Хуася, Хуачэн, Семья Ли.
Чэнь Чжилун прожил у Ли Хайгуя десять дней и снова собрался в путь.
Он попал в это время двенадцать дней назад.
Не перенёсся.
Он был заперт в пространстве Талисмана Семи Звёзд и выбрался оттуда лишь двенадцать дней назад.
Семьдесят лет назад, накануне падения Хуачэна.
Его учитель вместе с его старшими братьями покинул Храм Семи Звёзд и спустился с горы. Оставил юного Чэнь Чжилуна сторожить врата храма.
Потом Хуачэн пал, Храм Семи Звёзд был разрушен.
Когда Чэнь Чжилуна собирались убить, явился Предок-основатель. Он низвёл Небесную молнию, уничтожил тот отряд Лоботоу и спас Чэнь Чжилуна.
Предок-основатель запер Чэнь Чжилуна в пространстве Талисмана Семи Звёзд, чтобы тот унаследовал наследие школы.
Выйти можно было, только пройдя испытание Предка-основателя.
Кто ж знал, что когда он выйдет, пройдёт семьдесят лет.
В Талисмане Семи Звёзд время не течёт. Так что сейчас он с виду всё ещё ребёнок.
Десять дней назад Чэнь Чжилун встретил своего старого друга Ли Хайгуя и по его приглашению пришёл погостить к Семье Ли.
Ли Хайгуй протянул Чэнь Чжилуну новенькое Удостоверение личности и сказал:
— Брат Чэнь, это твоё удостоверение. Без него в наше время шагу не ступишь. Только впредь наедине будешь звать меня дедушкой Ли, ха-ха.
Чэнь Чжилун взял удостоверение, взглянул на дату рождения — 2000 год.
Он с некоторой безысходностью подумал: «Семьдесят восемь лет превратились в восемь».
Бах!
В комнату ворвались внук Ли Хайгуя Ли Хуасинь, гонящийся за дочерью Ли Юйтин.
Ли Хайгуй нахмурился, но, глядя на резвую и милую правнучку, сразу не смог рассердиться.
Он повернулся к Ли Хуасиню:
— Хуасинь, побудь подольше с ребёнком дома. Девочка совсем как мальчишка, носится целыми днями.
Сказав это, Ли Хайгуй вздохнул про себя. Жена Ли Хуасиня вскоре после родов Ли Юйтин бесследно исчезла. Все эти годы Ли Хуасинь так и не женился.
«Надо при случае снова его уговорить, пусть найдёт правнучке новую мать. Ребёнку с детства не хватает материнской любви — это плохо для здорового роста».
Ли Хуасинь горько усмехнулся. Он бы и рад остаться в стране. Но его бизнес с китайскими лекарствами за границей идёт гораздо лучше, чем на родине, и бросить его трудно.
Ли Юйтин увидела удостоверение Чэнь Чжилуна и мигом выхватила его.
Взглянула, самодовольно усмехнулась:
— Старше на три с лишним месяца! Я же говорила: я выше, значит, я старшая сестра. Так и есть. Давай, хороший братец, назови меня сестрой Тин.
Чэнь Чжилун не обратил внимания на её довольный вид. Он достал рецепт и протянул Ли Хуасиню:
— Дядя Ли, попробуйте выпустить по этому рецепту небольшую партию, посмотрите на эффект. Если подойдёт, скажите мне, я его доработаю и зашифрую.
Ли Хуасинь принял рецепт и вопросительно взглянул на Ли Хайгуя.
Дед Ли Хайгуй ничего не рассказывал ему о Чэнь Чжилуне. Но и отношение деда, и собственная интуиция подсказывали, что этот ребёнок не прост.
— Это рецепт вашей лечебной мази? — Ли Хайгуй покосился на рецепт.
— Да, той самой, что ты уже пробовал, — ответил Чэнь Чжилун.
Ли Хайгуй поспешил велеть Ли Хуасиню спрятать рецепт и строго сказал:
— Делай, как сказал Чжилун.
Ли Хайгуй сам испытал эту мазь — лучшее наружное средство, какое он знал.
В своё время предатель Ли Эрню угрозами и посулами пытался выведать у Чэнь Чжилуна состав, чтобы выслужиться перед отрядом Лоботоу.
Ли Хайгуй решил воспользоваться моментом, чтобы удержать Чэнь Чжилуна:
— Чжилун, для проверки мази нужно время. Может, останешься ещё? Если будут результаты, Хуасинь сразу тебя найдёт.
Ли Юйтин тоже принялась уговаривать:
— Хороший мой братец, послушайся, останься! Сестра Тин даст тебе всё самое вкусное, ладно?
Чэнь Чжилун сглотнул слюну — ничего не поделаешь, в это время еда оказалась слишком вкусной.
К тому же все предыдущие семьдесят лет он вообще ничего не ел, поддерживая тело Духовными камнями.
Подумав, Чэнь Чжилун всё же отказался:
— Сестрёнка, будь умницей. Я не такой, как ты, мне нужно совершенствоваться. Жить в городе — совершенствоваться очень плохо.
— Хм, противный братишка! — Ли Юйтин надулась и выбежала из комнаты.
Ли Хуасинь не стал обращать внимания на дочь, а сказал Чэнь Чжилуну:
— Чжилун, у меня есть дом в пригороде, место большое, рядом никого, тебе должно подойти. Только…
Запнулся.
— Что «только»? — Чэнь Чжилун заинтересовался и переспросил.
— В том доме водятся привидения, и очень злые, — подхватил Ли Хайгуй.
— О? Расскажите подробнее, дядя Ли.
Услышав про привидения, Чэнь Чжилун сразу оживился.
Он как cultivator, конечно, не боялся духов, но ему было любопытно взглянуть, как они выглядят.
С Предком-основателем был особый случай, не обычное привидение.
Ли Хуасинь огляделся и сказал:
— Подробностей я не знаю. Дом мне уступил друг по дешёвке. Я съездил посмотреть — больше не рискнул. Как переступил порог, сразу стало холодно, окна и двери сами хлопали, лампочки мигали, и слышался женский плач.
Он постеснялся признаться, что вылетел из дома кубарем.
Чэнь Чжилун слушал и распалялся всё больше:
— Дядя Ли, когда сможете свозить меня посмотреть?
Если Ли Хуасинь не врёт, там действительно может быть нечисть.
— Чжилун, ты правда уверен? Я могу отвезти тебя прямо сейчас. Если сумеешь выгнать эту штуку, дом будет твой, мне он всё равно не нужен.
— Добро, не будем тянуть.
— Только уговор: я довожу тебя до места, внутрь не захожу.
Тут заговорил молчавший до сих пор Ли Хайгуй:
— И меня возьмите. Тоже погляжу.
И они втроём пошли в гараж, чтобы ехать. Тут подбежала Ли Юйтин:
— Пап, вы куда? Я тоже хочу!
Ли Хуасинь, что бывало редко, прикрикнул на неё:
— Глупости! Мы едем смотреть дом с привидениями, а они маленьких детей едят.
Ли Юйтин пренебрежительно фыркнула:
— Врёшь! Учитель сказал, что привидений в мире нет. И потом, противный братишка разве не ребёнок?
Ли Хуасинь хотел ещё что-то сказать, чтобы отговорить её, но Ли Хайгуй заметил:
— Пусть едет, не помешает. Только внутрь не заходить. Тепличные цветы всё равно не выживают.
Раз уж дед сказал, Ли Хуасиню пришлось согласиться.
Всю дорогу Ли Хуасинь был мрачен, словно на врага шёл. Ли Хайгуй сидел с закрытыми глазами, неведомо о чём думая. И только двое детей болтали и смеялись, полные предвкушения — один не боялся, второй не ведал страха.
Примерно через полчаса Ли Хуасинь остановил машину у ворот особняка.
Чэнь Чжилун огляделся. Первое, что бросилось в глаза, — трёхэтажный деревенский особняк около трёхсот квадратных метров.
Архитектура довольно стильная и своеобразная. Но сорняки повсюду, внутри и снаружи стен, портили весь вид — при взгляде охватывало чувство запустения.
Чэнь Чжилун и Ли Хайгуй вышли из машины и направились к воротам.
Ли Хуасинь остался в машине с дочерью, но на мгновение отвлёкся, и Ли Юйтин живо выскочила и догнала Ли Хайгуя.
Ли Хайгуй, увидев это, прикрыл её собой и многозначительно глянул на Чэнь Чжилуна — мол, если что, сперва защищай Юйтин.
Чэнь Чжилун понял и кивнул.
— Скри-и-ип…
Едва они приблизились к воротам, налетел порыв холодного ветра, и ворота распахнулись сами собой.
Чэнь Чжилун и Ли Хайгуй невозмутимо перешагнули порог и вошли во двор.
Ли Юйтин неожиданно проявила почтительность: взяла Ли Хайгуя под руку и то и дело озиралась по сторонам.
Ли Хайгуй, видя её побледневшее лицо и чувствуя холод её пальцев, посмеивался про себя: «Вот и попалась, непоседа. Теперь-то знаешь, каково бояться?»
Сам Ли Хайгуй оставался невозмутим.
Он прошёл сквозь груды мёртвых тел на поле боя — такие пустяки, как духи и демоны, не могли всколыхнуть его душу.
Он беспокоился только о своей правнучке.
— Бам! Бам!..
Окна особняка беспрестанно открывались и закрывались, будто предупреждая и прогоняя прочь.
Ли Хайгуй почувствовал, как маленькая рука Ли Юйтин вцепилась ему в локоть. Он другой рукой нежно погладил её по голове и тихо утешил:
— Не бойся, держись за прадедушкой.
С этими словами он снова заслонил её собой, сжимая её холодную потную ладошку.
Чэнь Чжилун с самого входа во двор внимательно оглядывался, пытаясь найти то самое «привидение». Но взгляд не обнаружил ничего необычного.
Тогда он применил Духовное зрение и, наконец, за окном на втором этаже разглядел фигуру женщины в лохмотьях.
«Что ж… тут и впрямь привидение».
— Мы не желаем зла. Я человек, занимающийся Дао. Если тебе нужна помощь, мы можем поговорить.
Чэнь Чжилун поднял голову, обращаясь к окну на втором этаже.
Он вспомнил, как учитель говорил старшим братьям: в мире инь и ян всё упорядочено. Обычный человек после смерти оставляет лишь душу и не задерживается надолго в мире живых, иначе рассеется.
Только обратившись из души в привидение, можно остаться в мире живых надолго.
Обычно привидения образуются, если у человека осталось неисполненное желание и сильная привязанность.
— М-м, ещё добавлю — будь добра, сначала оденься и вытри кровь.
Женщина-призрак у окна на мгновение опешила, потом преобразилась — привела себя в порядок.
Она думала, что главный среди троих — старик, который привёл младших набраться опыта.
Ведь на нём была густая аура убийства, внушавшая ей страх.
Ли Хайгуй в недоумении проследил за взглядом Чэнь Чжилуна, но ничего не увидел.
— Гость переступает порог — не желаешь ли пригласить нас внутрь и присесть? — продолжал Чэнь Чжилун, увидев, что женщина-призрак привела себя в порядок.
— Скрип!
Дверь особняка отворилась.
http://tl.rulate.ru/book/200985/25114539
Готово:
