— Профессор Крис, — перешла она прямо к делу, и в ее тоне зазвучала нескрываемая надежда. — Насколько мне известно, вы посвятили немало времени изучению древней праздничной магии. Что касается рождественских украшений в Большом зале... не согласитесь ли вы оказать нам небольшое... историческое содействие?
— С превеликим удовольствием, профессор Макгонагалл, — учтиво склонил голову Эван, пряча легкую улыбку.
И вот, за несколько часов до начала грандиозного рождественского пира, студенты, оставшиеся на каникулы в замке, стали свидетелями того, как преображается Большой зал.
Двенадцать исполинских елей, притащенных Хагридом, по-прежнему высились по периметру помещения, но сам процесс их украшения превратился в настоящее магическое таинство. Эван не стал размениваться на банальные блестящие стеклянные шары или приевшиеся волшебные гирлянды. Замерев в самом центре Большого зала, он плавно взмахнул палочкой. С ее кончика сорвались тысячи мерцающих искр и, подобно стайке потревоженных светлячков, устремились к пушистым ветвям елей.
Стоило этим крошечным огонькам коснуться хвои, как они тут же застывали, превращаясь в древние защитные руны. Одни принимали форму резных снежинок, излучая мягкий, молочно-белый свет, надежно отгоняющий жгучую стужу. Другие вились языками пламени, наполняя огромный зал ровным, ласковым теплом. Третьи же оборачивались крошечными сверхновыми звездами, которые медленно вращались среди густой зелени, подмигивая присутствующим.
Зачарованный потолок зала тоже преобразился, перестав быть простой имитацией идущего снега. С помощью сложнейшей иллюзии Эван воссоздал над головами студентов зимнее ночное небо таким, каким его видели герои древней кельтской мифологии.
На фоне бездонного кобальтового купола отчетливо проступали сияющие орбиты созвездий. Падающие хлопья снега то и дело уплотнялись в воздухе, принимая очертания белоснежных ланей, серебристых воронов и величественных крылатых грифонов. Эти призрачные создания из забытых легенд изящно кружили под сводами зала, безмолвно паря над макушками замерших от восторга студентов, а затем тихо рассыпались мириадами крошечных ледяных кристалликов, мягко оседая вниз.
К моменту официального начала рождественского пира атмосфера в Большом зале достигла своего пика. Восторженные вздохи сливались в единый гул; даже самые циничные старшекурсники признавались, что никогда прежде не видели столь сказочного и вместе с тем величественного зрелища.
За преподавательским столом тоже царило оживление. Профессор Стебль, сидевшая рядом с Эваном, с горящими глазами обсуждала, можно ли привить светящиеся остролистовые венки к бубонтюберам, чтобы хоть как-то нейтрализовать едкость их гноя.
И даже Снейп, чье лицо традиционно походило на посмертную маску, бросив случайный взгляд на резвящуюся под потолком серебристую снежную лань, на какую-то неуловимую долю секунды оцепенел. В его черных глазах мелькнуло странное выражение, которое он тут же поспешил замаскировать своим фирменным презрительным фырканьем.
Поднявшись со своего места, чтобы произнести торжественный тост, Дамблдор на мгновение задержал свой пронзительный взгляд на Эване.
— За нашего невероятно одаренного нового коллегу, профессора Эвана Криса! — густой, раскатистый голос директора заполнил каждый уголок Большого зала. — Сегодня он напомнил всем нам, что история — это не просто пыльные пергаменты. Это живая, согревающая и могущественная сила, пульсирующая в нашей крови. Счастливого Рождества!
Профессора один за другим поднимали свои кубки, почтительно кивая Эвану. Пир грянул с неистовой силой, утопая во взрывах смеха и искреннем веселье. Истекающие соком жареные индейки, возвышающиеся словно горы пудинги и россыпи волшебных сладостей всевозможных вкусов наполнили Большой зал густым, аппетитным ароматом безупречного торжества.
Когда пиршество подошло к концу, Эван вежливо отклонил предложение неугомонного Флитвика пропустить по стаканчику в «Трех метлах» и в одиночестве вернулся в свой кабинет.
Замерев перед огромным, стрельчатым окном от пола до потолка, он задумчиво наблюдал за тем, как замок утопает в серебристых сумерках, а где-то внизу, во внутреннем дворе, с радостным визгом перекидываются снежками студенты.
Его «археологические» изыскания в стенах Хогвартса наконец-то начали приносить свои плоды. Подсказки Елены, медленное, но верное изучение магических артерий замка — все продвигалось согласно плану, без суеты и спешки.
И все же Эван чувствовал, что уперся в невидимую стену.
Наступил тот самый момент, когда нужно было сделать передышку. Отправиться в какую-нибудь тихую, богом забытую магическую деревушку, дышащую простой, незамысловатой жизнью. Посидеть у весело трещащего камина, ощущая в руках тепло кружки с горячим сливочным пивом. Поговорить со старым приятелем о какой-нибудь чепухе, бесконечно далекой от многоходовых интриг или тайн высшей магии.
Пожалуй, это было именно то, что ему сейчас нужно.
Поправив сползшие на переносицу очки, Эван принял решение. В эти рождественские каникулы он непременно встретится со старым другом и как следует отдохнет.
http://tl.rulate.ru/book/199701/22981681
Готово:
