Август 2004 года. Разгар лета, время бурь и перемен.
Чэнь Дун прильнул к окну, глядя на тяжелые тучи на горизонте. Лицо его было предельно серьезным.
Как только его, молодого специалиста, направленного по распределению из провинциального комитета, зачислили в штат сельской администрации, сразу начался ливень, какого не видели пятьдесят лет. Удача его явно не баловала.
Управление по предотвращению наводнений и смягчению последствий уже разослало уведомления. Все сотрудники поселка были приведены в состояние готовности, задачи по защите деревень распределены, запасы необходимых материалов сформированы...
Чэнь Дун сосредоточенно прокручивал в голове список дел, проверяя, не упустил ли он чего в подготовке к этой стихии. Только после этого он смог немного выдохнуть.
Год назад он вернулся в прошлое — в тот самый переломный момент на четвертом курсе, когда нужно было выбирать жизненный путь. Обладая опытом сорока с лишним лет прожитой жизни, он решил снова войти в политику. Вернуть всё то, что упустил и потерял в первой жизни.
В отличие от прежней нерешительности и вечных сомнений, на этот раз он без колебаний сдал экзамены на должность специалиста провинциального комитета и сумел вырваться из многотысячной толпы претендентов.
Выбирая место службы, он решительно выбрал район, прилегающий к его родному уездному городу. Опираясь на прошлые уроки, здесь он мог избежать многих лишних преград.
Прошло меньше месяца с момента его назначения, но он уже успел освоиться во всем Линьгуаньчжэнь. Благодаря памяти о прошлом и опыту работы в чиновничьих кругах, он легко нашел общий язык с людьми и на посту секретаря поселкового комсомольского комитета начал проявлять себя.
Буря приближалась. Весь поселок уже был в движении. Секретарь партийного комитета Линьгуаньчжэнь У Цимин и мэр Хань Ган отправились в две деревни у реки, чтобы лично контролировать ситуацию. Заместитель секретаря Сюй Бо координировал действия из центра. Перед лицом надвигающейся беды руководство поселка проявило политическую ответственность: чиновники были на передовой, не допуская ни малейшей оплошности.
Чэнь Дун взял телефон, проверил заряд, вытащил зарядное устройство и, сунув запасной аккумулятор в карман, вышел за дверь.
Этот ливень лил над верховьями реки уже двое суток. Сегодня, около семи вечера, дамба в деревне Даванцунь у реки будет внезапно прорвана паводком. Вся деревня пострадает, а секретарь У Цимин будет снят с должности за халатность. Многие другие сотрудники поселка также понесут удар, что наложит тяжелый отпечаток на их дальнейшую карьеру...
Но в этот раз всё будет иначе.
Чэнь Дун знал этот исход. Поэтому пять дней назад он нашел У Цимина и, используя красноречие отличника юридического факультета Линьцзянского университета и логику чиновника, дослужившегося в прошлой жизни до заместителя главы уезда, сумел убедить его уделить особое внимание защите Даванцунь.
В прошлой жизни У Цимин не то чтобы игнорировал проблему. Просто тогда он переоценил качество строительства дамбы и срок её службы, а также не осознавал всей разрушительной мощи этого редкого на пятьдесят лет наводнения.
Впрочем, это было естественно. Секретарю партийного комитета поселка, чиновнику уровня «чжэн кэ», за всю жизнь может и не выпасть случай столкнуться с настоящим потопом.
Тем более, если дамба в Даванцунь выдержала наводнение девяносто восьмого года, как она может не справиться с этим ливнем?
Понимая, что на кону человеческие жизни, Чэнь Дун вскочил на велосипед и помчался прямиком к Даванцуню.
Согласно распределению обязанностей, секретарь У велел ему остаться в поселковом правительстве для обеспечения тыла. Но любой здравомыслящий человек понимал: за тыловое обеспечение отвечает секретарь Ян Цзе, зачем здесь Чэнь Дуну?
Намерения У Цимина были прозрачны. Чэнь Дун — новобранец из провинциального комитета, он сам рвался на самые трудные участки для закалки. Но если что-то случится, как руководителю оправдаться перед начальством?
Будь то забота о молодом кадре или расчет на собственную карьеру, У Цимин ни за что не позволил бы Чэнь Дуну рисковать на дамбе.
— Людей, чтобы таскать мешки с песком, навалом! Зачем тебе, умнику, лезть под удар? Сиди дома, занимайся тылом — на войне нет переднего и заднего края!
Слова У Цимина всё еще звенели в ушах, но Чэнь Дун не хотел прятаться в тылу, труся перед опасностью. Он не был «клубничным солдатом» и не был ребенком. У него была своя ответственность и свои принципы.
К тому же, он всерьез опасался, что У Цимин проявит беспечность и не заметит воронку подмыва в теле дамбы.
«Я уже пробился в чиновники, неужели позволю снова пойти ко дну вместе с вами? Даже если меня не зацепит напрямую, это станет пятном на моей карьере».
Рискнуть — и либо добиться успеха, либо хотя бы не оставить после себя грязи.
Поэтому Чэнь Дун обязан был быть на месте.
От поселкового правительства до Даванцуня было меньше пяти ли. Три ли асфальтированной дороги и больше одного ли грунтовой. Чэнь Дун крутил педали, быстро достигнув перекрестка.
Позади него надвигались тяжелые черные тучи. Свирепый ветер завывал так сильно, что даже если бы он перестал крутить педали, велосипед несся бы вперед на огромной скорости.
Грунтовые дороги между полями, еще не просохшие после предыдущих дождей, были изрыты колеями сельскохозяйственной техники и не подходили для езды. Лишь тропинки, протоптанные мотоциклами и велосипедами в лесополосе, были достаточно твердыми. Чэнь Дун изо всех сил давил на педали и, наконец, успел добраться до дамбы до начала основного ливня.
У Цимин как раз обходил дамбу с сельскими активистами. В сгущающихся сумерках он увидел Чэнь Дуна, который бросил велосипед и быстро бежал к ним. В душе секретарь почувствовал симпатию, но вслух отчитал:
— Я же велел тебе оставаться на месте и заниматься тылом! Почему самовольно покинул пост, не дожидаясь распоряжений!
У Цимину было чуть за сорок. Он был проницательным, решительным и среди девятнадцати секретарей поселков уезда считался одним из лучших. Обладал сильным характером и умел ладить с людьми, проявляя при этом необходимую гибкость. Его слова звучали как выговор, но в голосе сквозило одобрение.
— В поселке есть Ян Цзе, а я молод и полон сил. Не могу спокойно сидеть, когда здесь нужна помощь.
И по долгу службы, и из личных соображений Чэнь Дун не хотел, чтобы с дамбой что-то случилось. Его силы были малы, но он знал о катастрофе в Даванчжуане больше, чем кто-либо другой.
В прошлой жизни, работая в местной администрации, он не раз изучал причины этого происшествия. Многие, рассуждая задним числом, списывали всё на беспечность руководства поселка, но Чэнь Дун с этим не соглашался.
Кто мог предположить, что на дамбе, построенной всего два года назад, возникнет воронка подмыва?
— По мне, так секретарь У — настоящий боец партии. Дамба в Даванцуне совсем новая, она выдержит и столетнее наводнение. Из-за такого дождя не стоило поднимать такую тревогу!
Говорил Лю Ган, секретарь партийной ячейки деревни Даванцунь. Он был ветераном, перешедшим с основной работы в поселке на вторую линию, и занимал пост в деревне уже много лет. Молодого секретаря У он не ставил ни во что, а к неопытному Чэнь Дуну относился с явным пренебрежением.
За годы службы в деревне и благодаря статусу бывшего поселкового чиновника Лю Ган обладал огромным авторитетом. Стоило ему заговорить, как сопровождавшие их активисты тут же подхватывали:\ кто-то хвалил У Цимина, кто-то сокрушался о лишней суете. Голосов было много, и единого мнения не наметилось.
— Береженого бог бережет! Борьба с наводнением — дело серьезное, тут нельзя допускать халатности!
У Цимин понял намек Лю Гана, но не стал его разоблачать и продолжил обход.
Дамба была новой, все присутствующие были дилетантами. Раз воды еще не прибыло, что они могли обнаружить?
Но Чэнь Дун был другим. В прошлой жизни он изучал этот случай, а позже даже работал руководителем в Управлении водного хозяйства. В этом вопросе вряд ли кто-то мог сравниться с ним.
— Секретарь У, посмотрите сюда.
Пользуясь памятью из прошлой жизни, Чэнь Дун нашел место, где должна была возникнуть воронка.
Река еще не поднялась. В нескольких десятках сантиметров от уровня воды виднелось едва заметное углубление, сливающееся с поверхностью. Если бы не прозорливость Чэнь Дуна, это место было бы невозможно обнаружить.
У Цимин наклонился, присматриваясь, но ничего не увидел. Лю Ган усмехнулся:
— Товарищ Чэнь, так вы в этом разбираетесь? Выглядит же совершенно нормально!
— У меня есть родственник, он занимается подобными вещами, немного разбираюсь, — уклончиво ответил Чэнь Дун и, указав на впадину, обратился к У Цимину:
— Дамба в порядке, раньше уровень воды никогда не доходил досюда. По идее, здесь не должно быть таких резких перепадов. Я предлагаю немедленно направить людей, чтобы обработать это место.
У Цимин не спешил с ответом, а Лю Ган вставил:
— Это земляная дамба, её строили довольно грубо, она не может быть идеально ровной. Чэнь Дун, ты нагнетаешь.
Чэнь Дун проявил твердость:
— Секретарь У, перед лицом наводнения нельзя полагаться на удачу и проявлять беспечность!
У Цимин на мгновение задумался и предложил компромисс:
— Принесите пару мешков песка и щебня, засыпьте это место! Старина Лю, выдели пару надежных людей, пусть присмотрят за этим участком!
Лю Ган сделал это неохотно, но ослушаться У Цимина не посмел. Он позвал людей, чтобы отдать распоряжение.
Глядя на его лицо, Чэнь Дун почувствовал неладное. Такая неприязнь Лю Гана... не знает ли он о какой-то скрытой проблеме? Не окажется ли, что вина за состояние дамбы падет именно на него?
(Продолжение следует)
http://tl.rulate.ru/book/201697/24783514
Готово:
