Днём Ли Юань проводил Ли Чи и Ли Куня до автовокзала. Он отдал племяннику пакет яблок сорта «Гогуан» и строго наказал:
— Отдашь дедушке, пусть сам делит. Бабушке не давай, а то Ли Лянь и Ли Мэй ничего не достанется. Ли Кунь, в нашей семье мальчиков выше девочек не ставят. Все — наши дети, и отношение ко всем должно быть одинаковым. Если я ещё раз услышу, что вы, пацаны, трескаете лакомства, а Ли Лянь плачет в сторонке — берегись, выпорю так, что мало не покажется! Ты — старший внук, старший брат в своём поколении. Твой отец — старший среди нас, и ты должен брать с него пример. Он — настоящий старший брат, никогда не давал меня в обиду, даже пятому дяде не позволял меня задирать. Если ты не сможешь защитить своих сестёр, грош тебе цена как старшему брату.
Звучало грустно, но дедушка Ли Гуй умел делить поровну, а вот бабушка постоянно твердила, что девки всё равно выйдут замуж и отрезанным ломтём станут, так что пусть довольствуются тем, что живы... Обычно мужчины сохраняют гордость и редко притесняют женщин. Женщин чаще всего притесняют сами женщины...
Ли Кунь смущённо усмехнулся:
— Восьмой дядя, ну зачем старое поминать? На Новый год вы же нас всех уже отчитали! Тогда вы собрали все сладости и раздали Ли Лянь и девочкам, а мы, братья, в сугробе валялись и смотрели, как они едят. Сын пятого дяди, Ли Цзянь, так выл, что сначала от вас получил, а потом ещё и от пятого дяди добавили... Хе-хе, кто ж теперь посмеет так делать?
Ли Юань от души рассмеялся, а Ли Чи тихо спросил:
— Значит, в четверг утром ждать тебя здесь? Ты один справишься?
Ли Юань улыбнулся:
— Не волнуйся, днём безопаснее, чем ночью. Тем более, у меня есть пропуск от отдела охраны нашего завода. Если патруль остановит — мне не страшно.
Ли Чи кивнул:
— Ну и славно. Иди домой, у тебя дел по горло, нечего тут время терять.
Ли Кунь вдруг замялся, явно собираясь что-то сказать, но не решаясь. Ли Юань строго взглянул на него:
— Говори прямо, что стряслось?
Племянник хихикнул:
— Дядя, эта Цинь Цзинжу из семьи Цинь повадилась к нам ходить. Люди говорят, она в жёны к тебе набивается, и ей хоть бы хны. Увидит, что мы шалим, так ещё и поучать берётся: мол, идите уроки учить. Над ней вся деревня смеётся, говорят нам: зовите её «восьмая тётушка», а она даже не краснеет.
Ли Юань дёрнул уголком губ, дал ему лёгкого пинка и сказал:
— Иди учись! Ишь, мысли у него в какую сторону работают! Не думай, что раз в средней школе коммуны пятёрки получал, то и в техникум легко пройдёшь. Самоуверенность до добра не доводит! Кто из тех, кто недооценивал противника, хорошо кончал?
Ли Кунь притих. Ли Чи холодно усмехнулся:
— Мы можем хоть тысячу раз ругать — толку ноль, только восьмой дядя может вас в чувство привести.
Поворачиваясь к брату, Ли Юань добавил:
— Старший брат, когда вернёшься, скажи второму брату, пусть пустит слух. Мол, я в городе по уши в долгах, и всей семье скоро нечем будет расплачиваться...
Ли Чи усмехнулся, в очередной раз убедившись в хитроумии младшенького. Девчонки из семьи Цинь спали и видели, как бы выскочить замуж в город и зажить припеваючи. Кому нужен транжира с горой долгов?
Теперь план Ли Юаня стал ему понятен: раз семья Цинь так жаждет городского богатства, почему бы не проверить их искренность? Хотя и проверять было нечего — Ли Чи не сомневался, что как только слух дойдёт до Цинь, они мигом отстанут.
Вскоре подошёл старенький автобус. Ли Юань проводил родственников и, сев на велосипед, поехал по аптекам. Он собрал внушительный запас редких ингредиентов. Ещё несколько лет — и даже с деньгами их будет не достать.
После визита Танаки Какуэя в Китай ценные дикорастущие травы начнут массово экспортировать в Японию ради валюты. Так что надо было делать запасы сейчас, пока всё это бесценное сырьё ещё продавалось...
Например, дикий рябчик из Сунпаня, который снимает жар, лечит кашель, снижает уровень липидов и давление, причём работает безупречно. Или женьшень саньци из Вэньшаня, дикий корень женьшеня, солодка и дендробиум — всё это в будущем будет стоить баснословных денег, и в обычных аптеках настоящих уже не сыскать.
Объехав аптеки, Ли Юань направился к семье Сунь. Проезжая по безлюдному переулку, он убрал сумки с травами в пространственное хранилище и поехал дальше.
Но стоило ему свернуть в переулок Хэйчжима, как путь ему преградили трое.
Ли Юань вскинул брови. Не успел он и слова сказать, как Сюй Дамао с громким стуком рухнул на колени. Заливаясь слезами, он заголосил:
— Братишка! Это меня бес попутал! Я поступил с тобой по-свински! Я хуже собаки! Прости меня, молю!
Рядом, к удивлению Ли Юаня, на колени опустился и сам Сюй Фугуй. Ли Юань на секунду оторопел, а затем, остановив велосипед, рявкнул:
— А ну, стоп!
Он подошёл и легонько пнул Сюй Дамао:
— Брат Дамао, ты чего удумал? С чего вдруг на колени падаешь, что за цирк? И вы, дядюшка Сюй! В вашем-то возрасте — и на колени передо мной! Вы же меня губите!
Отец и сын не смели поднять глаз. Стоявший рядом начальник отдела охраны Ма Чанъю вкратце обрисовал ситуацию и достал два золотых слитка:
— Товарищ Ли Юань, заместитель директора Ли велел передать это вам лично. Сказал, что нельзя, чтобы вы страдали понапрасну. Если есть другие пожелания — можете высказать.
Ли Юань с наигранным изумлением уставился на золото, затем замахал руками:
— Начальник Ма, пожалуйста, верните это заместителю директора Ли! Передайте ему, что он и так делает для меня слишком много, это уже перебор. К тому же, я врач, зачем мне это? Обычному рабочему такое не положено...
Ма Чанъю попытался настоять, но Ли Юань покачал головой:
— Извините за беспокойство, начальник Ма, но пусть будет так. Я позже сам зайду к заместителю директора и всё объясню.
Повернувшись к Сюй Дамао, он строго сказал:
— Ах ты, собачий сын! Раз уж такие мысли появились, почему было не поговорить начистоту? Скажи ты раньше, ничего бы этого не было! Как говорили древние: «Братья — как руки и ноги, а женщины — как одежда». Неужели ты не знаешь, что для меня братская дружба важнее всего? А ты? Развёл какую-то грязь, не только себя погубил, но и дядюшку Сюя работы лишил. И после этого у тебя ещё хватает совести обзывать братца Чжу «Глупым»?
Сюй Дамао остолбенел. Он всмотрелся в лицо Ли Юаня — ни тени притворства! А ведь и правда, Ли Юань никак не мог знать об их заговоре... Разум Сюй Дамао прояснился. Благодарность отцу за то, что тот взял вину на себя, как ветром сдуло. Он яростно уставился на Сюй Фугуя:
— Это всё из-за тебя! Если бы не ты, мы бы с Юаньцзы до сих пор как братья были! Ничего бы этого не случилось!
Сюй Фугуй не ожидал, что обожаемый сын так быстро открестится от него. Глядя на вытаращенные лошадиные глаза Дамао, он понял, что тот не притворяется. На душе стало паршиво, но с другой стороны, так было даже лучше — лишь бы Ли Юань простил. Если бы Ли Юань решил раздуть скандал, проблем было бы не миновать. Он — настоящий кадровый работник, да ещё и поймал их с поличным...
Сюй Фугуй виновато произнёс:
— Моя вина. Признаю. Юаньцзы, дядя перед тобой на коленях просит прощения.
— Хватит, хватит, вставайте, — со смехом остановил его Ли Юань. — Ничего же страшного не случилось... Хотя нет, так сказать нельзя. Дядюшка Сюй, я парень не быстрый, только сейчас начинаю понимать, что к чему... Вы поступили очень некрасиво. Оставить всё как есть — неправильно. Колени гнуть не надо, вы старший. Но и просто так простить нельзя. Нужно же как-то вас наказать, хе-хе-хе...
Решив, что Ли Юань говорит это легко и не таит злобы, Сюй Фугуй ударил себя в грудь:
— Юаньцзы, говори! Любое твоё требование исполню, лишь бы ты простил!
Ли Юань покосился на Ма Чанъю:
— Дядюшка Сюй, тут начальник Ма стоит, вы уж не разбрасывайтесь словами.
У Сюй Фугуя ёкнуло сердце, но он держался:
— Не недооценивай меня, Юаньцзы. Проси, что в моих силах — всё отдам!
Ли Юань улыбнулся:
— Начальник Ма, будете свидетелем.
— Ты же от двух золотых слитков отказался, чего ещё-то просить? Ладно, говори, буду свидетелем, — усмехнулся Ма Чанъю.
— Давайте так, — начал Ли Юань. — Дядюшка Сюй, перепишите-ка вы на меня вашу квартиру в нашем дворе. У вас там вроде две комнаты в частной собственности? Так даже удобнее. Семья у меня большая, года через два-три в город приедут учиться как минимум трое-четверо племянников...
Сюй Фугуй остолбенел. Сюй Дамао вытаращил глаза до размеров бычьих яиц. И это тот самый человек, который минуту назад клялся в братской любви?! Да он же бьёт в самое больное место! Эти две комнаты — их гордость, Дамао планировал туда жену привести!
Ма Чанъю тоже удивился. Ого, а паренёк-то не промах! Но вслух ничего не сказал — всего-то две комнатушки, даже не целый дом. По рыночной стоимости и на один золотой слиток не потянут. Он кивнул:
— Справедливо.
— Юаньцзы, ты забираешь дом... а где же мне жить? Я же хотел быть твоим хорошим соседом! — заикаясь, выдавил Сюй Дамао.
Ли Юань задумался.
— А давай так: когда перепишете дом на меня, я сдам его тебе в аренду? Ну, скажем, за два юаня в месяц. Ты же знаешь, медицина требует затрат. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе — вот это настоящая братская дружба!
Сюй Дамао чуть не взвыл. В жилуправлении за такие комнаты платили копейки! Ма Чанъю скривил губы, со странным выражением глядя на Ли Юаня. Вот это хватка...
Ли Юань, не обращая внимания, с улыбкой обратился к Сюй Фугую:
— Дядюшка Сюй, соглашаться или нет — дело ваше. Согласитесь — инцидент исчерпан, зла не держу. Дамао по-прежнему мой друг. Пусть живёт во дворе, а как станет официальным работником — получит шанс на распределение жилья. Так что это пустяки. А если не согласитесь... тогда мне будет очень обидно. Лучший друг и уважаемый старший решили меня погубить... От такой обиды нам придётся свести счёты по полной программе. И чем это закончится — неизвестно.
— Я согласен!! — стиснув зубы, выпалил Сюй Фугуй, хотя сердце его обливалось кровью.
Если Ли Юань поднимет шум, последствия могли быть какими угодно. Да, Ли Хуайдэ получил свою долю, да, реального ущерба не было... В эти времена уволить официального работника было непросто.
Разве что за крупные хищения. Но могли ли они рисковать? Судя по тому, как Ли Хуайдэ относился к Ли Юаню, он легко мог передумать. А если обвинения подтвердятся — тут и до расстрела недалеко!
Услышав согласие отца, Сюй Дамао обмяк и заплакал. Ли Юань похлопал его по плечу и ласково улыбнулся:
— Дамао, ну чего ты расстраиваешься? Это же всего лишь две комнаты! Работай усердно, пусть дядюшка Сюй похлопочет, и если в следующем году станешь полноправным работником, сразу хватай западную комнату у ворот. Прорубишь окно — будет не хуже твоей нынешней. А если вздумаешь дуться и дальше со мной воевать — твоё право... Но подумай: если на заводе и в комитете узнают о твоих делишках — жизнь разрушена. Это же шпионаж и саботаж. А ты ещё думаешь, что я тебя обманываю? Да я вас спасаю!
Сюй Дамао наконец пришёл в себя и торопливо закивал:
— Юаньцзы, ты прав, я первый начал... Ты всегда справедлив, за добро добром платишь. Я признаю свою вину. Значит, если мы отдадим дом, всё забудется?
— Ещё бы! — возмутился Ли Юань. — Завтра же и не вспомню! Главное, чтобы вы больше не пытались отыграться. Хотя, если честно, я бы не отказался от ещё одной попытки...
— Да пошёл ты! — разозлился Сюй Дамао. — Только дурак полезет к тебе ещё раз!
Ли Юань многозначительно улыбнулся:
— Ну, как знать... Ладно, завтра в обед я вырвусь на часок, сходим в комитет, оформим бумаги, и дело с концом. А в воскресенье с меня выпивка, не забудь!
На Ли Хуайдэ надежды не было — он явно запал на золото Сюй Фугуя, так что добивать их не стал бы. Но ничего. Через пару лет начнутся призывы ехать на строительство приграничных районов. Уж Ли Юань постарается записать эту парочку добровольцами! Отправит письмо прямо в газету. А если попытаются отказаться... тем лучше!
Цк! Какой же он всё-таки добрый...
Ли Юань улыбался так дружелюбно, что Сюй Дамао тоже невольно расплылся в улыбке:
— Договорились! Принесу две бутылки хорошего вина! Выпьем как братья!
Ма Чанъю смотрел на всё это с нарастающим изумлением. Ли Юань казался ему каким-то инопланетянином!
• • •
— О как? Значит, он так выкрутился? — удивлённо рассмеялся Ли Хуайдэ, слушая доклад Ма Чанъю в своём кабинете.
Ма Чанъю покачал головой:
— Этот парень — тот ещё фрукт. Себе на уме. Забрав у них дом, он будет держать единственного сына Сюй Фугуя на коротком поводке, пока тот живёт в этом дворе. Семья Сюй не рыпнется, если только не будет уверена, что сможет прикончить его одним ударом. Но разве Ли Юань не боится нажить себе смертельных врагов?
Ли Хуайдэ презрительно фыркнул:
— Думаешь, если бы он не забрал дом, они бы его простили? Их план раскусили на корню, реального вреда не было. Даже если бы Ли Юань пошёл на принцип, всё бы закончилось выговором и мелким штрафом. А так он оставил бы змею недобитой и трясся бы каждый день в ожидании укуса. А теперь Ли Юань, пока сам не подставится, будет крепко держать их за горло. Хе-хе, этому парню только врачом работать — талант пропадает.
Ма Чанъю всё не мог понять:
— Но почему он отказался от золота?
Ли Хуайдэ недовольно поморщился:
— Перед ними — отказался, но потом-то я всё равно переведу это в деньги и передам ему.
Ма Чанъю испуганно переспросил:
— А кто вообще такой этот Ли Юань?
Он не знал, что Ли Юань выполняет личные поручения Ли Хуайдэ, и решил, что у того невероятно мощные покровители.
— Всё, закрыли тему. Можешь идти, — отмахнулся Ли Хуайдэ.
Он догадывался, что Ма Чанъю наверняка взял взятку от Сюй Фугуя, но ему было плевать. Чтобы лошадь бежала, её нужно кормить, тем более — чужим сеном.
• • •
— Братец Юаньцзы, а что вы там в переулке обсуждали?
Когда Ли Юань прибыл в дом Сунь, его встретил любопытный Сунь Цзяньго. Он видел Ли Юаня с какими-то людьми, но был слишком воспитан, чтобы подслушивать.
— Дела взрослых. Тебе пока рано в это лезть. Вот вырастешь с меня ростом — обязательно расскажу, — улыбнулся Ли Юань.
Сунь Цзяньго рассмеялся:
— Братец Юаньцзы, как вы красиво говорите! Обычно папа на меня просто кричит: «Не лезь во взрослые разговоры!».
— А ты пойди и пожалуйся на них родителям, — пошутил Ли Юань.
— У вас, братец Юаньцзы, совесть нечиста... Ай!
Получив подзатыльник, Сунь Цзяньго подскочил и возмущённо обернулся:
— Вторая сестра, за что?!
Сунь Юэлин, уперев руки в бока, строго отчитала брата:
— Как ты разговариваешь со старшими? Ещё раз обзовёшь братца Юаньцзы — снова получишь!
Смерив укоризненным взглядом сестру и посмотрев на довольно кивающего Ли Юаня, Сунь Цзяньго в бессильной ярости сжал кулаки, рыкнул и убежал.
Сунь Да, услышав шум, вышел из северной комнаты:
— А, Ли Юань! Что там от тебя Ма Чанъю хотел?
Ну вот, всё видели.
— Пойдёмте в дом, я всё расскажу, а то наставница опять спросит, — ответил Ли Юань.
Войдя, он вкратце обрисовал ситуацию и добавил:
— Я-то хотел только медицину изучать, но в этом мире от суеты не спрячешься...
Сунь Юэлин с сочувствием вздохнула:
— Братец Юаньцзы, как же вам тяжело.
Сунь Юэсян не удержалась от смеха:
— Тяжело? Он у людей дом отжал, и ему тяжело?
Чжао Ехун нахмурилась:
— Говорила же, переезжай к нам... Ладно, раз уж ты открыл там приём, для твоего профессионального роста это полезно.
Сунь Да усмехнулся:
— Чтобы так ловко выкрутиться, нужна хорошая закалка. Полезно пожить в таком дворе — отлично тренирует навыки выживания.
— Да я просто везучий, — отмахнулся Ли Юань и повернулся к Чжао Юньчжэну: — Дедушка-наставник, что сегодня изучаем?
Чжао Юньчжэн задумался и раздражённо произнёс:
— Если честно, мне тебя больше нечему учить. База — она и есть база. Я думал, потрачу уйму времени, чтобы ввести тебя в курс дела, буду постоянно исправлять ошибки. А ты мало того, что вник во всё моментально, так ещё и не ошибаешься! Учить тебя — скука смертная. Это не значит, что ты уже всё знаешь, до этого ещё далеко. Тебе нужна огромная практика, нужно наблюдать пациентов. В нашем деле даже гений без практики ничего не стоит. Тебе не хватает именно опыта, и тут я не помогу. Ты вон дома приём открыл — это дело хорошее. Принимай больных побольше, чем сложнее и запутаннее случаи — тем лучше. Если в чём-то засомневаешься — приходи ко мне. Да и с «Иллюстрированным каноном» то же самое — нужна практика.
Ли Юань растерялся:
— Дедушка-наставник, но вы же дали мне только общие знания...
Чжао Юньчжэн хмыкнул:
— А если я тебя каждую болезнь буду разжёвывать, как осла за верёвочку водить, из тебя вырастет бездарь! Я дал тебе основу, а детали ты должен постичь сам, дойти до всего своим умом. Только тогда ты станешь настоящим мастером, а не ремесленником!
Ли Юань моргнул и посмотрел на присутствующих. Все согласно кивали... От него ждали таких высот?
http://tl.rulate.ru/book/200080/23353385
Готово:
