Сюй Ян проходил под большим деревом, его слух уловил едва слышный свист рассекаемого воздуха.
Он резко обернулся и увидел, как на стену бесшумно взбирается тёмная фигура. Их взгляды встретились.
Сердце Сюй Яна упало. Неужели и правда нашёлся смертник, решившийся посягнуть на добро Врат Пурпурного солнца ради духовного лекарства? И надо же — именно с его стороны.
Аура этого человека была мощной, его ганьци пылала жаром, словно он сам был пылающей печью, стоящей на стене.
Однако, судя по ощущениям Сюй Яна, этот человек лишь недавно вступил в стадию ганьци. Его культивация была примерно на том же уровне, что и у Сюй Яна, а может, даже ниже. Скорее всего, он прорвался совсем недавно.
Только-только достиг ганьци — и уже посмел явиться красть духовное лекарство? Такая безрассудная храбрость?
— Наглец!
Едва в его сердце зародилось сомнение, как до ушей донёсся яростный крик Лу Жэня, а следом — звуки ожесточённой схватки.
Шум боя доносился не только со стороны Лу Жэня. Со стороны главных ворот склада, который охраняли Гу Хаомин и Ху Фэнъи, тоже слышались звуки сражения.
Это было не воровство, а открытый грабёж. И нападавших было явно не двое.
— Умри! С культивацией собирания ци посмел явиться охранять склад!
Тёмная фигура на стене издала яростный вопль и, словно пущенная стрела, ринулась вниз.
Лицо Сюй Яна слегка изменилось.
Он не высвобождал свою ауру, но этот человек явно знал о нём и сразу определил его культивацию как собирание ци. Иначе и быть не могло — в бою скрыть её невозможно.
Культивация собирания ци.
— Эти идиоты, похоже, и правда потеряли контроль над ситуацией.
Раз этот человек знал о нём, то и остальные наверняка знали о Лу Жэне и прочих.
Да и немудрено: учеников внешних врат сотни и тысячи, разузнать о них информацию совсем нетрудно.
— Грохот!
Незнакомец скрывал лицо, но в его глазах, видневшихся из-под маски, полыхала жажда убийства. Всё его тело бурлило ганьци. Ещё не приблизившись к Сюй Яну, он уже с расстояния нанёс удар ганьци, от которого воздух взорвался оглушительным гулом.
http://tl.rulate.ru/book/203166/24287877
