— Пей быстрее, не болтай. — Юй Пэй с каменным лицом поднял бокал, запрокинул голову и осушил его до дна.
Мэн Цзянь смотрел на вздёрнутую шею Юй Пэя — натянутая линия, лёгкое движение кадыка, когда вино скользнуло в горло… Мэн Цзянь сам невольно сглотнул, поднял свой бокал и быстро выпил, но взгляд так и не отрывал от лица Юй Пэя.
Юй Пэй поставил пустой бокал, скользнул взглядом по глубоким глазам Мэн Цзяня и вдруг почувствовал неловкость. Губы чуть дрогнули, и спустя мгновение он спросил:
— Ты идёшь?
У Мэн Цзяня едва заметно дёрнулся уголок брови. Он невозмутимо вернул себе рассеянные мысли и кивнул:
— Иду.
Не успел Мэн Цзянь договорить, как Юй Пэй уже направился к двери. И тут внезапно накатило головокружение. Юй Пэй остановился, нахмурился — но стало только хуже.
Юй Пэй резко замер, а Мэн Цзянь, не ожидая, налетел на него сзади. Чтобы Юй Пэй не упал, он подхватил его, прижав к себе.
— Ты же хотел идти? Почему вдруг остановился?
— Голова кружится.
—…
Говоря это, Мэн Цзянь тоже почувствовал помутнение:
— Чёрт! И правда отрава, мать её!
Юй Пэй не расслышал ругани Мэн Цзяня. Последним, что он ощутил, была внезапно навалившаяся гора Тайшань — в голове мелькнула мысль: «Мэн Цзянь гораздо тяжелее, чем кажется!»
…
Плач доносился отовсюду — то далёкий, то близкий. Юй Пэй потёр наливающуюся лоб и обнаружил, что всё ещё в свадебном наряде, лежит ничком у дверей новой комнаты.
Были и отличия от того, что было до обморока: обстановка в доме стала куда более старой, повсюду пыль. К тому же Юй Пэй обшарил каждый угол — Мэн Цзяня нигде не было.
Он решил сперва выйти и осмотреться, но когда коснулся двери — рука прошла насквозь, не встретив никакого сопротивления.
Что это? Он умер? Стал призраком?
Дверь не открывалась, так что Юй Пэй просто прошёл сквозь неё — без единой помехи.
Сердце ухнуло вниз: «Неужели я и правда стал призраком?!» Проснулось любопытство, и он несколько раз пролетел сквозь дверь и стены туда-сюда, после чего наконец с чувством удовлетворения двинулся прочь.
Следуя за плачем, призрак Юй Пэя добрался до Главного зала особняка Ли. Совсем недавно здесь они с Мэн Цянем играли свадьбу, но сейчас в центре зала стоял гроб, а на поминальной табличке было вырезано имя хозяина дома.
Чёрт! Неужели в гробу лежит Мэн Цзянь?
Юй Пэй поспешил подлететь к гробу. Разглядев в нём незнакомое лицо, он незаметно выдохнул и принялся рассматривать труп.
И как раз когда он изучал причину смерти, плач, то стихавший, то нараставший, вдруг раздался прямо над ухом. Змеино-бледное лицо почти прижалось к лицу Юй Пэя. Тот невольно отшатнулся.
— Господин! Господин! Как же ты так ушёл?! Как нам, вдове с сиротами, жить-то теперь? Господин, господин! Я обязательно найду того, кто погубил тебя, заставлю его вкусить ту же боль — выпотрошить и рассечь! Пусть и он испытает всё, что выстрадал ты!
Молодая женщина в трауре явно не видела Юй Пэя. Она рыдала, припав к гробу, не в силах сдержать горе, и вскоре слуги увели её в сторону, успокаивая.
Никто не заметил, как снаружи в зал вплыло облачко чёрного тумана, медленно расползаясь.
Юй Пэй снова вернулся к гробу, разглядывая труп мужчины средних лет в чёрном погребальном одеянии. Но тут труп внезапно открыл глаза.
Их взгляды встретились. Лицо Юй Пэя осталось бесстрастным, но в душе он молча изумился: «Глаза у мужчины такие чёрные, даже белков не видно».
— Хэ Лицин, мерзавка! У тебя ещё хватает наглости являться передо мной?! — мертвец рывком сел, чёрные-пречёрные глаза впились в Юй Пэя, голос был полон отвращения и ярости.
Юй Пэй взглянул на тело, всё ещё лежащее в гробу, потом перевёл взгляд на мужчину, который выбрался из гроба.
Почувствовав опасность, Юй Пэй метнулся в сторону, отлетев на чжан от гроба.
Мужчина-призрак оскалился в усмешке, чуть поднажал — и вмиг оказался перед Юй Пэем, схватив его за горло:
— Хэ Лицин, я задушу тебя сегодня! Посмотрим, как ты теперь мне навредишь!
У духов не должно быть боли, но когда обе стороны — призраки, атаки всё равно причиняют вред.
Юй Пэй почувствовал, что дышать стало тяжело, в горле загорелось жгучей болью. Продолжится — он точно умрёт второй раз.
— Я не знаю, о чём ты говоришь, — процедил Юй Пэй сквозь зубы, медленно разжимая пальцами хватку мужчины-призрака.
— Но я знаю, что ты хочешь убить меня, так что… — оторвав его руки от своей шеи, Юй Пэй не остановился, а продолжил выворачивать их под невозможным для механики углом.
Слушая хруст ломающихся костей, Юй Пэй криво усмехнулся с кровожадным привкусом:
— Так что я не против дать тебе умереть ещё раз!
Пронизывающая душу боль — мужчина-призрак издал резкий визг. Юй Пэй нахмурился с досадой:
— Заткнись! — и свободной рукой с хрустом вывихнул нижнюю челюсть призраку.
Мужчина-призрак: «…»
Даже будучи мёртвым, призрак с вывихнутой челюстью вдобавок пускал слюни. Юй Пэй, чувствуя омерзение, с размаху швырнул его далеко прочь.
— Ва-ва-ва… — призрак уставился на Юй Пэя ненавидящим взглядом, словно что-то обличая.
— Ва-ва-ва! — обличение стало яростнее, от напряжения слюни полетели брызгами, и Юй Пэй, переполненный отвращением, уже не мог на это смотреть.
— Ва-ва-ва! Ва-ва-ва-ва-ва!!
Юй Пэй отвернулся и не заметил, что взгляд мужчины-призрака устремился за его спину — в нём читались лишь ужас и страх.
«…опадают цветы, опадают цветы, разлетаются в прах…»
Откуда-то донёсся голос девочки, читающей древние стихи — пустой и далёкий.
«…опадают цветы, влетая в полог…»
«…влетая в полог…»
«…влетая в полог…»
В Зале духов осталось лишь эхо «влетая в полог», похожее на вздох ребёнка, словно оплакивающий разлетающиеся цветы.
Очевидно, этот голос слышал не только Юй Пэй — все, мёртвые и живые в зале, тоже его услышали.
По сравнению с недоумением Юй Пэя и остолбенением призрака-мужчины, живые люди, стоящие на страже у гроба, выглядели так, словно увидели привидение — в подлинном страхе.
— Это, это Старшая Госпожа!
— Не мо-может быть! Старшая Госпожа умерла!
— Но это же её голос!
— Нет! Нет, это не тот выродок! Не смейте сеять панику! Этот выродок мёртв! Мёртв! — змеиномордая Госпожа Ли, только что рыдавшая до потери дыхания, вдруг оживилась, вскочила и, тыча пальцем в дрожащих и перешёптывающихся слуг, закричала: — Вон! Все вон отсюда!
Слуги только и ждали этих слов. Они бросились к дверям, кубарем, но двери с грохотом захлопнулись, отбросив всех пытавшихся сбежать обратно.
http://tl.rulate.ru/book/201774/24926311
Готово:
