— Можете разбираться, как хотите! Не звоните из-за такой мелочи, роуминг дорогой!
Голос из трубки звучал брезгливо, было очевидно, что собеседник нетерпелив.
Не успела она договорить, как раздался щелчок, и связь оборвалась.
Су Яо, лежавшая на старой деревянной койке с болезнью, достигшей последней стадии, недоверчиво смотрела на телефон в руках старика Ли, на громкой связи.
Она не могла поверить, что дочь, которой она подарила зрение, которой посвятила двадцать с лишним лет своей жизни и которую вырастила, произнесла такие бесчувственные слова!
— Старина Ли, мой… где мой сын? — с надеждой, дрожа, спросила она.
Сын всегда был сыновним, узнав о ее смертельной болезни, он обязательно придет!
Старик Ли вздохнул: — Я звонил твоему сыну. Он передал трубку твоей дочери и сказал, что всё будет по её усмотрению.
Он не мог сказать, что ее дети, вместе с другими членами семьи Цзян, уже давно путешествуют по Европе.
Лицо Су Яо, и без того землистого цвета, стало еще бледнее, дыхание давалось с трудом.
Старик Ли снова вздохнул: — Су Яо, я поговорю с деревней, и мы попробуем организовать для тебя общественную могилу за счет сельских средств. Отдельная яма, недорого.
Если не хватит, он добавит из своих.
Нельзя допустить, чтобы она умерла без погребения.
Слёзы не переставая катились из глаз Су Яо: — Я… не могу вместе со своим мужем?
С тех пор, как в деревне провели снос, появилась общественная кладбище.
Но у нее были сын, дочь и муж, почему ей полагается отдельная яма?
Это же место для одиноких!
Хотя ее муж умер много лет назад.
Говорят, тех, кого хоронят в отдельных ямах, после смерти отправляют в преисподнюю и там терзают.
Старик Ли, глядя на ее осунувшуюся, жалкую фигуру, в глазах мелькнуло сочувствие: — Ты с ним… официально не регистрировала брак. Даже если захочешь похоронить вместе, не получится.
Су Яо замерла: — Как так?
Она ведь была невесткой в семье Цзян десятки лет, как это могло не быть зарегистрировано!
Поскольку семья Цзян уже давно покинула деревню, старик Ли не боялся кого-то обидеть.
Из жалости, чтобы она умерла, зная правду, он сказал:
— Цзян Тун… он не умер. Два твоих ребенка — его!
Словно удар грома раздался в ее голове.
Су Яо выплюнула полный рот крови: — Значит… они вся семья… обманывали меня всю жизнь? Зачем?
Староста деревни вздохнул: — Я не знаю.
Поступки семьи Цзян были слишком неблагородными. Он сам узнал об этом лишь несколько лет назад.
Непостижимо!
Су Яо медленно закрыла глаза, слезы продолжали стекать из уголков ее глаз.
Лучше умереть, это тоже будет избавление!
Кто же знал, что она такая глупая?
……
Су Яо ошеломленно стояла у двери ветхого дома.
Она смотрела, как молодая золовка Цзян Баоэр, повязав на шею ее красный шарф, надев ее ватный жакет, в истерике прыгала и кричала в комнате.
Словно прошла целая жизнь.
— Шлюха! — Цзян Баоэр со злостью пнула журнальный столик перед собой: — Я парня себе найду, и она будет мне мешать, почему бы ей не сдохнуть!
Столик скреб по полу, издавая пронзительный звук.
Младший брат мужа, Цзян Ань, хихикал рядом: — Она просто завидует, потому что у нее нет мужика. Заставим ее потом на коленях извиниться.
Он больше всего любил смотреть, как городские женщины покоряются под его ногами.
Свекровь Сунь Дахуа, стоя рядом, строго сказала: — Извиниться? Что толку от извинений на словах? Нужно что-то реальное!
Она тоже была очень зла.
Цзян Баоэр была их младшей дочерью, которую они холили и лелеяли, как драгоценность.
Дочь наконец-то нашла себе парня, сына начальника фабрики, а эта дрянь посмела им помешать!
Слишком возмутительно!
Придя в их дом, она стала самой низшей вещью.
Кто дал ей смелость вмешиваться в дела Баоэр?
Глаза Цзян Баоэр просияли: — Мама, пусть она вернет мне часы! Иначе я ее не прощу!
Сунь Дахуа высокомерно хмыкнула: — Всего лишь старые часы, что они стоят? Пусть и кольцо тебе вернет!
С момента ее прихода в дом, она даже не подумала добровольно отдать ей часы и золотое кольцо, Сунь Дахуа давно была озлоблена.
Воспользовавшись этим случаем, она должна вытрясти из этой дряни все ценное, что у нее осталось!
— Точно, еще и кольцо! — радостно вскрикнула Цзян Баоэр.
Су Яо посмотрела на кровь, выступившую на ее ладони от царапин ногтей, и убедилась, что она переродилась.
Глубоко вздохнув, она подошла к Цзян Баоэр и с силой сорвала красный шарф с ее шеи:
— Не волнуйся, с кем бы ты ни встречалась, с собакой или кошкой, это меня не касается. Кстати, твой парень знает, что ты любишь воровать?
Все присутствующие в комнате замерли.
С момента прихода, Су Яо вела себя очень покорно, делала все, что ей говорили, и никогда не спорила с ними.
Когда они брали вещи из ее чемодана, она даже не пикала.
Что сегодня случилось?
Она посмела обвинить Цзян Баоэр в воровстве?
Лицо Цзян Баоэр покраснело, она продолжала подпрыгивать: — Дрянь! Кто украл? Ты вошла в мой дом, и твои вещи — это наши вещи!
Эта женщина, выглядевшая такой бесхарактерной, оказалась такой злой! Она оклеветала ее, назвав воровкой!
Сунь Дахуа ахнула и бросилась вперед, чтобы дать пощечину Су Яо: — Ты совсем оборзела!
Су Яо схватила руку Сунь Дахуа и холодно усмехнулась: — Сунь Дахуа, я тебя спрошу, мы с твоим сыном действительно поженились?
В прошлой жизни, когда она упала в воду, ее спас Цзян Тун, возвращавшийся в деревню.
Через месяц Сунь Дахуа сказала Су Яо, что ее сын хочет жениться, и их место работы одобрило это.
Она предложила Су Яо переехать к ним, а когда Цзян Тун вернется из отпуска, они сыграют свадьбу.
После того, как она отправилась работать в деревню, ее жизнь действительно стала очень трудной.
Выйти замуж за рабочего и избавиться от нынешних трудностей, она, естественно, была согласна.
Но она не ожидала, что до самой смерти этот Цзян Тун так и не вернется.
Позже свекровь сказала, что Цзян Тун погиб при исполнении служебных обязанностей.
Еще позже свекровь сказала, что ей нужен наследник для Цзян Туна, и принесла пару близнецов, оформив их на имя Су Яо.
В деревне было бесконечно много работы, дома был парализованный старик, за которым нужно было ухаживать. Су Яо была так занята, что у нее не было времени много думать.
Свекры и их семья умели манипулировать. Двое детей были слабы здоровьем и их приходилось постоянно отправлять в больницу.
Она, словно во сне, так и прожила в деревне, даже не заметив, когда упустила возможность вернуться в город.
Трудилась, вкладывала всю душу в воспитание двоих детей, а в старости отдала им все свои миллионы, полученные от сноса.
В итоге, они бросили ее в старой, полуразрушенной хижине на окраине.
Перед смертью она узнала, что их так называемый брак никогда не существовал!
Ее прошлая жизнь была сплошной насмешкой!!!
Су Яо уже все обдумала до того, как войти в дом.
Сейчас тот так называемый герой, «погибший при исполнении», еще не «умер», и двое неблагодарных еще не были принесены.
Услышав вопрос Су Яо, в глазах Сунь Дахуа мелькнула неуверенность, но она быстро подняла голос: — Ты совсем обнаглела! Смеешь бить свекровь? Второй сын, ты что, умер?
Цзян Ань тут же подошел и с силой отнял руку Су Яо.
http://tl.rulate.ru/book/197708/21891368
Готово:
