— Что случилось?
Сяосяо смотрела на Сяо Байхэ, которая стремительно бежала к центру, и ничего не понимала.
— Я думаю, здесь скрывается редкое сокровище. Моё духовное чутьё постоянно подвергается жестоким атакам.
Сяо Байхэ хотела поскорее раскрыть тайну сокровища и, не теряя времени, применила Формулу Быстрого Шага, ускоряя бег.
— Байхэ!
Она слишком торопилась, и сокровище воспользовалось её оплошностью, нанеся тяжёлый удар по её духовному чутью. Внезапно ноги подкосились, и она с грохотом рухнула на землю.
«Ошиблась...»
Сяо Байхэ дрожащей рукой достала из-за пазухи Пилюлю Взращивания Духа, быстро вытащила изо рта Жемчужину алого пламени, проглотила пилюлю и снова засунула жемчужину обратно.
Приняв лекарство, она, опираясь на руки, села в позу для медитации и начала перерабатывать силу пилюли.
Увидев, что человек ослаб, сокровище стало атаковать ещё настойчивее. Несколько ударов духовной силой устремились прямо к Сяо Байхэ.
Её духовное пространство, и без того покрытое трещинами, пострадало ещё сильнее от пыток сокровища.
— Пф-ф! —
Сяо Байхэ не выдержала и выплюнула полный рот крови. К счастью, сознание оставалось ясным, и она не выплюнула вместе с кровью Жемчужину алого пламени, иначе было бы ещё труднее.
«Неужели это конец?» — спросила себя Сяо Байхэ.
Нет, ещё нельзя.
Она не сдаётся!
Сяо Байхэ решилась: чтобы разрушить, нужно сначала создать. Действуй смелее.
Приняв решение, она достала из-за пазухи ещё одну горсть Пилюль Взращивания Духа, разом проглотила их и снова погрузилась в медитацию.
— Посмотрим, кто будет смеяться последним!
Огромная лекарственная сила бешено хлынула в море сознания. Сяо Байхэ корчилась от боли, глаза закатились, но она стиснула зубы и молча терпела.
Сокровище встревожилось:
«Что это творится? Ничтожный муравей осмелился бросить вызов моей власти? Не бывать этому! Уничтожить его!»
Цзинлянь Ишуй, спровоцированный таким нахальством, не сдержался и послал частицу своей сущности в море сознания Сяо Байхэ, намереваясь проучить её.
Сяо Байхэ мучилась, жизнь казалась невыносимой. Когда отчаяние достигло предела, вдруг мелькнул водянисто-голубой свет.
Мгновение — но Сяо Байхэ была уверена, что заметила его.
И тогда она, словно наглый пёс, снова вытащила горсть Пилюль Взращивания Духа и, насилуя себя, проглотила их, вступая в борьбу с Ишуем.
Сяосяо поумнела: на сей раз не визжала, а тихо ждала рядом.
Она знала, что ничем не может помочь, и единственное, что ей оставалось, — не мешать.
Особенно в такой критический момент: она даже дышала затаив дыхание, боясь, что малейший звук нарушит состояние Сяо Байхэ.
Хотя по сравнению с прежним боль Сяо Байхэ усилилась в десять раз, она была невероятно возбуждена.
Она догадалась, что за тварь проникла в её сознание.
«Точно: опасность и удача всегда вместе!»
«Вся эта боль и страдания — ничто по сравнению с Цзинлянь Ишуем!»
«Пока он меня не прикончит, я буду бороться! Давай же, Цзинлянь Ишуй, покажи, на что способен!»
Сяо Байхэ, словно безумная, продолжала играть со смертью. А Цзинлянь Ишуй терзался сожалениями: «Знал бы, не совался! Вместо того чтобы проучить, сам чуть не влип! Что делать? Немедленно отступить?»
Сяо Байхэ чутко уловила его желание отступить и решила поддать жару.
Она, как последняя нахалка, снова запихала в рот горсть Пилюль Взращивания Духа.
— Я %＆＃￥＊!
Цзинлянь Ишуй ругался битых полчаса, прежде чем успокоиться.
«Нет, нельзя давать этой собаке торжествовать! Надо продолжать!»
Его и без того колеблющееся решение окончательно зашло в тупик. Он принял решение, о котором потом пожалеет бесчисленное множество раз: отправил ещё две трети своей сущности.
«В этот раз я его точно прикончу!»
«Надо показать ему, кто тут главный!»
Цзинлянь Ишуй был уверен: даже та малая часть его сущности заставила муравья корчиться в муках. А теперь, когда почти вся мощь здесь, раздавить этого муравья — раз плюнуть!
Но он недооценил упрямство безумца.
Даже когда море сознания Сяо Байхэ было разрушено до состояния трухи, она не сдавалась. Упрямо цепляясь за последнюю нить жизни, она то и дело закидывала в рот очередную Пилюлю Взращивания Духа.
— Проклятье! Откуда у неё столько лекарств?
После нескольких сотен раундов даже Цзинлянь Ишуй выдохся. Оставшуюся треть сущности он призвал ещё двести раундов назад.
Кто же знал, что эта собака настолько безумна?
Просто жить не хочет!
Цзинлянь Ишуй признал своё поражение, но отступать было уже некуда.
— Чего ты хочешь? — нехотя сдался он. Ладно, ладно, жизнь дороже.
В следующий раз, встретив такого безумца, он убежит подальше.
— О, наигрался? Не надо, продолжай! Я только размялся.
Сяо Байхэ безумствовала, провоцируя Цзинлянь Ишуя в своём море сознания, словно тот был трусом, если не нападёт.
Раньше Цзинлянь Ишуй не стерпел бы такого оскорбления. Но после стольких мучений он вымотался.
— Хватит. Ты ведь хочешь контракт? Получай!
Он, не желая спорить с безумцем, быстро и ловко заключил контракт, а затем залёг в даньтяне, притворяясь мёртвым.
— Ц-ц-ц, слабак, уже сдался!
Цзинлянь Ишуй: «Кулаки чешутся. Что делать? Жду ответа, срочно!»
Как только Сяо Байхэ расслабилась, её начало трясти в диких конвульсиях, и Сяосяо испугалась, что та мутирует.
Цзинлянь Ишуй: «Чёрт, чувствую, что меня развели... Знал бы, продержался ещё немного. Эта собака уже совсем дохлая была!»
Цзинлянь Ишуй с отвращением и слезами думал: «Заманили воду и убили!»
Но в конце концов он всё же вмешался.
Он влил часть своей первородной силы в духовное чутьё Сяо Байхэ, и её сознание на глазах начало стремительно восстанавливаться.
Цзинлянь Ишуй: «В прогаре! В прогаре!»
«Эх, проклятое самолюбие, вечно ты подначиваешь! Влип по полной!»
«Хочется плакать, кто поймёт?»
Сяо Байхэ просидела в медитации три дня и три ночи, прежде чем пришла в себя.
Сяосяо извелась: каждый день молилась всем богам и святым, кого только не перебрала!
Вот и сейчас, когда Сяо Байхэ уже начала двигаться, Сяосяо всё ещё стояла на коленях и кланялась.
— Сяосяо, что ты делаешь?
Сяосяо подскочила от неожиданности, а потом слёзы полились рекой, будто бесплатные.
— У-у-у, Байхэ! — Сяосяо вцепилась в ногу Сяо Байхэ, не отпуская, боясь, что та снова исчезнет.
— Что случилось?
— У-у-у, я, я думала, что больше тебя не увижу... — Сяосяо уткнулась лицом в бедро Сяо Байхэ, тёрлась то слева, то справа и ни за что не желала слезать.
Сяо Байхэ вздохнула и, как обычно, погладила Сяосяо по взлохмаченной голове.
— Я в порядке. Видишь, всё хорошо.
— Знаю, знаю, но, но... — Сяосяо было обидно, но ещё страшнее!
— Я знаю, что Сяосяо самая послушная. Не плачь. Я отведу тебя погулять, развеемся.
Сяосяо, которую гладили по шёрстке, довольно зажмурилась и кивнула.
— Умница. Забирайся ко мне на плечо, оттуда вид лучше.
— Ты лучшая, Байхэ!
Сяосяо ловко взлетела на плечо Сяо Байхэ, уселась и принялась болтать ножками — само блаженство!
— Надо скорее уходить отсюда. Я забрала Ишуй, и скоро другие здешние твари это почуют.
— Хорошо, как скажешь, Байхэ!
Осторожности ради Сяо Байхэ достала Гатлинг, а Большой Нож Второго Поколения отправила отдыхать в гнездо.
На обратном пути препятствий почти не было, так что они двигались быстро.
Когда добрались до места, откуда их телепортировали, внезапно произошла перемена.
Все Ледяные горы, словно сговорившись, разом обрушились. И спрятанные, и неспрятанные звери в этой области в панике выскочили наружу.
Увидев Сяо Байхэ, все звери поняли, кто виновник.
Звери, ещё более многочисленные и свирепые, чем прежняя стая, хлынули к ней. Они нападали с ещё большим остервенением, чем прежде.
«Это всё из-за этой проклятой культиваторши! Она разрушила наш дом!»
«Убить её! Убить!»
Сяо Байхэ не стала рисковать: подняв Гатлинг, пробила брешь и быстро ускользнула.
В суматохе она не заметила, что бежит в сторону, прямо противоположную северо-западу.
— Байхэ, твоя жизнь — сплошная скорость и страсть! — подвела итог Сяосяо.
— Звучит неплохо! — Сяо Байхэ умела радоваться мелочам.
— Но, надо признать, у тебя и правда есть талант! Каждый раз, словно кладоискательница, ты чутко натыкаешься на все опасные приключения.
— Хотя путь опасен, результат радует.
Сяосяо завидовала отношению Сяо Байхэ: та, похоже, никогда не поддавалась дурным эмоциям.
— Байхэ, у тебя всё обязательно будет хорошо! — вдруг уверенно сказала Сяосяо. — Если даже ты не сможешь выжить, я даже представить не могу, кто в этом мире сможет смеяться последним.
«Если не ты, это было бы слишком обидно. Если не ты, Сяосяо будет очень грустно. Байхэ, обязательно живи хорошо, не подводи себя, не обижай себя, живи ярко!»
— В Сумеру Цзе много талантливых мастеров, я лишь ничтожная часть.
— Но я буду изо всех сил цепляться за жизнь! Ведь это моё самое большое желание за две жизни!
…
Они болтали всю дорогу, убегая.
Разговор увлёк их, и они забыли о напряжённой обстановке.
— Куда бежим, а?
Больше книг на Рулейт.ру
http://tl.rulate.ru/book/201882/24858712
Готово:
