Женщина в розовом платье, видя, как её голос дрожит от волнения, но она всё ещё пытается сохранять спокойствие и серьёзно благодарить, рассмеялась так, что её плечи затряслись.
Силуэт мелькнул и приблизился, почти касаясь лица Чэн Чу, чтобы рассмотреть её: «Ох, какая же ты прямолинейная. Говорить — это одно, делать — совсем другое. Раз уж мы, старики, позвали тебя сюда и помогли преодолеть твой барьер, как мы можем не сделать что-то существенное?»
Серьёзный старик тоже поднял руку, но не указывая на Чэн Чу, а словно хватая что-то в пустоте этого чисто белого пространства.
Золотая точка света собралась из небытия и медленно превратилась в старинное кольцо, которое упало в ладонь Чэн Чу.
Оно было не из золота и не из нефрита, на ощупь гладкое и тёплое. На ободке были выгравированы сложные узоры в виде облаков. При ближайшем рассмотрении эти узоры напоминали бесконечные круги.
«Это «Кольцо Цянькунь», — голос старика оставался серьёзным, но в нём слышалась едва заметная надежда, — это не сокровище для нападения или защиты, и внутреннее пространство не больше квадратного чжана. Но его материал особенный, в нём есть слабая «изначальная энергия хаоса» — первоисточник, который гармонизировал все энергии при зарождении мира.
Поместив в него пилюли, духовные камни или материалы, через несколько дней их энергии будут естественным образом гармонизированы кольцом, конфликты свойств ослабнут, и их будет легче усвоить.
Это поможет тебе в начальном построении цикла пяти элементов и послужит для «Укрепления основ и культивирования первозданного». Капнув кровью, ты сможешь предварительно признать его своим, и по мере роста твоего мастерства, возможно, ты откроешь и другие чудесные применения».
Чэн Чу была потрясена до глубины души и поспешно крепко сжала кольцо. Это было просто идеальное вспомогательное устройство, созданное специально для неё! Она снова и снова кланялась, слова благодарности застряли у неё в горле, остались лишь дрожащие отзвуки.
Дух среднего возраста с мягкой аурой, увидев это, слегка улыбнулся и тоже щёлкнул пальцами.
Поток зелёного света метнулся к Чэн Чу и превратился в маленький зелёный нефритовый тыквенный сосуд, размером примерно с ладонь. На поверхности сосуда были естественные скрытые узоры, напоминающие цикл пяти элементов.
«Этот сосуд называется «Зелёный нефритовый тыквенный сосуд», — мягко сказал он, — он не предназначен для хранения пилюль. Когда ты будешь заниматься повседневным культивированием, можешь держать его рядом с собой.
Он будет медленно поглощать духовную энергию окружающего мира и, в зависимости от колебаний твоей собственной духовной силы, немного корректировать пропорции поглощаемой духовной энергии пяти элементов, делая её более соответствующей твоим текущим потребностям в культивировании, создавая для тебя более комфортную микросреду для культивирования.
Например, если сегодня твой элемент дерева слаб, он будет привлекать больше древесной духовной энергии; если завтра элемент огня будет сильным, он немного поможет огню. Хотя эффект незначителен, он постоянен и не требует управления, и с годами принесёт пользу».
Чэн Чу держала сосуд, горло её сдавило, и она только отчаянно кивала.
Молодой дух с мечом за спиной рассмеялся: «Они оба подарили, и я не могу быть мелочным».
Он сложил пальцы, указывая на меч, и провёл им в воздухе. Острие меча, ледяное, но без намерения причинить вред, внезапно проникло в корневую систему Чэн Чу, превратившись в иллюзорный серебряный маленький значок меча, тихо парящий над духовной энергией пяти элементов.
«Тренировка меча никогда не зависела от количества духовных корней, а только от — сердца меча», — он унял смех, взгляд его стал спокойным: «Это частичка моей воли меча из юности. Он не увеличит твою боевую мощь ни на йоту, не научит тебя никаким техникам меча.
Только одно — когда твоё душевное состояние будет сильно колебаться, или когда внешние силы будут пытаться запугать или сбить тебя с толку, эта воля меча будет самопроизвольно дрожать, помогая тебе сохранить ясный ум.
Когда твоё сердце меча начнёт формироваться, оно само рассеется и вернётся к тебе».
Он сделал паузу, слегка улыбнулся: «Путь культиватора меча никогда не заключается в том, чтобы быть быстрее других, а в том, чтобы — идти до конца».
Наконец, дух в чёрной даосской мантии, обладавший самой древней и глубокой аурой, который до сих пор молчал, медленно поднял глаза. Он не достал ничего материального, лишь посмотрел на Чэн Чу и очень медленно произнёс четыре слова: «Наблюдай. Воображай. Стань истиной.»
С этими четырьмя словами, словно четыре грома, взорвавшиеся прямо в глубине души Чэн Чу! Бесчисленные методы и глубокие прозрения хлынули на неё, глубоко запечатлевшись, словно они изначально принадлежали её памяти!
Это был сам метод, которым она сможет пользоваться всю жизнь при изучении любых техник культивации.
Чэн Чу содрогнулась всем телом, слёзы хлынули из её глаз.
Она снова глубоко поклонилась, коснувшись лбом земли, её голос дрожал: «Великие дары от всех старших предшественников… Младшая, младшая не достойна…»
Женщина в розовом платье мягко помогла ей подняться.
Она ничего не сказала, лишь протянула тонкие нежные пальцы и легко коснулась точки между бровями Чэн Чу.
Разум слегка содрогнулся — не от боли, а от какого-то чрезвычайно нежного отпечатка.
Вслед за этим, сложный и знакомый узор руны медленно появился в её сознании.
Этот узор был ей знаком.
«Талисман Чистого Ветра».
Но это был совершенно не тот «Талисман Чистого Ветра», который она знала.
«Обычный «Талисман Чистого Ветра» освежает разум, как дуновение свежего ветра», — голос женщины в розовом платье звучал с лёгкой далёкой улыбкой, — «А мой «Талисман Чистого Ветра» — в момент, когда ты впадёшь в отклонение ци или твой дух рассеется, он сохранит для тебя последнюю нить ясности».
Она помолчала: «Этот талисман также можно передать другому».
Как только она это сказала, несколько духов вокруг слегка опешили и посмотрели на неё со сложными чувствами.
Хотя Чэн Чу не поняла причины, она всё равно сложила руки в приветствии и поблагодарила. Внезапно она вспомнила ту страницу книги, которую только что видела.
«Вы, вы… Фу…»
Женщина в розовом платье подняла палец и приложила его к губам.
«Тсс.»
Она моргнула, её улыбка была ясной, как у девушки, но в глубине глаз промелькнуло выражение глубокой усталости после долгих странствий.
«Об этом сегодняшнем деле никому не говори».
Она повернулась.
Фигуры всех духов начали медленно таять, словно тушь, растекающаяся в воде, постепенно растворяясь.
—
В одном из мест Небесного царства, в уединённом дворе.
Ночь была как вода, под навесом из лозы висела одинокая лампа.
Женщина в розовом платье полулежала на бамбуковой кушетке, пальцами держала чашу из белого нефрита. Вино в чаше было прозрачным, отражая редкие звёздные отблески.
Она сделала лёгкий глоток.
Молодой дух с мечом за спиной сидел напротив и тихо сказал: «Фуяо. Ты нарушила правила.
Ты оставила на ней нить своего духа».
Женщина в розовом платье не отрицала.
Она просто смотрела на разбитый лунный блик в чаше, медленно раскачивая вино.
«Она очень похожа на неё…»
Голос был очень тихим, словно она боялась что-то разбудить.
«Даже выпивая каждый день, я всё ещё не могу забыть».
Молодой человек помолчал: «Значит, ты хочешь —»
«Если она действительно попадёт в ту же беду, что и я когда-то, — женщина в розовом платье прервала его, её тон был спокойным, но не допускающим возражений, — я вмешаюсь».
Она помолчала, запрокинула голову и одним глотком выпила вино из чаши.
«Чего бы это ни стоило».
—
Чэн Чу резко открыла глаза.
Она всё ещё стояла на лестнице.
В ладони спокойно лежало маленькое Кольцо Цянькунь, тёплое на ощупь.
На поясе уже был привязан Зелёный нефритовый тыквенный сосуд, и по её дыханию узоры на сосуде слабо мерцали.
А в глубине её духовных корней серебряный маленький значок меча всё так же спокойно парил над пятицветным духовным светом.
Она посмотрела вниз.
Книга «История мечевых сект прошлых поколений» на её коленях, обложка которой неизвестно когда обновилась.
Больше не тускло-жёлтая от пыли, а бледно-золотистого цвета с духовным сиянием, края едва заметно переливались узорами меча.
Она медленно спустилась с лестницы.
Перед книжной полкой она поправила рукава, надела головной убор, отступила на три шага и почтительно трижды поклонилась.
Один поклон.
Второй поклон.
Третий поклон.
«Ученица Чэн Чу —»
Её голос был тихим, но каждое слово было отчётливым: «Выражаю благодарность всем сектам меча».
Вдалеке уже были смутно слышны разговоры других учеников. Чэн Чу быстро собралась, на её лице восстановилось спокойствие, и она продолжила работу по протирке, только взгляд её стал ещё более решительным и ярким.
?? Скоро Новый год, не забывайте каждый день радоваться!
http://tl.rulate.ru/book/200600/23316445
Готово:
