“Это оооочень скучно. ”
ЧжуА, которая участвовала в заседании совета директоров, ворчала, выходя из зала заседаний.
(Т/П: не уверена, упоминалось ли об этом, но ЧжуА является «почётным директором» в MG Entertainment, поэтому она имеет право участвовать в заседаниях.)
«Похоже, она снова взялась за старое. »
«Ребята, давайте просто обойдём её стороной. Ни к чему хорошему общение с ней не приведёт. »
Директора, которые тоже выходили, тихо покинули помещение.
Ссориться с ЧжуА, одной из главных звёзд в MG Entertainment, было себе дороже.
Однако нашёлся один человек, который бесстрашно решил поговорить с дьяволом.
“Но всё же это высший руководящий орган компании, я не думаю, что вы должны так поступать. ”
ЧжуА с испуганными глазами обернулась, услышав за своей спиной какой-то вздор. Однако она увидела, что это директор Ли ХанСо стоит и улыбается.
“… О, а я-то думала, кто это. Неожиданность. ”
“Ха-ха, вы очень откровенны. ”
“Как бы там ни было, удачный момент. Мне как раз захотелось пить. Можно попросить у вас немного кофе?”
Даже когда другие директора покинули помещение, цокая языками, ЧжуА не обратила на них ни малейшего внимания. Глядеть на этих раковых клеток было для неё лишь утомительно. Директор Ли ХанСо ответил с несколько разочарованным выражением лица.
“Но у чая аромат лучше, чем у кофе. ”
“Мне больше по душе аромат чёрного кофе. ”
“Ха-ха…”
Директор Ли ХанСо пожал плечами и отвёл ЧжуА к себе в кабинет.
Там ЧжуА закрыла глаза, оценивая аромат кофе, который директор Ли ХанСо сварил для неё.
“Ах, вот это оно! Ваш кофе – самый лучший, директор. ”
ЧжуА показала ему большой палец. Похоже, он варил кофе не хуже, чем чай.
Директор Ли ХанСо мягко улыбнулся. Было видно, что ему приятно слышать от неё похвалу.
“Надеюсь, в следующий раз вы сможете отведать чай. ”
“И в следующий раз попрошу у вас кофе. ”
“… Ха-ха. ”
Разборчивость ЧжуА смутила директора Ли ХанСо.
Пока по кабинету разносились ароматы чая и кофе, директор Ли ХанСо поведал о том, что происходило на заседании совета директоров.
“Вот меня сейчас терзают сомнения. Проект «Башня MG Star»... Китайские туристы, конечно, хорошо, но сейчас неподходящее время для инвестиций. Это слишком опасно. ”
“Вы тоже так считаете, директор?”
ЧжуА отставила в сторону чашку, выпив половину кофе. На её лице тоже было выражение беспокойства.
Директор Ли ХанСо глубоко вздохнул, прежде чем заговорить.
“Согласно плану, башня будет располагаться в Самсондоне, Каннамгу. А ещё она рядом с торговым центром UO. Земля там стоит дороже золота, а кроме того, есть же ещё и затраты на строительство... Директор Ким Чжинхо говорит, что кредитного рейтинга MG достаточно, чтобы получить кредит, но я не очень-то уверен. ”
“Но разве они не говорили, что после завершения строительства башня может стать туристической достопримечательностью? Слышала, что как только появится знаменитая продукция, можно будет получить огромную прибыль…”
Директор Ли ХанСо покачал головой.
“Да. Но это ЕСЛИ мы сможем достроить башню. Кто знает, что может произойти на полпути? Я не понимаю, о чём думает директор Ким Чжинхо. Если мы вдруг не сможем погасить задолженность…”
“… . ”
ЧжуА нахмурилась.
Оставив в стороне выгоды от «Башни Star», она задумалась, стоит ли вообще возводить её и идти на такой риск.
“Хаа… С тех пор как председатель ушёл, всё идёт наперекосяк. ”
“… . ”
Директор Ли ХанСо не мог ничего сказать, глядя на подавленное выражение лица ЧжуА.
«Я уже почти закончил здесь приводить дела в порядок, но кто позаботится о ЧжуА или ЧжинСо?»
Глядя на подавленное лицо ЧжуА, директор Ли ХанСо проглотил свои слова.
***
Ким Чжимин, чей период актёрской деятельности закончился, сосредоточилась на учёбе.
КанЮн заставлял Ким Чжимин посещать занятия, что бы ни случилось. Это было нужно для того, чтобы она выглядела прилежной в глазах общественности, а также чтобы лучше влиться в неё.
Во время послеобеденной самостоятельной подготовки она услышала:
“Мисс Ынха… можете… дать мне автограф?”
Ким Соён дал девушке из другого класса свой автограф и даже пожал ей руку.
Теперь, когда ее имя стало известно, школьная жизнь Ким Соён превратилась в бесконечную встречу с фанатами.
"Соён! Спойте, спойте нам!"
"Соён-онни! Можно сделать с вами фото..."
Ее одноклассники хоть и успокоились немного, но ученики из других классов и младшеклассники часто наведывались в ее класс. Поэтому в ее классе во время перемен и обеденных перерывов было очень много людей из других классов.
Тем не менее она не хотела переводиться в школу для знаменитостей. Несмотря на то, что ей приходилось поддерживать свой имидж, она могла общаться с обычными людьми.
Ким Соён, которая занималась в классе для самостоятельного обучения даже по субботам, направилась на стоянку, как только начался обеденный перерыв.
Однако сегодня вместо менеджера Мун Джумёна ее встретил Кан Юн.
"Сэр?"
"Садись в машину."
Кан Юн отвез ее в компанию.
В машине Ким Соён спросила:
"Что-то случилось с Джумёном-оппой?"
"Он попросил отпуск, чтобы сделать предложение своей девушке. Поэтому я здесь."
"О, он собирается сделать предложение. Он сказал мне, что в прошлый раз они поссорились..."
Она слышала, что его девушка очень расстраивается, так как не может часто с ним видеться из-за ненормированного графика менеджера. И теперь он собирается сделать ей предложение. Ким Соён была рада это слышать.
Машина в которой они находились стояла перед светофором на перекрестке возле компании.
Кан Юн поставил машину на ручной тормоз и повернулся к Ким Соён.
(П/П: Не уверена, зачем он ставит машину на ручной тормоз, если это всего лишь светофор...)
"Сегодня будет прослушивание."
"Прослушивание? Для меня?"
Ким Соён ее глаза расширились, так как она была не в курсе этого. Кан Юн покачал головой с улыбкой.
"Нет, если бы так и было, я бы сказал тебе об этом пару дней назад. Будет новая кандидатка на стажера."
"Правда? Вау, значит у меня появится младшенькая?"
Ким Соён улыбнулась, в ее глазах читалось любопытство. Уже младшенькая? Только подумав об этом, она почувствовала радость.
Кан Юн тоже улыбнулся.
"Думаю, да. Пойдем и посмотрим."
"Да."
Грудь Ким Соён переполняли ожидание.
Как только они приехали в компанию, они сразу же направились в студию.
Когда они прибыли, там уже собрались Ли Хён Чжи, а также все артисты World Entertainment.
"Соён, ты здесь."
"Привет."
Все ее старшие коллеги поприветствовали Ким Соён, своего самого младшего члена. Среди них были Ли Хён А, Ким Дже Хун и Эддиос. Ким Соён поклонилась своим старшим коллегам.
До прослушивания оставалось 20 минут.
Дверь в студию открылась, и Ин Мун Хи, которая пришла на прослушивание, вошла вслед за сопровождающим ее Ю Чон Мином.
"Ик!"
Реакцией Ин Мун Хи на то, что артисты World Entertainment собрались все вместе в одном месте, была икота.
Она думала, что ее прослушивание будут наблюдать только 3 или 4 человека, и не ожидала, что будут все.
Несмотря на это, она быстро пришла в себя и поприветствовала их.
"П, привет. Я Ин Мун Хи."
Сидящий Кан Юн тоже поприветствовал ее:
"Привет. Я Ли Кан Юн, генеральный директор World Entertainment."
Кан Юн предложил ей сесть и сказал:
"Теперь я буду называть вас мисс Мун Хи. Вас это устраивает?"
"Да."
Ин Мун Хи ответила дрожащим голосом.
И спокойные и рассудительные глаза Кан Юна, и присутствие артистов World Entertainment сильно давили на нее.
"Ли Хён А."
Среди них Ли Хён А была особенной для нее, поскольку обе они получили награду на студенческом поп-фестивале.
Однажды они уже встречались, но теперь их пути разошлись. Когда она взглянула на нее, она увидела, что взгляд Ли Хён А был глубоким.
Увидев, что она растеряна, Кан Юн спокойно сказал:
"Это прослушивание, но надеюсь, вы сможете расслабиться насколько это возможно. Я приготовил кое-какие закуски, вон там. Можете брать их когда захотите. Я надеюсь увидеть сегодня многое, так что это может занять некоторое время. Вас это устраивает?"
“Конечно. Я постараюсь изо всех сил.”
Так обыденно ответила Ин Мунхи и стала прочищать горло. Услышав это, Ли Хенджи и остальные артисты тоже сконцентрировали внимание на Ин Мунхи.
“Первым делом, не могли бы вы исполнить песню по вашему выбору?”
По просьбе Кан Юна она закрыла глаза и начала петь.
“Я была такой — всегда говорила — давай расстанемся — в то время — я думала, что это любовь —”
Это была песня “Время”, которую когда-то Ин Мунхи исполнила на конкурсе студенческой поп-музыки и получила награду. Кан Юн сконцентрировался на а капелле, и его взгляд стал глубоким.
“Я много раз вспоминала — в память —”
Однако взгляд Кан Юна сузился, когда он заметил, что белый свет совсем неяркий.
За ним Ким Джехун наклонил голову и спросил Ли Хенджу, которая стояла рядом с ним.
“Она же выиграла серебряную медаль, верно? Думаю, ты лучше, Хенджу”.
“Да, тогда она была действительно хороша. Её звонкий голос был очень обаятельным. Но теперь я, несомненно, вижу, что часть этого шарма пропала”.
Ли Хенджа ответила с горьким выражением лица.
Ин Мунхи слегка приоткрыла глаза и глянула на Кан Юна и остальных. Но…
“Упс, кажется, им не нравится”.
Она запаниковала.
Все выглядели разочарованными, и она ясно могла прочесть в их выражениях лицах неудовольствие. Ким Джехун и Ли Хенджу особенно заметно качали головами, и голос Ин Мунхи неосознанно задрожал.
В этот момент Кан Юн поднял руку.
“Подождите”.
“Да?”
Сердце Ин Мунхи заколотилось.
“Извините, что перебиваю. Кажется, вы все еще очень нервничаете”.
“О, это…”
“Давайте сделаем перерыв в пять минут”.
Перерыв только потому, что она нервничала? Ин Мунхи не растрогалась, а наоборот, была шокирована. Она участвовала во многих прослушиваниях до этого, но большинство из них длились всего около пяти минут.
“Упс…”
Ин Мунхи от смущения рухнула на стул. Однако Кан Юн подошел к ней и спокойно обратился.
“Мы можем дать вам сколько угодно времени. Мисс Мунхи, думайте не о том, что мы судьи, а о том, что мы публика”.
“Пу… публика?”
“Да, публика. Вы можете петь, как вам удобно”.
Сказав эти слова, Кан Юн вернулся на своё место.
Прошло и пяти минут, а она выпрямилась и стала выглядеть значительно более расслабленно, чем раньше.
“Теперь все хорошо”.
Когда Кан Юн кивнул, Ин Мунхи слегка прочистила горло и снова запела.
“Я была такой—”
Её второе исполнение “Времени” разнеслось по студии.
Кан Юн сузил глаза, уставившись на белый свет, который создала её нота.
“Кто-то сказал — что прошлое нельзя удержать — но я хотела удержать — того тебя —”
Однако белый свет по-прежнему был очень слабым. Нет, на этот раз в нем даже промелькнул оттенок серого.
“Упс…”
Это было еще хуже, чем раньше.
Невольно Кан Юн нахмурился из-за влияния серого света. Серый влияет на его эмоции и заставлял его мучиться.
Несмотря на это, Ин Мунхи продолжала петь.
Кан Юн попытался сфокусироваться на песне, несмотря на всю боль и страдание.
“… Как будто она надела одежду, которая ей не по размеру”.
Голос, безусловно, был приятен для слуха. Однако он, казалось, не соответствовал песне. Создавалось ощущение дисбаланса.
“Звучит странно”.
“Мне тоже так кажется”.
Кристи Ан и Хан Джуён, которые слушали с дальних рядов, тоже покачали головами.
Похоже, большинство певцов были солидарны в своем мнении, они обменивались впечатлениями друг с другом.
Несмотря на недружелюбное отношение со стороны всех, Ин Мунхи, в конце концов, закончила петь.
Хлопнув, Кан Юн спокойно сказал:
“Спасибо за это. Ох”.
Кан Юн слегка встряхнул телом, чтобы сбросить с себя последствия воздействия серого света. Мрачное чувство несколько отступило.
Ин Мунхи была немного озадачена действиями Кан Юна, но ничего не могла сказать, так как он собирался вынести ей приговор. Она только нервно ждала оценки.
Однако его последующие слова превзошли все ее ожидания.
“Могу я попросить вас спеть “Тоска” в качестве следующей песни?”
“Тоска?”
Ын Мун Хи считала, что получит оценку, поэтому наклонила голову, однако, так или иначе, приняла ее.
Это была песня, показанная в видео. Ей было интересно, почему он хочет снова послушать одну и ту же песню, однако она прочистила горло и снова запела.
«Я по тебе тоскую — но — ты слишком далеко от меня — пожалуйста, посмотри на меня-»
Студию наполнил очень чарующий голос, кардинально отличающийся от того, что был прежде.
Нота и свет тоже полностью изменились. Белый свет от оранжевых нот заставил Кан Юна расширить глаза.
'Я так и знал. Ее голос идеально подходит для трота.'
Кан Юн сжал кулак.
«Мне ㅡтебя не хватает — я плачу — я ищу своего -»
Грустная и звучная мелодия эхом отозвалась в сердцах каждого.
Прочие певцы, казалось, думали так же, как и Кан Юн и погрузились в песню.
Когда песня продолжалась, в белом свете появилось что-то другое.
'Серебро!?'
Кан Юн был шокирован.
Это был первый человек, который только голосом вызвал серебряный свет, с тех пор как Мин Джин Со играл. Не то ли самое событие вызвало его способность видеть ноты, а не только огни?
Мягкое чувство, окутавшее его сердце, заставило Кан Юна закрыть глаза.
Однако...
«... Эм.»
Это чувство длилось лишь мгновение. Пение Ын Мун Хи уже закончилось. Впрочем, Кан Юн все еще не мог прийти в себя.
В это время Чон Мин А, которая находилась прямо за Кан Юном, подошла к его лицу и подула ему в уши.
«Ух ты!»
Кан Юн удивился и резко поднялся.
«*Усмехнулась*.»
Прочие певцы захихикали над растерявшимся Кан Юном, и лицо Ли Хён Чжи стало неловким из-за неожиданной шалости.
‘Эта девчонка!’
Вместо этого взгляд Ли Хён А стал устрашающим. Такие смелые выпады!
'Хех.'
Чон Мин А ухмыльнулась своей сопернице. Она провоцировала ее сделать то же самое, если у нее хватило бы наглости.
В это время.
*Бах*.
«Ай!»
Последствия были суровы.
Кан Юн отвесил Чон Мин А звонкую затрещину.
«Ты считаешь, что я тут развлекаюсь?»
«... Прости.»
Чон Мин А опустила голову от возмездия Кан Юна, но тайком дразняще высунула язык.
«*Гмм*.»
Тем временем, Кан Юн, пришедший в себя, повернулся к Ын Мун Хи и вынес ей свое суждение.
«Спасибо за пение. Вы выдающаяся, когда дело доходит до вкладывания эмоций в ваши песни. Резонанс был великолепен.»
«Спасибо.»
«Могу ли я попросить вас спеть еще одну песню?»
«Конечно.»
«Могу ли я попросить вас спеть на этот раз «На пути в Пусан»?»
Это была фирменная песня ветерана-певца трота по имени Ли Ми Ра. Это была песня, которую знал большинство людей.
«О, конечно.»
Это была еще одна песня в стиле трот, но Ын Мун Хи снова прочистила горло.
И ее прослушивание продолжилось.
***
2 часа.
Ын Мун Хи пришлось провести 2 часа на прослушивании в World Entertainment.
«Спасибо.»
После того, как прослушивание закончилось, остальные певцы покинули компанию для своих соответствующих дел.
Ын Мун Хи стало странно, когда все исполнители ушли, как только ее прослушивание закончилось.
Она бессильно села на стул, будучи уставшей.
Ю Чон Мин дал ей немного воды.
«Спасибо.»
Ын Мун Хи осушила воду. Глоток был достаточно громким, чтобы раздаться эхом в студии.
Кан Юн встал и подошел к ней.
«Спасибо, что вы так долго задержались с нами.»
«Президент… верно? Спасибо и вам. Вы заставили всех этих занятых артистов прийти сюда и прослушали мое плохое пение… Сегодня было как во сне. Спасибо вам огромное.»
Она выглядела измученной, но на ее лице была улыбка.
Сегодня она могла петь от души. К тому же, перед всеми последними знаменитыми певцами.
Она чувствовала, что у нее не будет никаких сожалений, даже если она провалит прослушивание сегодня.
Кан Юн пододвинул свой стул ближе и сел напротив нее.
Считая, что сейчас состоится важный разговор, Ын Мун Хи нервно села прямо.
«Не буду ходить вокруг да около. Спасибо за то, что спели сегодня 9 песен.»
«Ха-ха, спасибо.»
Поскольку у них в середине были перерывы и разговоры, на 9 песен ушло 2 часа.
"Честно говоря, похоже, ты давно не поешь".
"Да, это правда. Прошло не меньше 3 лет".
Ответила Ин Мун Хи с горечью.
После того, как она покинула свою старую развлекательную агенство из-за проблем с компанией, она почти не была связана с пением. Упоминание Кан Юна об этом заставило ее почувствовать себя неловко.
Несмотря на это, Кан Юн продолжал говорить.
"Я просмотрел материалы Колледжского поп-фестиваля и обнаружил, что твой нынешний вокал сильно отличается от того, что был раньше. Что касается навыков, я считаю, что раньше ты была лучше".
"....".
Ин Мун Хи замолчала, услышав честные слова Кан Юна.
Хотя она и думала, что не будет сожалеть, даже если сегодня потерпит поражение, услышать плохую оценку было горько.
Однако на этом его слова не закончились.
"Однако эмоции в твоем голосе сейчас гораздо сильнее. Я чувствую очень сильные эмоции в твоей песне. Хотя твоя техника, возможно, ухудшилась, но твой звук сейчас стал глубже. Таков мой вывод".
"А...".
Ин Мун Хи сглотнула. Дальнейшее станет решающим фактором.
"Мисс Мун Хи. Не желаете ли вы подписать контракт с World Entertainment?"
"А если бы" стало реальностью.
Контракт!
Выражение лица Ин Мун Хи превратилось в выражение радости и блаженства.
http://tl.rulate.ru/book/2001/4013435
Готово:
