Но некоторые дела считались слишком важными для публичного доступа и требовали письменного разрешения из Башни Хокаге после рассмотрения дела.
Блондин хлопнул себя рукой по лицу. Он и не думал, что его мать была настолько засекреченной личностью. Проведя ладонью по лицу, Наруто подпер подбородок рукой и задумался. Вдруг мальчик резко вскинул голову:
— Вы ведь не додумались поискать наше собственное дело, верно?
При некотором везении, если Наруто пришел к такому выводу, то и его клон должен был сделать то же самое. К его разочарованию, клон покачал головой. Он этого не сделал.
— Я искал, но там тоже ничего нет.
Он все-таки додумался. Наруто вздохнул, и его разочарование только усилилось, сменив причину. Он не мог получить доступ даже к собственному делу. Что, насколько он знал, было незаконно. В Стране Огня вообще-то есть законы, даттебайо!
Если только его дело не признали секретом S-ранга. Государственной тайной, подтвержденной самим Даймё. Из тех секретов, доступ к которым могут дать только Хокаге или Даймё. Наруто застонал. Вся его жизнь была сплошной кучей тайн, о которых он до вчерашнего дня даже не подозревал.
Или же его дело и дело его матери были утеряны во время нападения Кьюби, но Наруто почему-то в этом сомневался. Касательно материнского дела это еще звучало правдоподобно, но его собственное? Просто невозможно, ведь это дело, если оно вообще существовало, должно было быть заведено уже после нападения. Но это было бы слишком просто, а его жизнь, судя по всему, легких путей не искала.
Мальчик на секунду задумался, не грозят ли Дракону неприятности за то, что тот раскрыл ему имя матери. Учитывая, что АНБУшник все еще жив, с ним, скорее всего, все было в порядке. Наруто был благодарен за эту крупицу знаний и не хотел, чтобы человек под маской понес за это наказание.
Пожалуй, Наруто все-таки не станет красить вещи Дракона в блестящий оранжевый цвет.
Мальчик переключил внимание на двух других клонов:
— А библиотека?
Один из клонов пожал плечами:
— О клане Узумаки почти ничего нет. По сути, его больше не существует. Они правили местом под названием Узушиогакуре, это небольшая деревня, без понятия, где она находится. Они были известны своими рыжими волосами и фуиндзюцу. Символ на разгрузочных жилетах Конохи — их эмблема.
— Рыжие волосы, — пробормотал Наруто. — Это сходится с тем, что говорил мне старик. — Мальчик потер веки, когда его осенила другая мысль: — А почему у нас не рыжие волосы? — спросил он у клонов. Неужели старик снова ему солгал?
— Может, потому что наш отец был блондином, и мы пошли в него?
Мальчик обдумал ответ своего клона:
— Возможно. Тьфу, сколько же тайн, я даже не знаю, стоит ли вообще пытаться их раскрыть, — вздохнул блондин, слегка раздраженный.
А стоило ли оно того? В конце концов, хороший вопрос. Его родители мертвы, если верить старому Каге. Мать уж точно мертва. Так какая польза от знания о них? Мальчик понятия не имел, нужно ли ему поддерживать какое-то наследие. Наверное, учитывая количество тайн, под которыми оно было погребено, но захочет ли он вообще его поддерживать? Быть грозой для Кумо звучало, конечно, круто, но Наруто не был уверен, что это должно стать его жизненной целью.
В качестве мимолетной мысли Наруто на секунду задумался, не оставила ли мама ему денег, но тут же отбросил эту идею. Если Хокаге потребовалось двенадцать лет, чтобы со скрипом назвать ему ее имя, то пройдет еще двенадцать, прежде чем Наруто увидит эти деньги, если они вообще были.
Так какая польза от знания? Небольшая. Да и было много вещей, о которых мальчик не был уверен, что хочет знать. Незнание ранило, но и точное знание не обязательно помогло бы. Особенно если правда окажется ужасной. Ведь Наруто до сих пор понятия не имел, пожертвовали ли им родители добровольно, сделав джинчурики, или нет. Возмущение старика при мысли о том, что Четвертый убил их, вроде бы опровергало эту теорию, но второй вариант оставался вполне возможным.
Мать, предположительно, любила его. Но стал ли он джинчурики только потому, что был ее сыном? Может быть, наследники других кланов не подходили? И что вообще значит и влечет за собой удержание Биджу? Наруто вздохнул. Был ли у него вообще выбор?
И почему, во имя Пламени, его статус был раскрыт? Если буйство Кьюби было спланированной атакой, о чем думал Хокаге, раскрывая, что Наруто — джинчурики? Это было все равно что напрашиваться на новое нападение, да еще и в период скорби и неопределенности. Глаза Наруто расширились: неужели он был приманкой? И вообще, действительно ли зверь запечатан внутри него?
Или все-таки запечатан, а его родители просто были людьми, чья вера в деревню была абсолютной. Абсолютной и слепой. Примерно такой же, как у Четвертого и его дедули, пока жители деревни не показали себя полными ублюдками, относясь к невинному маленькому ребенку, несущему в себе демона, как к чуме. Даже несмотря на то, что у самого ребенка никто не спрашивал.
Наруто схватил настоящий кунай, который он уронил на пол, и швырнул его в мишень. Нож расколол дерево и вонзился в стену позади нее. Блондин тяжело и прерывисто дышал. Он не хотел злиться, но это не значило, что он не злился. И подумать только, как сильно он жаждал их признания. Подумать только, что в глубине души он все еще жаждал его.
Блондин снова сел на диван и шумно выдохнул, прежде чем сделать глубокий вдох и задержать воздух в легких, надув щеки. Теряться в догадках было бесполезно и никак не помогало. Особенно учитывая его нынешнее состояние духа.
— Но что, если...
— Аргх! Любопытство — определенно худший из человеческих пороков! — внезапно закричал блондин, напугав своего «младшего» клона.
Три старших клона лишь серьезно закивали, ничуть не удивившись:
— Ага, мы пришли к тому же выводу, — заметил один из них.
— Да-да, доедайте свой рамэн и развеивайтесь, — махнул на них рукой Наруто.
— И мну тоже? — спросил самый младший, пережевывая лапшу.
— Особенно тебя.
Четыре клона дружно кивнули, поспешно доели рамэн и развеялись. Наруто почувствовал, как у него дернулся левый глаз, а в затылке на секунду возникла странная пульсирующая боль. Блондин ненадолго задумался над внезапной головной болью. Он заметил то же самое после развеивания маленькой армии клонов, которую создал для того, чтобы проучить Мизуки. Тогда боль была раскалывающей и длилась около минуты или двух, он точно не помнил. Он проигнорировал ее, так как больше беспокоился о ранах Ируки.
Сейчас боль была слабой и уже исчезла. Развеивание теневых клонов почему-то вызывало головную боль, интенсивность и продолжительность которой зависели от количества клонов. Наруто кивнул и сделал себе мысленную пометку. Это нужно проверить. Или даже расспросить кого-нибудь. Если повезет, он не единственный, кто знает эту технику.
http://tl.rulate.ru/book/198968/22697479
Готово:
