Готовый перевод Ten Years for Anothers Crime: Returned Invincible / Десять лет в адской тюрьме: Возвращение непобедимого бога: Глава 5: Три убийства за секунду — вот что такое ужас!

Дзинь!

Звук открывающихся дверей лифта прозвучал подобно тонкой игле, которая с хирургической точностью проткнула атмосферу роскоши и шумного веселья, царившую в Зале Императора.

Все присутствующие подсознательно повернули головы в сторону входа.

Музыка затихла сама собой, и смеющиеся мужчины и женщины замерли, с любопытством глядя на вошедшего.

Из лифта неспешным шагом вышел молодой человек в простой, заметно застиранной одежде. Его фигура выглядела вопиюще чужеродной в этом ослепительном, залитом золотом интерьере.

Как только Ли Вэй увидел Линь Фэна, улыбка на его лице на мгновение застыла, после чего сменилась крайним изумлением.

Почему он здесь? Как он посмел сюда явиться?

Следом за изумлением пришел неистовый, дикий хохот.

— Ха-ха-ха! Линь Фэн! Воистину, в рай есть дорога, но ты на неё не встал, а в ад нет врат, но ты сам туда ворвался!

Ли Вэй резко вскочил, тыча в Линь Фэна пальцем, а жир на его щеках затрясся от возбуждения.

— Я-то гадал, где мне искать этого ублюдка, а ты сам пришёл прямо в руки! Хорошо! Очень хорошо!

Рядом с ним сидел молодой человек, чья рука всё ещё была закована в гипс — его никчёмный племянник, Ли Цзе.

Хотя в отеле Тяньюэ Линь Фэн не тронул его лично, Ли Цзе был до смерти напуган той сценой. Позже, когда он сопровождал Чжан Куана в больницу, на него обрушился гнев семьи Чжан, и он получил свою порцию тумаков. Сейчас, завидев Линь Фэна, он буквально зашёлся в ярости.

Он заверещал, точно бешеная собака:

— Дядя! Это он! Это тот самый отброс! В отеле Тяньюэ он сломал руку брату Чжан Куану и посмел публично унизить меня!

После его крика другие золотые детки, присутствовавшие на том банкете, тоже узнали Линь Фэна.

— Мать твою, это и правда он!

— Разве этот парень не только что вышел из тюрьмы? Откуда в нём столько дерзости?

— Какая к чёрту дерзость! Это клуб Дихао, территория общества Лунсин! Если он посмеет устроить здесь дебош, то даже не поймёт, как лишится жизни!

Среди нарастающего гула голосов старик в костюме-френче, сидевший подле Ли Вэя с закрытыми глазами, наконец медленно их разомкнул. Это был Хун Лао — мастер древних боевых искусств, приглашённый из самого Яньцзина.

Он окинул Линь Фэна мутным взором, оценивая его с ног до головы, и издал пренебрежительное хмыканье.

— Дыхание поверхностное, стойка неустойчивая, походка слишком лёгкая. Этот малец даже за порог мастерства не переступил.

Старейшина Хун покачал головой, в его голосе сквозило глубокое презрение к подрастающему поколению.

— Нынешняя молодёжь становится всё хуже и хуже. Выучил пару тройку дешёвых приёмов и возомнил себя непобедимым. Невежество и гордыня в высшей степени.

Он подал знак троим своим ученикам — крепким парням лет двадцати пяти. У каждого из них отчётливо вздулись вены на висках, что выдавало в них опытных бойцов.

Старейшина Хун небрежно приказал:

— Идите, поиграйте с ним. Помните: не убивать. Переломайте ему конечности, но оставьте в живых, чтобы господин Ли мог вдоволь над ним поглумиться.

— Слушаемся, наставник! — хором ответили трое учеников.

С жестокими ухмылками на лицах они бросились на Линь Фэна, выстроившись треугольником. Их движения были молниеносными, а действия — слаженными. Свист кулаков разрезал воздух: они атаковали одновременно в верхний, средний и нижний уровни, полностью перекрывая Линь Фэну пространство для маневра.

Эта техника совместной атаки явно была отточена в тысячах тренировок. Обычная группа из пяти крепких мужчин не смогла бы даже приблизиться к ним.

Атмосфера в зале мгновенно накалилась. Мужчины и женщины попятились назад, боясь попасть под горячую руку.

Ли Вэй снова взял бокал красного вина, на его губах играла издевательская улыбка кошки, поймавшей мышь. Он приготовился насладиться зрелищем того, как приглашённые мастера превратят Линь Фэна в скулящего пса. В его глазах исход был предрешен. Линь Фэн — труп!

Однако в тот самый момент, когда три тяжелых удара должны были обрушиться на его тело...

Линь Фэн шевельнулся.

Он не отступил, не заблокировал удары и даже не встал в защитную стойку. Его силуэт просто замерцал на месте, превратившись в едва уловимый призрак, и в мгновение ока промелькнул между тремя нападавшими.

Быстро! Невероятно быстро!

Настолько быстро, что никто из присутствующих, включая высокомерного старика Хуна, не смог уловить его движений! Они увидели лишь расплывчатую тень.

А затем всё закончилось.

Все трое учеников, со всей их яростной мощью, промахнулись. Их тела словно поразило заклятие окаменения: они замерли на месте в нелепых, скованных позах, а на их лицах всё ещё застыли свирепые выражения.

Секунда. Другая. Казалось, время бесконечно замедлилось.

А в следующий миг...

Пх! Пх! Пх!

Раздались три едва слышных звука. На шеях всех троих бойцов практически одновременно проступили тонкие, пугающе алые линии.

Хлынула кровь!

Тела, всё ещё сохранявшие атакующую позу, один за другим повалились навзничь.

Бам! Бам! Бам!

Три глухих удара о пол заставили сердца зрителей болезненно сжаться.

Мертвы! Вот так просто, мертвы! С момента их атаки до падения не прошло и секунды!

Весь Зал Императора мгновенно погрузился в мертвую тишину. Тишину такую глубокую, что было слышно, как падает пылинка.

Воздух словно заледенел. Люди замерли, вытаращив глаза и разинув рты, не в силах издать ни звука.

Бокал в руке Ли Вэя с глухим стуком выпал и покатился по дорогому ковру. Тёмно-красное вино растеклось по ткани, пугающе напоминая кровь на полу. С его лица ещё не успела сойти издевательская усмешка, но она уже превратилась в маску смертного ужаса, будто он увидел привидение.

А старейшина Хун, который мгновение назад надменно называл Линь Фэна «невежественным выскочкой», буквально подпрыгнул в своём кресле!

В его мутных старческих глазах впервые отразился непередаваемый ужас, а зрачки сузились до предела. Он не отрываясь смотрел на три трупа, из шей которых всё ещё толчками выходила кровь. Его губы дрожали, а из горла вырывался хрип, похожий на звук сломанных кузнечных мехов.

— Мгновенное... мгновенное убийство?!

— Это... это не древние боевые искусства! Это вообще не стиль и не приёмы!

— Это... это техника, существующая исключительно ради убийства!!

В душе старика Хуна бушевал неистовый шторм. За всю свою жизнь, посвященную боевым искусствам, он видел немало мастеров, но никогда не встречал столь ужасающего, столь эффективного способа лишать жизни!

Разве это можно было назвать боем? Это была односторонняя бойня!

Что за монстр стоит перед ними?!

http://tl.rulate.ru/book/194552/21393525