Чжан Цишань нахмурился, вспоминая слова Чжан Сяоюя. Он прекрасно знал, кем был Сяоюй. Это был не какой-нибудь крепкий парень из местных деревень, а названый брат, пришедший вместе с ним с северо-востока. Людей семьи Чжан с детства воспитывали в строжайшей дисциплине. Они никогда не делали поспешных выводов и не выносили суждений, пока собственными глазами не видели неопровержимых доказательств.
А значит, если Сяоюй сказал, что перед ними действительно горный бог и стрелять нельзя, у него должна была быть на то веская причина. Но что именно мог увидеть человек, чтобы понять: перед ним не просто чудовище, а настоящее божество?
Тем временем миазмы становились всё гуще.
Отряд собрался вместе.
Чжан Цишань приказал проверить боеприпасы, после чего указал на горные склоны по обе стороны долины.
Во время преследования добычи в самой долине её было слишком легко потерять из виду. Если чудовище скроется среди густого леса, можно даже не заметить, в какой момент оно исчезло.
Лучше всего было двигаться по склонам двух гор. Оттуда открывался хороший обзор, а обе группы могли постоянно наблюдать друг за другом.
Лицо Ци Тецзуя тоже стало серьёзным. После всего, что произошло этой ночью, он тяжело дышал от усталости.
«Почему твоё гадание оказалось неверным?» — спросил его Чжан Цишань.
«Моё гадание не может быть неверным, — уверенно ответил Ци Тецзуй. — Если оно всё же не сбылось… значит, существует только одно объяснение».
«Какое?»
«Фо Е… наш противник не принадлежит Пяти стихиям*¹».
Он ненадолго замолчал.
«Значит, это не существо нашего мира».
Ещё немного подумав, он тихо добавил: «Возможно… это и вправду горный бог».
Чжан Цишань посмотрел на младенца.
Тот начинал капризничать. После того как чудовище исчезло из виду, малыша уже ничто не отвлекало, и теперь он явно был недоволен.
Чжан Цишань всё ещё пытался понять, почему Сяоюй назвал это создание горным богом. Должно быть, он увидел нечто чрезвычайно важное.
Но времени на размышления сейчас не было. Он приказал Ци Тецзую перейти в другую группу и возглавить её, а сам решил действовать по собственному плану.
Вместе со своими людьми и ребёнком он начал подниматься по левому склону долины.
Когда кто-то спросил, зачем он отправил Ба Е в другой отряд, Чжан Цишань спокойно ответил: «Ба Е мало что умеет, но его семья поколениями изучала искусство самосохранения. В этом ему нет равных».
На его губах мелькнула едва заметная улыбка.
«И кроме того… если его не будет рядом, мы сможем подобраться к цели гораздо ближе».
Так отряд разделился на две группы.
Чжан Цишань быстро повёл своих людей вверх по левому склону.
Лес здесь был настолько густым, что, пробираясь между деревьями, они почти не видели происходящего внизу, в долине. Поэтому время от времени приходилось взбираться на самые высокие деревья и осматривать окрестности сверху.
Под серебристым светом луны дно долины напоминало бескрайнее зелёное море. Дальше долина постепенно выравнивалась, превращаясь в широкую равнину, зажатую между двумя горными хребтами.
Вскоре они заметили, что где-то в центре этого зелёного моря раскачиваются кроны деревьев. Словно огромное чудовище прокладывало себе путь, раздвигая лес.
Спустя некоторое время долина стала значительно шире. Расстояние между склонами увеличилось, и качание деревьев прекратилось. Теперь ориентироваться можно было только по птицам.
Каждый раз, когда над каким-нибудь участком леса внезапно взлетала стая, становилось ясно: под густыми кронами что-то движется.
Примерно через два часа птицы перестали подниматься в воздух.
Тогда младенца снова подняли на верхушку дерева. Ребёнок, не мигая, смотрел в одну точку далеко впереди, в глубине долины.
Чжан Цишань понимал: если чудовище вернулось в своё логово, то сейчас, скорее всего, начнёт есть.
Ждать больше было нельзя.
Он посмотрел на противоположный склон. Из-за огромного расстояния ни Ци Тецзуя, ни остальных уже не было видно. Не было видно даже их фонарей.
Если расчёты были верны, Ба Е сейчас находился примерно там же, где час назад.
Он двигался почти вдвое медленнее самого Чжан Цишаня.
Бойцы дослали патроны в патронники. После этого весь отряд стремительно спустился в зелёное море деревьев и направился туда, куда указывал взгляд ребёнка. Никто другой не смог бы двигаться по этому лесу с такой скоростью.
Люди семьи Чжан мгновенно замечали просветы между деревьями и свободно проскальзывали через них. Под густым пологом леса пройти обычному человеку было почти невозможно.
Корни деревьев переплетались между собой. Лианы образовывали настоящие сети, тянувшиеся во все стороны.
Но Чжан Цишань и его люди двигались словно поток воды. Они непрерывно бежали, прыгали, скользили между препятствиями, а где было невозможно пройти — взбирались прямо поверх них.
Вскоре Чжан Цишань понял, почему горный бог исчез.
Под этим бескрайним морем деревьев скрывалось огромное болото. Оказалось, вся долина была затоплена водой. Пока болото ещё не начиналось, горный бог передвигался по верхушкам деревьев, словно древесный зверь. Но стоило ему добраться до заболоченной местности, как он сразу уходил под воду.
Скорее всего, дальше он быстро плыл под поверхностью болота и лишь изредка всплывал, чтобы вдохнуть воздух.
Именно в эти мгновения птицы взмывали в небо.
Если всё действительно так…
Чжан Цишань невольно сжал губы.
…остаётся лишь надеяться, что Сяоюй не утонул.
По мере приближения к цели вокруг становилось всё тише.
Вскоре лес погрузился в абсолютную тишину. Не было слышно ни единого живого существа.
И тогда Чжан Цишань понял, что они почти пришли. Они вошли в совершенно особую часть леса.
Растительность здесь разительно отличалась от той, что росла на окраине долины. Весь лес вокруг логова горного бога состоял из баньянов*².
Одного взгляда было достаточно, чтобы Чжан Цишань всё понял.
Этот лес вырос вовсе не из множества отдельных деревьев. Когда-то здесь стоял всего один баньян. Со временем он разросся, пустил бесчисленные воздушные корни и постепенно превратился в целый лес.
А значит… в самом его центре должно находиться настоящее исполинское дерево, подобного которому Чжан Цишань ещё никогда не видел.
_______________________________________
*¹ Пять стихий (五行) — одна из основ традиционной китайской философии. Пять первоэлементов — Дерево, Огонь, Земля, Металл и Вода — описывают устройство мира, взаимосвязь всех явлений и используются в гадании, медицине, фэншуй и боевых искусствах.
*² Баньян — дерево, образующее многочисленные воздушные корни, которые, достигая земли, превращаются в новые стволы. Со временем один-единственный баньян способен разрастись настолько сильно, что выглядит как целый лес. В китайской культуре такие деревья часто считаются древними, священными и связанными с духами, бессмертными и различными сверхъестественными существами.
http://tl.rulate.ru/book/197261/25228681
