Услышав это, Гай И разразился хохотом:
— Старший брат, наконец-то ты готов признать поражение. Не зря я потратил на этого парня величайший яд Поднебесной. А ты, старший брат, достал легендарную Восковую Слезу Бегонии — и всё равно проиграл. Вот это действительно убыток.
Изначально он досадовал, что Алый Саван Смерти, добытый ценой смертельного риска, ушёл впустую. Но он выиграл трактат Мириады Ядов Возвращаются к Истоку, и всё того стоило.
Смертоносный Владыка Ядов холодно хмыкнул:
— Он ещё не умер, как можно считать меня проигравшим? Парень, человеческий потенциал безграничен. Выживешь ты или нет — зависит только от твоей судьбы. Ни в коем случае не сдавайся.
Эти слова вернули Шан Сюаньцзин и остальным крупицу надежды.
Гай И презрительно скривился:
— Хе-хе, старший брат, твой подход к лечению ядов и впрямь вызывает уважение. Будь это могущественный мастер с высокой культивацией, ты бы вылечил его ядом против яда, направив процесс своим несравненным искусством золотых игл, и, скорее всего, спас бы его. Но этот парень всего лишь воин Сферы Закалки Тела, его тело просто не выдержит битвы двух величайших ядов Поднебесной. Все твои ухищрения оставляют ему шансы на выживание один к десяти. Девять к одному — преимущество за мной!
Только сейчас Шан Сюаньцзин поняла, почему он специально выбрал её дочь без культивации в качестве носителя яда. Он с самого начала всё рассчитал.
«Этот юноша жертвует жизнью ради моей дочери...»
Смертоносный Владыка Ядов сохранял спокойствие:
— Пока не наступил последний миг, неизвестно, кто одержит верх.
— Хе, не напускай туман. Я заставлю тебя проиграть так, чтобы ты понял, почему. — Гай И притащил табуретку и уселся. По его расчётам, Сун Мучи вскоре либо сгорит заживо, либо замёрзнет насмерть. Ведь сила и дозировка двух ядов не могут совпасть идеально, а значит, даже золотые иглы Смертоносного Владыки Ядов не способны добиться точного баланса между двумя величайшими ядами.
Невыносимая боль от чередования жара и холода дала Сун Мучи понять, что теперь ему не на кого рассчитывать. Он решительно активировал 【Воплощение: Стрелочник】.
Его пальцы глубоко впились в землю. Вскоре цветы и деревья по всей Долине Ста Цветов либо обуглились, либо покрылись инеем. Птицы, пчёлы и бабочки тоже попадали замертво.
Увидев это, все присутствующие изменились в лицах. Гай И спешно потащил карету прочь. Он использовал технику защиты от яда, чтобы уберечь девушек — они стоили целое состояние, и нельзя было позволить им умереть здесь. Что и говорить, это были два легендарных яда: одна только их утечка была столь чудовищной, что даже ему пришлось отступить.
Шан Сюаньцзин и остальные совсем пали духом. После такого страшного яда у этого юноши не оставалось шансов выжить. Она инстинктивно зажмурилась, не желая видеть его мучения.
Смертоносный Владыка Ядов не отступил. Вокруг него мерцал слабый свет, отгоняющий чудовищный яд.
Увидев это, Гай И воспылал завистью и ревностью.
«Трактат Мириады Ядов Возвращаются к Истоку и впрямь необыкновенен. Хорошо, что я оказался умнее и выбрал для битвы кого-то со стороны.»
Внимательно разглядывая состояние Сун Мучи, Смертоносный Владыка Ядов слегка прищурился. И вдруг передал ему мысленное послание:
— Примени эту мантру и постарайся привести яды в теле к равновесию.
«Таинственный Источник ниспадает в Девять Бездн,
Алый Ворон озаряет Киноварный Двор.
Обняв Луну, вращается Тёмный Талисман,
Держа Ян, вздымаются Воды Кань.
Где Вода с Огонём в гармонии сходятся,
Дракон и Тигр стучат в Нефритовую Заставу.
Грохочет гром — и ветер рождает Костный Мозг,
Клубятся облака — и Дождь орошает Поля¹.»
Сун Мучи уже погрузился в бесконечную тьму и боль, готовый умереть в любой момент. Даже если он мог сбросить половину урона с помощью Воплощения, любой из этих легендарных ядов, даже с уменьшенной силой, мог убить его сотню раз.
Этот голос прозвучал как голос самих Небес, осветив тьму лучом света. Не тратя времени на раздумья, он инстинктивно начал направлять ци согласно мантре. Словно вошёл в особый мир.
Он «увидел» в пространстве жуткий цветок персика и яркую красную слезу. Каждый из них занимал почти половину этого мира. Помимо них, казалось, было ещё маленькое облачко зелёного тумана, занимавшее крошечную область. Это, похоже, был яд пилюли Преображения Весны и Осени. Именно благодаря этому зелёному туману в мире оставалось немного свободного пространства. Кто бы мог подумать, что Юй Чжунсянь, отравив его, косвенно спас ему жизнь.
Но он понимал, что рано или поздно мир заполнится цветами персика и красной слезой. И тогда его ждёт смерть.
«Равновесие...»
Сун Мучи словно что-то понял. До этого он просто переносил урон вовне, но даже если бы вся Долина Ста Цветов вымерла, это не спасло бы его от оставшейся половины урона. А что, если перенести этот урон на другой легендарный яд?
И тогда он использовал способность Стрелочника, перенаправив разрушительную силу цветка персика на территорию красной слезы. И одновременно направил разрушительную силу красной слезы на территорию цветка персика.
В одно мгновение весь мир словно взорвался. Цветок персика и красная слеза, которые до этого словно сохраняли молчаливое перемирие, начали яростно сражаться. Ситуация менялась каждую секунду.
Сун Мучи тут же почувствовал, как боль в теле ослабла. Несказанно обрадованный, он продолжил следовать мантре и с помощью способности Стрелочника подливать масла в огонь. Одновременно, в зависимости от хода битвы, он направлял силу зелёного тумана на помощь проигрывающей стороне.
В процессе зелёный туман расходовался всё больше, пока не исчез полностью. Но территории цветка персика и красной слезы постепенно стабилизировались. И в конце концов образовали символ тайцзи, только розового и красного цветов.
— Старший брат, ты всё ещё не признаёшь поражение? — Гай И, который с удовольствием издевался над Смертоносным Владыкой Ядов, вдруг резко изменился в лице. — Как это возможно?!
Его намётанный глаз, естественно, заметил изменения в теле Сун Мучи. Он мгновенно оказался рядом и с подозрением стал его разглядывать. Кровавые цветы персика на теле Сун Мучи быстро исчезали. Иней на коже таял прямо на глазах. Распространившийся по Долине Ста Цветов яд тоже начал отступать. Это явно было состояние, когда два яда достигли баланса и нейтрализовали друг друга.
Сун Мучи медленно открыл глаза. Его охватило чувство, словно он вернулся с того света.
— Отлично! — Все трое в карете чуть не заплакали от радости. Шан Сюаньцзин, казалось, не теряла самообладания уже много лет.
— Невозможно, абсолютно невозможно! — Гай И сверлил взглядом Смертоносного Владыку Ядов. — Как тебе это удалось?
Он прекрасно понимал, что этот парень со Сферой Закалки Тела ни за что не смог бы сам нейтрализовать два таких яда.
— Не твоего ума дело. Ты проиграл. Приходи через десять лет.
Хотя лицо Смертоносного Владыки Ядов оставалось загадочным, в душе он тоже был потрясён. Он сам считал, что проиграл, и действовал, просто рассчитывая на удачу.
Лицо Гай И то бледнело, то краснело, а затем на нём появилось злобное выражение.
Тут заговорил Смертоносный Владыка Ядов:
— Что, хочешь нарушить наш давний договор и напасть? Хотя моя культивация и ниже твоей, я готов пожертвовать своей жизнью, чтобы погибнуть вместе с тобой, и тогда ты никогда не получишь трактат Мириады Ядов Возвращаются к Истоку.
Увидев мерцающий вокруг него свет, Гай И улыбнулся:
— Старший брат шутит, разве я из тех, кто не держит слово? Приду за советом через десять лет.
С этими словами он вдруг метнулся к карете, пытаясь схватить Шан Сюаньцзин. Хотя в этот раз он не получил трактат Мириады Ядов Возвращаются к Истоку, случайно захватив главу Павильона Сокровищ, он получил нечто не менее ценное.
Смертоносный Владыка Ядов хотел вмешаться, но по чистой силе он сильно уступал младшему брату, и дотянуться до него было невозможно.
Шуанъэр хотела заслонить госпожу, но у неё не было сил даже пошевелиться, не то что защитить.
Лицо Шан Сюаньцзин стало белым как полотно. Она не могла собрать ни капли сил и была совершенно беззащитна. Одна мысль о том, сколько унижений её ждёт в руках этого подлого негодяя, погрузила её в глубокое отчаяние. За все годы своего правления она никогда не чувствовала себя такой беспомощной.
И вдруг вспыхнул золотистый свет.
— Императорский Эдикт пред тобою — падай ниц!
С глухим стуком Гай И, который уже почти добрался до кареты, рухнул на колени. Его лицо налилось кровью от напряжения, всё тело тряслось. При его культивации он не должен был так ослабнуть, но это было слишком внезапно.
Видя, как он, сопротивляясь давлению эдикта, медленно поднимается с колен, Сун Мучи бросился к карете, поднял Шан Сюаньцзин на руки и поднёс противоядие к её носу.
Шан Сюаньцзин восстановила ци. Шёлковая лента из её рукава превратилась в ревущего водяного дракона и, воспользовавшись тем, что Гай И был ослаблен эдиктом, ударила его в сердце.
Гай И харкнул кровью — он получил серьёзную внутреннюю травму.
Он много лет ходил по тёмным путям и был предельно осторожен.
«Шан Сюаньцзин восстановила культивацию, да ещё и с помощью Владыки Смертоносных Ядов — это уже само по себе было серьёзной проблемой. А тут ещё этот щенок держал в руках Императорский Эдикт!»
Если он продолжит, то может здесь и сложить голову.
Поняв это, он без колебаний оттолкнулся носком ноги и устремился прочь.
— Щенок, в следующий раз я тебя так проучу, что пожалеешь о своём рождении.
При мысли, что сегодняшний провал случился из-за Сун Мучи, он скрежетал зубами от ненависти.
В этот момент в руке Шан Сюаньцзин вдруг появилась бамбуковая трубка. Бесчисленные белые лучи вырвались наружу, и в небе мгновенно расцвёл изумительный цветок груши.
Гай И, чувствуя дыхание смерти, спешно применил своё лучшее искусство, пытаясь уклониться от этого легендарного скрытого оружия. Но, к сожалению, из-за давления эдикта его движения были чуть медленнее обычных. В результате он уклонился только верхней половиной тела, а нижняя была лишь слегка задета — и тут же бесследно исчезла.
Раздался пронзительный вопль. Гай И быстро засунул в рот горсть пилюль. Его лицо налилось кровью, он упёрся руками в землю и, взорвавшись скоростью, намного превосходящей прежнюю, скрылся вдали.
Смертоносный Владыка Ядов был поражён:
— Величайшее сокровище Моистов², Иглы Грушевого Ливня, и впрямь достойно своей славы!
— Жаль, что не удалось его убить. — На лице Шан Сюаньцзин читалось сожаление. При его уровне культивации, если только не повреждены голова или сердце, плоть и кровь могут медленно восстанавливаться.
— Хоть он и не умер, но даже с его культивацией ему минимум десять лет не до злодеяний. — Смертоносный Владыка Ядов поклонился ей. — От имени всех живых существ Поднебесной благодарю вас, госпожа.
— Больше всех нужно благодарить молодого господина Суна, если бы не он... — Только сейчас Шан Сюаньцзин осознала, что всё ещё лежит в объятиях Сун Мучи. А он к тому же был без одежды, и она, находясь так близко, чувствовала его мужскую силу. Её всегда бледное лицо мгновенно залилось румянцем.
¹ Эта мантра использует образы даосской внутренней алхимии для гармонизации противоположных энергий в теле культиватора:
Девять Бездн — нижний энергетический центр (нижний Даньтянь)
Киноварный Двор — область сердца, центр жизненной силы
Тёмный Талисман / Воды Кань — иньская (охлаждающая) энергия
Дракон и Тигр — символы инь и ян, мужского и женского начал
Нефритовая Застава — точка на макушке для выхода энергии
Костный Мозг / Поля — глубинные хранилища жизненной эссенции
² Моисты — последователи древнекитайской философской школы, основанной Мо-цзы. Исторически моисты представляли собой не просто мыслителей, а строго организованное братство искусных инженеров и ремесленников, которые славились созданием сложнейших механизмов и средств обороны.
http://tl.rulate.ru/book/200375/26483102
Готово:
