Наконец выглянуло солнце, растопив снег, укрывавший Лес. Поначалу я думал, что это к лучшему. Приятная перемена: больше не придется продираться сквозь футовую толщу сугробов, чтобы выбраться на сбор ресурсов или тренировку. Но нет, это принесло лишь ворох новых проблем. Повсюду осталась мерзкая слякотная жижа. Грязная холодная земля, по которой чертовски трудно ходить и, замечу, еще труднее сражаться.
Из горла вырвался стон, когда я поднялся с земли, спихивая с себя тушу монстра. Я попытался смахнуть грязь с тела – занятие бесполезное, учитывая, что я просто размазывал земляную пасту. Я вздохнул, осознав, что придется принимать ледяную ванну в реке, которая уже почти вскрылась ото льда.
Только что я закончил бой с огромным существом, похожим на кабана, разве что размером оно было вдвое больше обычного борова, а из неба у него торчал одиночный клык. Клык, который по чистой случайности оказался покрыт ядом. Я узнал об этом на собственном горьком опыте, проведя последнюю неделю в мучениях. Мое тело, родственное Мимику, судя по всему, обладало устойчивостью к токсинам – полезное и спасительное свойство. Я был более чем благодарен за него; именно то, как я выводил токсины, и причиняло страдания… Диарея на максималках. Моя душа плачет по тем, кто страдает синдромом раздраженного кишечника.
Это был уже восьмой ублюдок из тех, с кем я сражался. У них была грубая, жесткая серая шерсть с темно-зелеными пятнами на спине и возле копыт. Урса и Тигрис справлялись с ними достаточно легко – грубой силой или точными ударами соответственно.
Но этого я одолел в базовой форме. Каким бы занудой ни был Лен, его заметки оказались божьим даром. И он особо подчеркивал, что моя базовая форма нуждается в такой же, если не в большей тренировке, чем все остальные. К тому же, это была единственная форма, в которой можно было по-настоящему использовать мой крутой мифриловый меч. Тот самый, что сейчас был измазан грязной слякотью и кровью монстра.
Я посмотрел на свои руки и увидел несколько порезов. У кабана была какая-то способность, позволявшая ему по желанию делать шерсть острой – любопытная сила, но не думаю, что особо полезная.
После моего исцеляющего ритуала, который заключался в превращении в бревно на две секунды, я встал. Тело ныло. Желудок, как обычно, неистово заурчал.
— Черт возьми, я знаю! — Крикнул я в пустоту.
— Я голоден.
Утро после того, как таинственное пламя Лена погасло, стало моей первой встречей с этими шипастыми свиньями. Громкий шорох отражался от стен пещеры, пока я готовился к новому дню. Выйдя наружу, я обнаружил разъяренного хрюшку, уничтожающего мой каменный стол. Он заметил меня почти мгновенно и бросился в атаку. Я отпрыгнул в сторону за мгновение до того, как его клык пронзил бы меня насквозь.
Форма Урса стала моей мгновенной реакцией. Это казалось самым мудрым выбором. Я поднялся с земли, пока большая свинья минуту громила мою пещеру. Она вернулась еще более взбешенной, чем раньше, и снова пошла на таран. Но я недавно получил новый уровень мастерства в форме Урса и хотел опробовать свежий бафф на силу. Оглядываясь назад – паршивое решение.
Я схватил его за клык. Сила удара отбросила меня на десять футов от того места, где я стоял, пятки зарывались в камни и землю, но я его остановил. Ноздри зверя раздувались прямо перед моим лицом, и прежде чем я успел поперхнуться от ужасного запаха и вкуса, штурмующих мои чувства, его клык на мгновение вспыхнул зеленым. Острые иглы впились в мои подушечки и прокололи их. Боль в лапах зажгла навык Ярость Урсы. Используя всю привалившую мощь, которую только смог собрать, я вцепился в клык, выкрутил его и впечатал свинину в землю.
Пока он был оглушен броском, я обрушил когти на его обнаженное брюхо, пока он не перестал дышать. Ну, вообще-то, даже дольше. Я стал лучше контролировать ярость вне боя, но в самом сражении это все еще была лотерея.
Внутренности кабана – которые теперь правильнее было бы назвать наружностями – усеяли мой лагерь. Я деактивировал форму Урса и осмотрел ущерб. Мой стол был погублен, расколот ровно пополам и покрыт зеленой слюнявой слизью. Эта зеленая жижа привлекла мое внимание, но прежде чем я успел рассмотреть ее поближе, я увидел иконку под полоской здоровья. Маленький зеленый череп.
[Отравлен]
— ЧЕРТ! Наставница! НАСТАВНИЦА!
— Что?! Заткнись. Не обязательно орать, придурок. Я тебя прекрасно слышу, — отозвалась она.
— Я отравлен! — Выкрикнул я, немного паникуя.
— И?
— Что мне делать? Как от этого избавиться? Я же умру! — Пожалуй, паники было больше, чем «немного».
В разгаре истерики я бросился к реке. Собирался смыть кровь на случай, если именно она вызвала отравление. Холодная вода заставила меня вздрогнуть, когда я погрузил в нее руки. Порезы от клыка хряка все еще саднили.
— Для начала, расслабь булки, — сказала она. Но я едва воспринимал ее слова, плескаясь и оттираясь в воде, температура которой была близка к абсолютному, мать его, нулю.
— Парень. Парень! ЛИАМ! — Прикрикнула Наставница.
Ее крик отозвался болью внутри головы, но эффективно вывел меня из состояния паники.
— Теперь в порядке? — Спросила она.
— Да, прости. Немного боюсь яда.
— Я заметила. А теперь глубокий вдох. Давай вместе со мной.
Следуя ее подсказке, я вдохнул, затем выдохнул. Вдох. Выдох. Вдох… урчание… Выдох. В животе стало как-то странно, но я попытался не обращать внимания. УРЧАНИЕ. Но живот не желал, чтобы его игнорировали. Я приложил руку к желудку. Урчание переросло в тупую боль, а остальное уже история. Весьма дерьмовая история.
Заметка на память: избегать яда. Любой ценой.
Когда худшее осталось позади, я вернулся и осмотрел истерзанный труп свиньи. В клыке были крошечные отверстия, из которых сочилась та самая странная зеленая жижа. Я сделал обоснованное предположение, что это и был источник яда. Знаете, он прямо-таки кричал: «Я ЯДОВИТЫЙ». После дальнейшего осмотра я осторожно схватил тушу за ноги и оттащил подальше от лагеря, держась в стороне от токсичного клыка.
— Знаешь что, это было бы хорошим названием для него. Токсичный Клык, — сказал я, бросив его в паре сотен футов от лагеря.
— Э-э. Звучит слишком по-игровому, — ответила Наставница.
— Может и так. Но зная, как в этом мире дают имена, это точно не будет чем-то крутым вроде Поркус Максимус, Свинояд или Свеном. Нет, скорее всего, просто Пигис. Блин, надеюсь, это не Пигис. Звучит ужасно.
Я вернулся в лагерь и принялся за уборку. Лагерь у меня был скромный, так что это не заняло много времени. Я собрал обломки стола, а затем закопал все остатки монстра, уцелевшие после боя. Когда все было закончено, прошла уже половина дня. Я вернулся в пещеру, перекусил ногой лося и достал свои запасы магических гардений.
Их запах дурманил, а от одного прикосновения к ним по коже бежали мурашки, но они предназначались не для еды. Пришло время попробовать их культивировать. Я нашел на краю лагеря место, которое свинья не успела разворотить, и выкопал квадрат, подготавливая участок для семян. Вспахал землю голыми руками и бросил несколько семечек. Не все. Только четыре. Потребуется время, чтобы вырастить их правильно. Я не хотел тратить всё на случай, если они по какой-то причине здесь не приживутся. Садоводство – та еще морока в большинстве случаев, а я не унаследовал от бабушки с дедушкой их «зеленые пальцы». Я ожидал неудач на первых порах.
Но семян у меня было в избытке, так что я не слишком беспокоился. Я оставил их прорастать или что они там делают, и остаток дня тренировался в относительном покое.
Однако покой длился недолго. Я проснулся от очередной возни в лагере. Один из этих тупых ядовитых поросят забрел ко мне и все разгромил. Что привело к повторению вчерашних событий. Включая яд.
Это стало происходить каждое утро как по часам, а иногда и дважды в день. С первыми несколькими я справлялся в форме Урса, повторяя ту же стратегию с броском и потрошением. Но постоянное состояние болезни быстро надоело.
После четвертого утра я решил, что стоит извлечь из этого максимум пользы. С одним я сразился, используя смесь формы Апис и своей базовой формы. Бонус к мобильности Аписа позволял мне держаться подальше от зловещего клыка. Я применил простую тактику: уклонялся от его диких атак, пока он не выдохся. А затем, вернувшись в базовую форму, разрубил его шкуру своим верным мечом.
Стратегия сработала блестяще, пока я по неосторожности не задел клык рукой, празднуя победу. — Ну да. Ожидаемо, — сказал я, смиряясь с судьбой и направляясь к реке.
В форме Тигрис я, по сути, просто издевался над беднягами до самой их смерти. Хряк бросался в атаку и получал длинную рану на боку, пока я грациозно уходил в сторону, сопровождая каждое движение пафосными колкостями. Мне почти стало их жалко. Ровно до тех пор, пока я не выяснил причину их постоянных нападений.
На шестое утро я встал на рассвете, полный решимости узнать, почему эти ядовитые свиньи атакуют мой лагерь. Нападали ли они намеренно на меня или дело было в чем-то другом? Я уселся ровно там, где когда-то горело пламя Лена. На самом деле, это было отличное место, чтобы посидеть и расслабиться. На этот раз для разнообразия я перешел в каменный режим и стал ждать.
И точно по расписанию в мой лагерь ворвался боров и принялся все топтать. Он перевернул мой заново сделанный стол. Да, глупо было строить еще один, но мне хотелось сохранять хоть какое-то подобие приличия. Зверь сбил его с ножек и начал обнюхивать все вокруг. Он долго сопел и рыскал по лагерю.
Его голова повернулась, и он направился к моей маленькой грядке, где и остановился. А-а, теперь понятно. Должно быть, они чуют запах магических гардений.
Словно подтверждая мои подозрения, кабан зарылся мордой в снег и грязь, пытаясь выкопать посаженные мной семена.
— Ну, этого мы допустить не можем, верно? — Я вышел из каменного режима и, прыгнув на дерево, спустился вниз уже в форме Апис. Свинья была так увлечена поиском моих посевов, что не замечала моего присутствия, пока мой меч не вошел на полпути в ее шею.
Тело хряка рухнуло на землю в лужу собственной крови и зеленой жижи. — Боже, какие же они отвратные. — Я посмотрел на некогда вспаханную почву, теперь погубленную и покрытую странной слюной и соплями. У меня было сильное подозрение, что эта партия не вырастет. — Тупая свинья. И как мне это решить?
Я поднял тушу кабана в режиме Урса и попытался придумать новое решение. Процесс был не слишком продуктивным, как вы можете догадаться. Я сбросил его к остальным павшим собратьям. Запах, исходивший от туш, был тяжелым. Половина свиней разлагалась со скоростью, гораздо большей, чем на Земле. Первому трупу потребовалось всего четыре ночи, чтобы почти полностью разложиться. Вероятно, это произошло бы еще быстрее, если бы ночи не были морозными.
— Закопать их было бы лучшим решением, — подала голос Наставница как раз в тот момент, когда я повернулся, чтобы уйти.
— Можешь начинать копать в любое время, — ответил я.
— Кажется жестоким просто оставлять их на растерзание стихиям.
Я просто отмахнулся. Я не собирался беспокоиться о трупах мертвых монстров или их достоинстве. Мне нужно было придумать решение для моих цветов. Сделать ограждение? Нет, эти свиньи сломают все, что я смогу соорудить. Значит, другое место. Но где?
Я размышлял об этом по пути в лагерь. Идея пришла ко мне, когда я добрался до поляны перед пещерой. Пламя Лена. Тот небольшой клочок травы, где я сидел в каменной форме этим утром, вполне подойдет. Высоко над землей и вдали от кабанов. Качество почвы может быть не ахти, но эти цветы росли посреди зимы. Я пожал плечами. — Стоит попробовать, — сказал я, глядя вверх на то самое место.
Внезапный шорох со стороны моей пещеры заставил меня мгновенно насторожиться. Еще один кабан. Я напряг слух, надеясь получить больше информации. Апис и Урса на перезарядке, но Тигрис готов, так что все не должно быть так уж плохо. Шорох усилился, прерывая ход моих мыслей. Звуки не были шумными и не сопровождались хрюканьем.
Я подкрался к входу в пещеру и приложил руку к боковой стене. И тут же отдернул ее. На стене и на полу был странный слой слизи. Почему в последнее время все липкое и склизкое? Но сейчас было не время беспокоиться об этом. Нужно сосредоточиться на том, кто вторгся в мою частную собственность.
Держа меч наготове, я двинулся вглубь пещеры. Звуки доносились со стороны моего «склада», где я оставил несколько видов оружия гремлинов, перо рока и свою походную сумку. Ту самую, набитую магическими цветами. В голове щелкнуло.
Не раздумывая, я выкрикнул низким гортанным голосом:
— МОЁ! — Полностью отбрасывая любое преимущество скрытности, которое у меня могло быть. Шорох прекратился, сменившись шипением. — Отлично. Змея. — Я один раз крутанул клинок в руке и приготовился к схватке.
Шипение становилось все громче и громче, но я не мог найти его источник. Проверил свой складской угол – там никого не было, кроме слизи на сумке. Я крепче сжал меч, продолжая поиски. Шипение отражалось от стен пещеры, мешая точно определить направление. Я затаил дыхание и замер, стараясь не шуметь и сосредоточиться. Шипение смолкло.
Капля чего-то упала мне на плечо. Я осмотрел ее. Снова слизь. — Замечательно, — сказал я с тяжелым вздохом, глядя на потолок. Два гигантских стеклянных фиолетовых глаза уставились в мои. Та самая слизь капала с его головы. Из горла доносился странный рык, переходящий в ворчание и гудение.
На меня смотрел гигантский геккон. Его кожа идеально сливалась с камнем, за который он цеплялся. Его язык высунулся изо рта и зашипел. Именно так: его язык шипел на меня. Язык по форме напоминал змею, но без глаз и ноздрей – просто пасть с еще более крошечным язычком. — Что за на… — это все, что я успел выговорить, прежде чем его хвост обрушился на правую сторону моего туловища.
Удар на секунду сбил меня с ног, но не отбросил далеко. Я быстро восстановил равновесие и приготовился нанести ответный удар. Он отцепился от потолка сначала задними лапами. Я замахнулся что есть мочи, метя в его открытое брюхо. Хвост геккона метнулся в мою сторону, и комок жижи столкнулся с моим мечом, замедляя атаку, но недостаточно, чтобы удар прошел мимо цели. Меч столкнулся с переросшей ящерицей, но не прорубил ее. Он просто соскользнул по боку монстра. Я осмотрел меч, пока тот заканчивал спускаться на землю. Слизь, которую монстр метнул хвостом, затвердела и затупила лезвие. — Пре-е-елестно.
Как только геккон коснулся пола всеми лапами, он бросился на меня с широко разинутой пастью, в которой виднелось не менее пятисот крошечных зубов. Я отбросил клинок и прыгнул в сторону, едва избежав этого моря зубов. Я уже собирался принять форму Тигрис, но в мою сторону полетело еще больше слизи. Я увернулся от основной массы, но часть попала на голень и мгновенно затвердела.
Если эта дрянь попадет на когти, мне крышка. В мою сторону полетело еще два залпа, заставив меня снова прыгать в сторону. Я приземлился рядом со своим запасом снаряжения гремлинов. — Это может сработать.
Схватив два кинжала, я принял форму Гремлина. Бросил взгляд на полоски статуса: здоровье упало всего на двадцать процентов, выносливость – может, на десять. Неплохо. Надеюсь, эти паршивые кинжалы справятся.
Очередной сгусток жижи летел в меня, но я уклонился. Повышенная ловкость Гремлина сделала это гораздо проще, чем раньше, и позволила мне сократить дистанцию. Я проскочил мимо его пасти и нанес удар по задней ноге. Его хвост метнулся, перехватывая взмах кинжала. На этот раз без слизи, так что лезвие вошло в контакт и прорубило среднюю часть хвоста. — Хорошо, защита слабая.
Отрезанный хвост извивался на земле, прежде чем мгновенно сморщиться. Геккон подпрыгнул и перевернулся в воздухе, снова приземлившись на потолок. Его язык выстрелил и зашипел на меня.
…Надеюсь, выстрелов слизью больше не будет. Но прежде чем я успел отпраздновать маленькую победу, его обрубок хвоста дернулся и яростно затрясся. Новый хвост мгновенно вырос из культи. А затем он выпустил еще один шар слизи прямо в мой кинжал, выбив его из руки.
Я тряхнул головой, швырнул оставшийся кинжал в голову ящерицы и побежал за добавкой. Рукоятка кинжала ударила его в лоб и упала на землю. — Магические лосиные снаряды сейчас были бы очень кстати. — Я схватил еще два кинжала и метнул копье, пока в мою сторону летело еще несколько зарядов слизи.
Слизь сбила копье в воздухе и прилепила его к стене пещеры. Увидев это, в моей голове созрела идея. Я снова посмотрел на выносливость. Семьдесят пять процентов. Время проверить. Геккон спустился с потолка после того, как я забросал его кинжалами. Один даже попал ему в спину. Я вцепился в два копья. Активировал навык Бей или Беги и притворился, что метаю копье. Он предсказуемо выстрелил слизью в оружие. Но с включенным навыком я мог реагировать на снаряд быстрее. Я провернул копье и заблокировал слизь основанием. Прежде чем она успела затвердеть, я воткнул копье в землю перед собой острием к монстру, а второе копье крепко сжал в руках. Геккон зашипел еще раз и бросился на меня. Я стоял на месте, ожидая его атаки. Его пасть открылась прямо перед тем, как он добрался до меня, и с прибавкой к скорости я вонзил копье в его разинутый рот. Челюсти сомкнулись, сокрушая деревянное древко прежде, чем был нанесен какой-либо реальный урон. Голова геккона врезалась в меня и отбросила к стене. Но его инерция вынесла его прямо на копье, торчащее из земли.
Копье пронзило голову геккона, пройдя прямо сквозь мозг. Его тело дернулось, задрожало и наконец затихло. Я почувствовал, как по спине струится кровь, и перешел в режим бревна, чтобы исцелиться.
Я подошел к, надеюсь, мертвому геккону с кинжалом в руке и перерезал ему горло. — Нужно всегда делать контрольный, — сказал я, тяжело дыша. Выносливость упала до дваяцати пяти процентов. Я сел на пол пещеры, прямо в мокрую кучу слизи. Я услышал, как Наставница хихикает где-то на задворках моего сознания. — Заткнись.
Я попытался встать, но не смог. Слизь застыла, намертво приклеив меня к месту.
— Потрясающе.
http://tl.rulate.ru/book/194246/20451613
Готово:
