Чэнь Чжилун приехал на виллу к Цинь Синьбэй и подробно рассказал ей о своих действиях вместе с Ли Хайгуем и о достигнутых результатах.
Цинь Синьбэй рассыпалась в благодарностях, в её глазах застыли и печаль, и радость.
Неужели наконец-то можно отомстить?
Она ждала этого мига пять лет. Казалось, желание вот-вот сбудется.
Несколько месяцев спустя суд начал слушание дела У Ляна и Ли Цимина.
В зале суда У Лян чистосердечно признался в убийстве Цинь Дафа. Однако он изменил показания, отрицая, что действовал по указке Ли Цимина, и заявил, что прежде хотел намеренно подставить Ли Цимина.
Ли Цимин, в свою очередь, на месте отрицал свои показания, данные в участке полиции, утверждая, что страдает психическим расстройством. Мол, когда он давал те показания, у него случился приступ.
Затем его адвокат предъявил справку о психическом заболевании Ли Цимина.
Суд приговорил У Ляна к смертной казни по обвинениям в убийстве и незаконном ношении оружия. У Лян заявил, что принимает приговор и не будет подавать апелляцию.
Что касается обвинений против Ли Цимина, то их сняли за недостаточностью улик.
Ли Цимина признали невиновным и освободили прямо в зале суда.
Как только приговор был оглашён, в обществе разгорелись бурные обсуждения, одна за другой возникали догадки и теории.
Дело приняло неожиданный оборот, что, разумеется, привлекло внимание многих новостных изданий. Тем более что один из обвиняемых был сыном главного инспектора полицейского участка. Различные СМИ наперебой освещали этот инцидент, то и дело раздавались голоса сомнения.
Под давлением общественного мнения главный инспектор Ли Цзян выступил с публичным заявлением. Он заявил, что процесс расследования, сбора доказательств и вынесения приговора был открытым и прозрачным. Разговоры о покрывательстве и попустительстве — безосновательные домыслы, сущая нелепица.
Увидев приговор, Ли Хайгуй пришёл в ярость. Он и представить не мог, что даже теперь, когда дело зашло так далеко, Ли Цимин останется безнаказанным.
Можно было лишь догадываться, какой чудовищной силой обладает за спиной Ли Цзяна и сколько простых людей эта сила давит и калечит.
На миг Ли Хайгую показалось, что он вернулся в те смутные времена. В те времена, когда происхождение решало судьбу, а грубая сила попирала истину.
Так он погрузился в воспоминания о минувших днях, и образы, пылившиеся в глубинах памяти, снова встали перед глазами.
Он бормотал себе под нос:
— Брат Ло Кэ, в тот год я не сумел тебя спасти, и до конца дней моих мне не знать покоя. Господин Юй, сегодня я тоже хочу, как и вы, бросить вызов сильным и несправедливости.
В гневе он схватился за кисть и написал подробный отчёт — обо всём, кроме того, что касалось Чэнь Чжилуна. Он описал историю Цинь Синьбэй, а также весь процесс от подачи заявления до судебного разбирательства.
На другом листе бумаги он написал всего одну фразу: «Бесчисленные предки сложили головы, пролили кровь, чтобы изменить мир. Мир не должен быть таким, да и может быть другим, не так ли?»
Затем он запечатал свою рукопись вместе с газетой, освещавшей это дело, в большой конверт и отправил его.
Несколько дней спустя. Яньцзин.
Письмо с жалобой, отправленное из Хуачэна, привлекло пристальное внимание. Центральное правительство создало Специальную следственную группу и направило её в Хуачэн.
Вечером самолёт с членами группы приземлился в Международном аэропорту Цайюнь.
Ночью Ли Хайгуй смотрел телевизор, когда Ли Юэцзинь привёл мужчину лет сорока с лишним, а сам вышел.
Мужчиной оказался глава Специальной группы Чжэн Юань.
— Как быстро вы приехали. Хорошая скорость, — бесстрастно заметил Ли Хайгуй.
Чжэн Юань вежливо ответил:
— Вы не связывались с Центральным правительством уже более тридцати лет, верно? Получив ваше письмо, Центр отнёсся к нему с большим вниманием. Я прибыл сюда и прошу вас, старейшина, оказать нам всяческое содействие.
— Не смею, не смею. Сейчас я всего лишь обычный гражданин. Вы всё делайте по закону. Я выполню свой гражданский долг и полностью окажу вам содействие.
— На основании нашего предварительного анализа справка о психическом заболевании Ли Цимина, скорее всего, поддельная. Но мы не можем сосредоточиться только на этом. В таком случае он просто подделал документы. Нам нужно больше улик, чтобы изобличить Ли Цимина и подтвердить совершённое им изнасилование и убийство.
— Хорошо, хорошо, это ваша работа. Я в этом не разбираюсь. Сейчас я скажу вам вот что: ваше расследование неизбежно столкнётся с огромными препятствиями, возможно, даже с опасностью. Насколько велика ваша решимость?
Чжэн Юань выпрямился и с воодушевлением произнёс:
— Если есть трудности, мы их преодолеем. Мы — слуги народа и ни за что не испугаемся трудностей. Что касается опасности... у нас в помещении нет электрочайников, так что пожара не случится.
Ли Хайгуй на миг опешил, но тут же понял, к чему тот клонит.
— Ладно, на сегодня достаточно. Идите занимайтесь своими делами. Если понадобится моя помощь, просто позовите.
Чжэн Юань пожал Ли Хайгую руку и сказал:
— Хорошо, тогда я откланяюсь.
Он вышел из дома семьи Ли без лишних слов.
Он зашёл к Ли Хайгую, во-первых, чтобы поприветствовать его как младший по возрасту, а во-вторых — чтобы проверить, нет ли рядом с Ли Хайгуем какого-нибудь мудреца, который ему помогает. Ведь, по его мнению, показания обоих в участке полиции были получены слишком легко.
Он ни на миг не усомнился в правдивости письма, потому что его написал Ли Хайгуй. Его задача была в том, как найти доказательства и подтвердить написанное.
Как и предсказывал Ли Хайгуй, Специальная группа провела в Хуачэне почти месяц, но так и не добилась никакого прогресса.
Чэнь Чжилун тоже не терял времени даром. Благодаря тренировкам он овладел Искусством невидимости.
Это была довольно бесполезная техника. Культиваторы в мире заклинателей ею почти не пользовались, потому что у них было Духовное зрение, позволявшее распознавать невидимость.
Применение Искусства невидимости делало человека лишь невидимым для глаз. До него всё равно можно было дотронуться и ощутить.
Разумеется, если противник был обычным человеком без каких-либо способностей, то Искусство невидимости оказывалось полезным.
Продемонстрировав Ли Хайгую это искусство, Чэнь Чжилун невидимым проник в дом Ли Цимина.
Он развернул Духовное зрение и осмотрел дом семьи Ли. В кабинете он обнаружил подвал, но не владел Искусством земляного ухода, поэтому не мог проникнуть туда напрямую.
Ему пришлось постоянно менять своё положение в кабинете, чтобы Духовное зрение могло охватить как можно больше пространства подвала, — радиус его действия был слишком мал.
То, что открылось ему в подвале, поразило Чэнь Чжилуна. Он увидел труп молодой девушки, причём умершей совсем недавно.
Он не мог понять, почему семья Ли не избавилась от тела, а просто оставила его в подвале.
Осмотрев подвал, Чэнь Чжилун перешёл в комнату Ли Цимина. С виду ничего особенного. Единственное, что бросалось в глаза, — большая фигурка, стоявшая рядом с компьютерным столом.
Чэнь Чжилун тщательно просканировал фигурку Духовным зрением и обнаружил, что одна её рука полая. Внутри лежало с десяток бумажных свитков, в которые были завёрнуты женские волосы. На бумаге что-то было написано, но Чэнь Чжилун не вполне разобрал эти иероглифы.
Но самую большую находку он сделал на кухне.
На кухне стояли три газовых баллона. Один из них был переделан — внутри оказалось огромное количество наличных.
А в холодильнике, в колбасных батонах, были спрятаны золотые слитки. Это уже могло доказать, что Ли Цзян — крупный взяточник.
Если удастся свалить Ли Цзяна, то Ли Цимин перестанет быть угрозой.
Чэнь Чжилун не стал продолжать обыск и невидимым покинул дом семьи Ли. Он добился своей цели. К тому же он одновременно использовал и Искусство невидимости, и Духовное зрение, и силы его были на исходе.
Вернувшись в дом семьи Ли, Чэнь Чжилун подробно рассказал Ли Хайгую обо всём, что видел в доме Ли.
Ли Хайгуй был вне себя от радости, но в то же время удивлялся, откуда Чэнь Чжилун это знает. Однако расспрашивать не стал — он давно понял, что способности Чэнь Чжилуна не поддаются обычному пониманию.
На следующий день Ли Хайгуй связался с Чжэн Юанем. После некоторых предварительных выяснений он рассказал тому об обнаруженном Чэнь Чжилуном.
Чжэн Юань, выслушав, не поверил своим ушам.
Они несколько человек почти месяц вели расследование в Хуачэне и не смогли найти ничего полезного. Откуда же Ли Хайгуй всё это знает? Но, глядя на выражение лица Ли Хайгуя, он понимал, что тот не бросает слов на ветер.
Итак, Чжэн Юань возглавил группу и отправился к дому семьи Ли. С ними был и журналист, снимавший скрытой камерой, — так договорились с Ли Хайгуем.
У входа в дом семьи Ли как раз оказался Ли Цзян. Он поспешил пригласить всех войти.
Когда все расселись, Ли Цзян собрался было заварить чай, но Чжэн Юань под предлогом осмотра стал разглядывать дом, и Ли Цзяну пришлось сопровождать его повсюду.
Дойдя до кухни, Чжэн Юань, сославшись на жажду, с видом завсегдатая открыл холодильник и взял напиток. Он даже пошутил, что хотел бы остаться на ужин и посмотреть, что есть из еды.
Ли Цзян не был дураком. Столь явные действия доказывали, что Специальная группа пришла подготовленной. Но он ничего не мог поделать — только понимал, что всё кончено.
Чжэн Юань взял в руки колбасный батон, взвесил его на ладони, затем начал понемногу счищать мясо — и перед всеми предстал золотой слиток.
Чжэн Юань взглянул на Ли Цзяна, приподнял бровь и едва заметно усмехнулся. Ли Цзян рухнул на пол.
Затем нашли деньги в газовом баллоне и содержимое фигурки.
Когда все увидели бумажные свитки с женскими волосами и содержание написанного, их пробрала дрожь от омерзения.
Там было записано, где именно Ли Цимин насиловал женщин, как они сопротивлялись, что он сам чувствовал в тот момент и так далее.
Всех охватила такая ярость, что они скрежетали зубами. Всего было тринадцать бумажных свитков — то есть как минимум тринадцать жертв.
Затем в подвале нашли и труп той девушки.
Тут уж никакие оправдания не помогли.
Журналистка снимала всё от начала до конца. Увиденное собственными глазами повергло её в шок.
http://tl.rulate.ru/book/200985/25114542
Готово:
