Несколько дней спустя, раннее утро.
Лу Минфэй стоял перед закусочной, вытирая бумажной салфеткой пот после пробежки. Пощупав туго набитый кошелёк, он зашёл поесть.
За эти несколько дней его отношения с Су Сяоцян быстро стали известны другим одноклассникам, но опасный шторм так и не разразился. Ван Цзысинь и его компания не искали с ним ссоры, наоборот — как добрые приятели, иногда заговаривали с ним, и ненароком упоминали Су Сяоцян.
Такое ощущение, будто Ван Цзысинь плевать хотел, были ли у них с Су Сяоцян особые отношения раньше, и на то, что его признание прервали.
А ведь он уже, кажется, точно всё понял!
Почему же?
Лу Минфэй не знал причины. Он знал только одно: надо упорно становиться сильнее, настолько сильным, чтобы выдержать любую перемену. Тогда ему ничего не будет страшно.
В эти дни он внимательно слушал на уроках, после уроков прилежно учился, а вне школы в свободное время тренировал тело и практиковал Пробуждение крови. Он отчётливо чувствовал, что тело стало чуть крепче.
А вместе с тренировками приходилось есть больше питательной еды. В мире фитнеса есть хорошая поговорка: «Три части — тренировки, семь — питание». Есть качественно — очень важно.
К счастью, Су Сяоцян дала ему сто юаней, так что на какое-то время хватит на хорошую еду, и тренировки не пропадут даром из-за скудного рациона.
Блин!
Долг снова вырос!
Но, если подумать, я тренируюсь всего несколько дней, а уже чувствую прогресс. Похоже, талант у меня и впрямь неплохой, просто раньше я этого не замечал.
К тому же, в процессе тренировок Лу Минфэй всё больше убеждался, что Пробуждение крови — лишь плод его воображения, и никакой крови на самом деле пробудить нельзя.
Никакого Стенда...
Ни духовного давления Шинигами...
Ни Шарингана...
Тьфу, просто обычный метод тренировки!
….
— Слышал? Говорят, у Су Сяоцян появился кто-то, кто ей нравится, и характер у неё стал гораздо лучше.
— А? Правда? У меня один кореш недавно ей признавался — так она его обложила по полной! И у этой девицы есть кто-то, кто нравится? Кто же этот герой? Чу Цзыхан, что ли?
— Нет, одноклассник из её же группы. Обычно его не видно и не слышно. Кажется, его зовут... Лу Минфэй.
Такие разговоры в самых разных формах разносились по всему кампусу. Слухи о Су Сяоцян разлетались во все стороны — ещё бы, такая девушка в центре внимания парней, особенно если дело касается сплетен.
И всё это, естественно, дошло до ушей самих героев.
Неподалёку от школьных ворот Лу Минфэй и Су Сяоцян как ни в чём не бывало шли бок о бок к школе. Он заговорил первым:
— В последнее время в школе ходит много слухов о нас. Ты замечала?
— Такое сложно не заметить, правда?
— су Сяоцян ответила естественно.
— Ведь это правда.
— Лу Минфэй кивнул.
— …
— Су Сяоцян явно на миг запнулась на шагу, но быстро пришла в себя и сказала:
— А ты не хочешь прояснить всё с другими? Если эти слухи дойдут до определённых ушей, тебе может не поздоровиться.
— Разве можно назвать прояснением отрицание того, что существует на самом деле?
— …
— К тому же, если я начну спешно оправдываться перед другими, это будет для тебя своего рода ударом, верно? Как ни крути, так поступать нельзя, — продолжил Лу Минфэй.
— …
Су Сяоцян погрузилась в третье молчание. Пройдя ещё немного, она, кажется, пришла в себя и гордо заявила:
— Ты думаешь, кто я такая? Я — Су Сяоцян! Думаешь, меня волнует такая ерунда, как репутация? Хм, ты меня недооцениваешь!
— Но меня волнует.
— А?
— Су Сяоцян нахмурилась.
— Я имею в виду твою.
— Лу Минфэй добавил с предельной искренностью.
— …
Су Сяоцян погрузилась в четвёртое молчание. Выражение её лица начало постепенно меняться, эмоции проступали всё явственнее. Она слегка прикусила зубы и сказала:
— О, тебя волнует? И что с того? Что ты собираешься делать? Как поступишь?
— Ничего.
— А?!
— Если всерьёз заботиться о том, что тебе безразлично, не покажусь ли я слишком мелочным? И если уж так переживать, будешь ли ты от этого счастлива? — сказал Лу Минфэй.
— …
Су Сяоцян погрузилась в пятое молчание, а потом, продолжая идти, принялась пинать Лу Минфэя по голени, бормоча вполголоса:
— Болван! Болван! Болван!..
Лу Минфэй позволял ей пинать — всё равно не больно.
Они приближались к школе, вокруг становилось всё больше учеников, но Су Сяоцян, гордо не замечая их, продолжала пинать Лу Минфэя, хотя бормотание стало тише.
У ворот школы Лу Минфэй внезапно остановился и повернулся к Су Сяоцян.
— Ч-что?
Она слегка растерялась — всё-таки пинала его всю дорогу, это нехорошо.
Лу Минфэй с беспомощным видом протянул ей чёрный рюкзак с милым брелоком и спросил:
— Мы уже в школе. Твой рюкзак так и будет у меня?
— …
Су Сяоцян погрузилась в шестое молчание. На лице больше не скрывался стыдливый румянец. Со смесью стыда и злости она выкрикнула:
— Да!
— Хорошо-хорошо, я подержу.
— Хм!
— Глупышка, — (едва слышно).
— Ты что-то сказал?
— Ничего, тебе послышалось.
— Не может быть, ты точно что-то сказал! Я краем глаза всё время за тобой следила! Я видела, как твои губы шевельнулись!
— Ты всё время за мной следила?
— …
Седьмое молчание достигнуто.
….
На второй перемене в Шиланьской средней школе был долгий перерыв. Обычно в это время Лу Минфэй вместе с Су Сяоцян шёл на Крышу болтать и дурачиться.
Но сегодня вышла небольшая накладка.
— Лу Минфэй, пойдём-ка со мной, есть важный разговор, — Ван Цзысинь из соседнего класса сам пришёл к нему. Взгляд у него был ледяной.
«Неужели всё-таки дошло?»
«Или он знал и раньше, но не хотел сводить со мной счёты до сих пор?»
«Ладно, это моё дело».
— Хорошо.
Лу Минфэй последовал за ним. Пусть он не считал себя хорошим человеком, но в такой момент надеяться, что тебя спасёт нравящаяся тебе девушка... это точно последнее дело.
Мужчина должен иметь ответственность.
В классе Су Сяоцян смотрела на спину Лу Минфэя, который без колебаний ушёл, и вдруг почувствовала, что он стал каким-то чужим. Раньше этот трус и неудачник обязательно бросил бы на неё умоляющий взгляд.
Он вроде изменился, а вроде и нет. Он именно такой человек: изредка, в решающий момент, сходит с ума и делает нечто неожиданное.
Таким был Лу Минфэй.
Таким был... мой человек.
Су Сяоцян встала, взгляд её заострился.
http://tl.rulate.ru/book/201180/23914161
Готово:
