Услышав это, женщины сразу смекнули: раз просят присматривать — значит, она поселилась тут надолго. А кто, кроме членов семей военнослужащих, станет здесь подолгу жить? Даже они, сами будучи жёнами военных, не могли не признать, что условия здесь ужасные. Те, кто соглашается сюда приехать, к мужу под крыло, — на самом деле всем сердцем заботятся о своих мужиках, чтобы те не голодали.
Они ещё раз посмотрели на Линь Цяо. Одета девушка просто, но лицом так мила, что сразу видно — из хорошей семьи. И согласилась ведь приехать и вместе с командиром роты Гу лишения терпеть. Это дорогого стоит.
Женщины тут же, наперебой, начали отвечать:
— Конечно, конечно, мы за ней присмотрим! Как звать-то?
— Линь Сяоцяо.
— Мы с Линь Сяоцяо по району пройдёмся. А завтра утром тут неподалёку траву съедобную собирать пойдём, так мы и её с собой возьмём.
Линь Цяо, услышав это, опешила. Собирать траву?!
Гу Хуаюань улыбнулся и ответил за неё:
— Пока не надо, спасибо. Она только приехала, я хочу сам показать ей окрестности и всё объяснить.
Жёны военных тут же переглянулись. Они решили, что Гу Хуаюань просто проявляет заботу.
Гу Хуаюань ничего не стал объяснять. В конце концов, не говорить же им прямо, что он считает Линь Сяоцяо какой-то странной и не решается отпускать её одну к людям.
А тем временем Линь Цяо мысленно кричала толстому коту:
— Я ещё и траву должна копать?!
— Это вкусно и полезно, — ответил толстый кот.
— Я знаю, что вкусно и полезно, но зачем это мне копать? — возмутилась она.
— А иначе она с неба упадёт? — резонно заметил кот.
На какого же игрока он напоролся? Сейчас он начал понемногу понимать психологию этих проклятых геймдизайнеров.
Линь Цяо всё ещё переживала унизительную необходимость копать съедобные коренья, когда они добрались до дома, в котором ей предстояло жить. Это оказалась большая, наполовину глинобитная, наполовину кирпичная комната. Построена она была аккуратно, но снаружи выглядела уныло и пыльно. В реальном мире Линь Цяо никогда в жизни не видела таких домов. А в игре она сначала остановилась в уездной гостинице, и та, по её мнению, была уже отвратительной. Но теперь, приехав сюда, девушка поняла: нет предела несовершенству. По сравнению с этим местом даже та уездная гостиница казалась роскошной.
Войдя внутрь, Линь Цяо чуть не лишилась чувств. Комната представляла собой одно большое открытое пространство. Кровати не было — только некое подобие лежанки, слепленной из грязи. В доме уже было убрано.
Хотя Гу Хуаюань ещё не решил, как именно ему обращаться с внезапно прибывшей невестой, он был довольно предусмотрителен. Все предметы первой необходимости тоже были на месте. Временно пожить здесь было вполне возможно. Гу Хуаюань, не обращая внимания на размышления Линь Цяо, указал на вещи в комнате:
— Здесь всё есть. Пользуйся чем хочешь. Пока у меня не было времени купить продуктов, так что первое время будешь есть со мной в столовой. Но это ненадолго: через несколько дней я куплю еду, и ты будешь готовить сама.
Что это значит? Кто будет готовить? Она сама?
Девушка немного подумала и спросила:
— А тут есть рестораны? Можно же покупать еду в ресторане.
Гу Хуаюань посмотрел на неё:
— Ресторан? Есть один государственный в уезде Суйнань. Там, откуда ты приехала.
Так далеко? Линь Цяо мысленно представила себе, как она три раза в день таскается туда за едой, и над её головой словно сгустилась туча.
Гу Хуаюань поднялся. Изначально он хотел поговорить с ней о том, что их ждёт, но теперь решил не торопиться.
— Сначала умойся. Скоро обед, я схожу в столовую и принесу тебе поесть.
При упоминании еды Линь Цяо действительно почувствовала голод. Всю дорогу её тошнило. Она поспешно закивала:
— Да-да-да.
Гу Хуаюань взял свою военную фуражку, надел её и вышел, не забыв притворить за собой дверь. А Линь Цяо принялась осматривать дом. Всего одна комната, в которой нужно было и готовить, и спать.
«Интересно, где тут туалет?» — подумала она и принялась искать.
Господь знает, как она мучилась всё это время. Девушка терпела, сколько могла, и ходила в уборную только в крайнем случае. Потому что уличные туалеты были невыносимо грязными. Но здесь, в военной части, наверняка есть унитаз со сливом?.. думала она. Нет унитаза — пусть будет обычный толчок. Лишь бы чистый. Он ведь должен быть чистым — не как общественный же. Девушка обыскала всю комнату, но ничего не нашла и выбежала наружу.
Соседка улыбнулась и спросила:
— Товарищ Сяоцяо, что это вы ищете?
— Туалет. Туалет.
— А, есть, есть! Вон в том здании, — соседка указала на дорожку.
Вдалеке виднелся красный кирпичный дом, на котором белой известью было крупно выведено слово «ТУАЛЕТ», обведённое кружком.
Ещё один общественный туалет!
Подумав, девушка всё же пошла к нему. Но не успела она дойти, как уже почувствовала запах. Её начало мутить. Девушка заскочила внутрь, но выскочила оттуда уже через секунду, после чего её стошнило.
Соседка, увидев, как Линь Цяо возвращается, согнувшись от тошноты, всплеснула руками:
— Ой, да что ж ты, укачало? Бедненькая! Меня, когда я только приехала, тоже ужасно укачивало. Долгая дорога автобусом — это такое мучение. Иди отдохни скорее.
Линь Цяо опешила. Какой ещё укачало? Её вырвало от вони!
***
В армейской столовой выстроилась очередь. Гу Хуаюань взял две миски, налил каши и положил несколько чёрных паровых булочек, плюс одно яйцо.
По всей стране был дефицит продовольствия. Хотя они служили в армии, производственный корпус стремился к самообеспечению. А урожаи здесь были низкими, так что с едой было туго. Ни о каком разнообразии не могло быть и речи — приходилось довольствоваться тем, что есть.
Впрочем, все были довольны. Солдаты — народные дети, а многие простые люди уже затянули пояса потуже. Иметь возможность поесть досыта — уже большая удача. Только Гу Хуаюань собрался уходить с обедом, как в дверях столкнулся с политруком их роты.
Ли Вэньтянь, улыбнувшись, подошёл к нему:
— Сегодня обедаешь не в столовой? Собрался составить кому-то компанию?
— Не болтай ерунды, я просто еду отнесу. Она только приехала, — строго ответил Гу Хуаюань.
Ли Вэньтянь всё с той же улыбкой заметил:
— А я слышал, что сегодня командир роты Гу въехал в посёлок, толкая велосипед.
Гу Хуаюань ответил:
— Шину спустило, трудно было ехать.
Ли Вэньтянь понизил голос:
— А если серьёзно? Что ты обо всём этом думаешь?
Он тоже был в тот день в кабинете, когда звонили из семьи Гу. Так что он знал, кто такая Линь Цяо, но Гу Хуаюань запретил распускать слухи. Он говорил, что неизвестно, на что в итоге решится девушка, а если они разойдутся слишком рано — это повлияет на её репутацию. Пусть сначала поживут, а если не сойдутся — потом скажут, что она его младшая сестра. Здесь или в уезде Суйнань можно будет подыскать ей подходящего жениха.
Мужчина говорил так, будто речь шла о ком угодно, только не о нём самом.
— Как она решит. Надо уважать мнение девушки, — ответил Гу Хуаюань, не проронив ни капли лишнего. — Я сначала еду отнесу.
Ли Вэньтянь улыбнулся и не стал больше расспрашивать.
А Гу Хуаюань быстрым шагом направился к жилому посёлку. Едва он подошёл к дому, как жена командира батальона Вана из соседнего дома вышла его встретить:
— Гу, а Сяоцяо нашу, похоже, укачало в дороге, всё желчью маялась. Присмотри за ней. Если что — в медпункт сходи, лекарства купи.
Гу Хуаюань кивнул:
— Спасибо, невестка. Потом схожу с ней.
Жена командира батальона Вана тепло улыбнулась:
— Да что ты, не за что. Долгий путь ведь — тяжело.
Гу Хуаюань улыбнулся в ответ:
— Она несколько дней добиралась — правда, очень тяжело.
Когда соседка скрылась в доме, он пошёл к себе.
Мужчина поставил еду на стол и принялся искать Линь Цяо. Он обернулся — и увидел девушку на лежанке. Глаза её были открыты и смотрели в одну точку. Выражение лица было совершено безнадёжным.
http://tl.rulate.ru/book/200417/23901783
Готово:
