В этот миг Махоу и Хэйсюн, потрясенные, охваченные шоком и ликованием, в унисон повернули головы и уставились на неряшливого бородатого мужчину, которого звали Дураком.
Ныне неряшливый мужчина преобразился, словно стал другим человеком. Взгляд, прежде тусклый и растерянный, стал ясным и глубоким. На некогда оцепенелом лице проступили лишь суровость и холодная решимость. От неряшливого бородатого мужчины медленно исходила закаленная в боях, пропитанная убийственной аурой.
Он был подобен древнему божественному оружию, вот-вот вырванному из ножен, готовому обрушить на мир безбрежный натиск мечей. Он вернулся? Это был настоящий старший брат Хэйсюн, глава Махоу.
Но все это казалось нереальным. Хэйсюн и Махоу сами прошли сквозь огонь и воду, они были закаленными воинами, прошедшими через горы трупов. Минувшие события закалили их разум. То, что происходило на их глазах, было слишком странным.
Двенадцатое декабря 26-го года по китайскому летоисчислению, город Нанкин. Старший брат упал после мощного взрыва снаряда. Хэйсюн подхватил Старшего брата, обернул раскаленную пулеметную трубу пулемета Максима мокрой тряпкой. Махоу, неся большой ящик с пулеметными патронами, прорвался сквозь окружение и добрался до секретной базы.
Старший брат пролежал без сознания семь суток. Проснувшись, он забыл все. Забыл прошлое. Забыл себя. Забыл братьев. Каждый день он просто тупо смотрел в небо, растерянно осматривая все вокруг. Тупо закрывал глаза, отдыхая. Словно оборвал все связи с этим миром. Словно душа покинула тело.
Хэйсюн и Махоу втайне обсуждали: неужели взрыв снаряда унес три души и семь духов Старшего брата, и от него осталась лишь оболочка?
В этот момент Хэйсюн и Махоу почувствовали сильную нервозность. Они слышали от стариков легенды о возвращении души в чужое тело, о вселении демона или лисьего духа. Неужели их Старший брат, ударившись головой, умер, и его тело захватил дух или лисий дух?
Видя, как Хэйсюн и Махоу стоят как вкопанные, потрясенные и полные сомнений, неряшливый мужчина нахмурился. Низкий голос, полный властности, снова прозвучал:
— Хэйсюн, Махоу, я просил вас доложить обстановку, почему вы просто пялитесь на меня? У меня что, цветы на лице выросли? Хотите, чтобы я вас отшлепал!
Услышав тон неряшливого мужчины, Хэйсюн и Махоу, давно следовавшие за ним, поняли, что Старший брат пришел в себя. Именно этот тон, без вариантов. Старший брат точно не был одержим духом, он вернулся в свое тело, полностью возродился.
В тот же миг Хэйсюн и Махоу изложили текущую ситуацию. А заодно упомянули, что после прорыва из города Нанкин, неряшливый бородатый мужчина стал как будто ничего не помнящим Дураком, и это уже длится несколько месяцев?
Военный врач секретной базы тоже провел осмотр и сказал, что, скорее всего, он получил сотрясение мозга от взрыва снаряда, в мозгу есть кровоизлияние, что и вызвало амнезию. Если провести операцию в районном госпитале, то вероятность восстановления памяти не превысит 50%.
Но даже с 50% шансом на выздоровление, Хэйсюн и Махоу считали, что стоит попробовать. Амнезия неряшливого бородатого мужчины доставляла Хэйсюн и Махоу массу хлопот. Приходилось просто сопровождать Старшего брата на секретной базе, глядя на звезды и луну. Наблюдать за муравьями, переносящими еду, наблюдать за драками птиц. К тому же, они постоянно получали косые взгляды и ругань от остальных, но ради Старшего брата они оба терпели, живя одним днем. Втайне надеясь на возможность отправить Старшего брата на лечение в районный госпиталь.
Неряшливый мужчина лихорадочно обдумывал ситуацию и сделал спокойный анализ:
— Судя по всему, мы попали в спланированную вражескую засаду. Мы не знаем, кто наш противник, но сейчас мы должны рисковать жизнью, чтобы прорваться.
Хэйсюн и Махоу кивнули. Оба были ветеранами, прошедшими сквозь огонь, воду и горы трупов. Они знали, что ожидание не означает спасения. Наоборот, оно истощит их ограниченные силы, и тогда им останется только сдаться без сопротивления.
Атака – лучшая защита. Как и тогда, в Нанкине, они отчаянно прорывались, обретая шанс на жизнь. Это лучше, чем те, кто считал, что сложить оружие и стать покорным гражданином означает спастись. На самом деле, все было наоборот: те, кто сложил оружие, погибли раньше, погибли ужасно и унизительно.
— Хэйсюн, Махоу, у вас есть оружие?
— неряшливый мужчина посмотрел на них.
На лицах Хэйсюна и Махоу появилось смущение.
— Старший брат, мы с Хэйсюном бежали сюда с тобой. К счастью, офицер базы приютил нас. Мы здесь выполняем хозяйственные работы, отвечаем за уборку, откуда у нас может быть оружие!
Объяснение Махоу вызвало легкую грусть в глазах неряшливого мужчины. Хэйсюн и Махоу были лучшими бойцами. В битвах при Сунху и Нанкине они убили сотни японцев. А теперь они стали вспомогательным персоналом. Жизнь непредсказуема.
— Брат, не беспокойся об оружии. Многие солдаты из охранительного взвода, которые пришли с нами, погибли. У них были винтовки Чжунчжэн, неплохие, и еще у них были гранаты.
— Потом просто заберем оружие и гранаты с трупов. Только одной винтовкой Чжунчжэн, чтобы прорваться отсюда, будет, наверное, сложно!
Махоу вдруг хлопнул себя по лбу.
— Старший брат, тогда, когда мы были в грузовике, я видел, как они поставили пулемет Максима М1935 с водяным охлаждением, накрытый брезентом. Наверное, тот пулемет до сих пор там!
Услышав про пулемет Максима, глаза Хэйсюна внезапно загорелись, выражение его лица стало взволнованным.
— Пулемет Максима М1935! Черт возьми, с таким супер-оружием я непобедим!
Хэйсюн, будучи импульсивным человеком, тут же попытался встать и побежать к грузовику, стоявшему неподалеку, но Махоу крепко его удержал.
— Да пошел ты к черту, Хэйсюн! С таким твоим здоровьем, ты будешь отличной мишенью, одним выстрелом тебя прошьют насквозь!
— Махоу выругался на родном диалекте.
Хэйсюн не обиделся на ругань Махоу, а лишь хлопнул себя по голове.
— Обезьяна, не говори, что я слишком большой. Эти ублюдки замаскировались на высоте, снайперы, стреляют чертовски точно. Я думаю, это из крупнокалиберной винтовки 98k!
— Махоу, снайперская стрельба – твоя стихия. Постарайся отобрать ту снайперскую винтовку 98k!
Хэйсюн предложил Махоу, что и было у Махоу на уме.
Неряшливый мужчина молчал, его мозг лихорадочно работал.
Его последние воспоминания остановились на 12 декабря 26-го года. Японские снаряды, словно град, обрушивались вокруг. Непрекращающиеся мощные взрывы, взметнувшиеся в небо огонь и дым, раскаленные ударные волны, сильные ударные волны поднимали камни и осколки, разбрасывая их во все стороны, уничтожая всякую жизнь.
Видя, как братья падают один за другим. Вокруг были крики и стоны! Запах крови и пороха стоял такой плотный, что его нельзя было развеять. Хэйсюн безумно стрелял из пулемета, вода в охладителе закончилась. А Махоу продолжал расстреливать японцев из снайперской винтовки 98k. Японцев было слишком много. Братьев осталось совсем мало, он был в отчаянии.
Внезапно снаряд взорвался недалеко за его спиной, перед глазами потемнело, и он потерял сознание. Когда он снова пришел в себя, он оказался в этой долине, так же стоя перед лицом смерти.
Резкий свист снова раздался, еще один минометный снаряд. Он взорвался у камня в 20 метрах впереди слева. С криком, один из солдат охранительного взвода там был разорван на куски.
Мощный взрыв и густой запах дыма вернули мысли неряшливого мужчины к реальности. Как выжить – вот насущный вопрос, стоящий перед ним. Его мозг лихорадочно работал, оценивая текущую ситуацию.
Враг имел точные минометные установки, опытных снайперов, контролирующих всю местность. Где бы ты ни спрятался, рано или поздно тебя накроет минометный обстрел. Враг также имел снайперские винтовки 98k, бронебойные пули, и как только ты высунешься, тебя тут же подстрелят. Разница лишь в том, умрешь ты раньше или позже.
Трое снова столкнулись с испытанием смерти. Что за чертов мир, где даже выжить так трудно. От Сунху до Нанкина, сколько раз они проходили сквозь огонь и смерть, сколько братьев они видели, падающих в крови, чьи останки даже не оставались. Он давно устал от войны, но вынужден был находиться в ее водовороте. В этом хаотичном мире судьба отдельного человека уже не могла управлять его действиями. А его судьба и судьба страны и нации были неразрывно связаны.
Жить только для себя невозможно, нужно только пробиваться сквозь кровь и смерть. Да, только пробиваясь сквозь кровь и смерть, можно обрести шанс на жизнь.
Неряшливый мужчина потрогал свою колючую бороду. Главная проблема сейчас – добыть подходящее оружие. Взять тот пулемет Максима с того грузовика, только он сейчас может обеспечить огневую мощь для контратаки. Винтовка Чжунчжэн в такой местности – просто палка для разжигания огня. Даже если палка для разжигания огня, они с Махоу должны иметь по одной.
Как солдат, он не мог смириться с тем, что его убьет или застрелит враг, будучи безоружным. Боевой дух проник в каждую клеточку его тела, в его кровь и кости. В этот момент в его глазах начала медленно собираться убийственная аура, которая постепенно сгущалась.
Этот чертов мир, раз ты не хочешь, чтобы я жил, я заставлю вас умереть.
— Хэйсюн, Махоу, у вас есть что-нибудь поесть? Если есть, скорее принесите!
Неряшливый бородатый мужчина в этот момент почувствовал сильный голод. Ему нужно было пополнить силы, иначе он не сможет действовать позже.
Хэйсюн быстро достал из большого брезентового мешка, который нес на спине, пакет с булочками, даже два вареных яйца. Этот Хэйсюн боялся проголодаться, поэтому, выходя, взял на кухне целых двадцать с лишним булочек. Изначально Хэйсюн хотел взять пятьдесят булочек, но, увидев презрительный взгляд того повара, он с трудом попросил чуть больше двадцати.
Неряшливый мужчина не стал церемониться, не обращая внимания на грязные руки, схватил булочку и начал есть. Грязные пальцы оставили черные отпечатки на булочке, но ему было уже все равно. Он хотел как можно быстрее восполнить силы. Махоу тоже быстро почистил и протянул вареное яйцо.
Неряшливый мужчина, не стесняясь, схватил и съел, поперхнувшись и закатив глаза. Махоу быстро протянул флягу с водой.
— Старший брат, ешь помедленнее, пей воду!
Пока неряшливый бородатый мужчина жадно ел, капитан Сяо из особого отдела, нахмурив брови, лихорадочно обдумывала ситуацию. Единственным выходом было им четверым разделиться и прорываться.
С их навыками, прорваться, вероятно, не составило бы труда. Но без защиты осталась Госпожа Сун. Цель врага – Госпожа Сун.
Посмотрев на Browning M1935 в своей руке, она поняла, что на расстоянии до 100 метров он еще эффективен, но дальше – бесполезен. Хотя у Цзинь Маньша была снайперская винтовка 98k, она не могла поднять голову.
Цинь Юэ была у грузовика. Вместе с Чжуцюэ она защищала Госпожу Сун, что немного успокаивало капитана Сяо. Сила Цинь Юэ и Чжуцюэ была немалой, за короткое время тридцать-пятьдесят человек не смогли бы подобраться к ним.
Многократные мощные взрывы минометных снарядов и обжигающие ударные волны, сопровождаемые разлетающимися осколками, заставляли камни издавать звон. Многократные свистящие звуки снайперских пуль, вонзающиеся в тела, сопровождаемые криками, падениями и удушливым запахом крови.
Это заставляло сердце капитана Сяо, начальника особого отдела, тоже испытывать легкое напряжение. Как им выйти из затруднительного положения и при этом безопасно защитить Госпожу Сун?
До наступления темноты было еще далеко. Даже если до наступления темноты они смогут быстро сбежать, как хрупкая женщина, Госпожа Сун сможет ли быстро идти вместе с ними? Даже если это броневик, сможет ли он выехать из этой зоны?
Капитан Сяо так не думала. Она полагала, что враг, возможно, уже заложил мины на дороге, и даже броневик может перевернуться.
Внезапно уши капитана Сяо резко дернулись, потому что она услышала непрерывный свист пуль, прорезающих воздух. Что-то странное!
Судя по траектории полета, стреляла не одна снайперская винтовка, с другого направления также велся снайперский огонь. Здесь была снайперская винтовка 98k, а напротив – модифицированная снайперская винтовка Тип 38 Arisaka японцев, ее сердце похолодело.
«Эти ублюдки так торопятся? Похоже, прибыл не только предатель. Оказывается, японцы тоже хотят убить Госпожу Сун. Это и есть то простое задание, о котором говорил Офицер Сюэ?»
Почему вражеский снайперский огонь внезапно усилился? Неужели что-то произошло?
Капитан Сяо не смогла удержаться и слегка высунула голову. Вид, представший перед ее глазами, заставил ее зрачки сузиться, а алые губы приоткрыться. Она даже прикрыла рот рукой в тактильной перчатке.
Она увидела невероятную картину.
http://tl.rulate.ru/book/195740/21090951
Готово:
