Глава 31. Размах главврача и ликование всей больницы
Решение, принятое Ню Давэем, на следующее же утро разорвалось в стенах больницы подобно тяжелой бомбе.
Когда он поднялся на трибуну и своим характерным громовым басом объявил, что миллион юаней, заработанный Ло Минъюем благодаря «личным способностям», будет в полном объеме выплачен всем штатным сотрудникам в качестве премии, в зале воцарилась мертвая тишина. Почти две сотни человек замерли, не веря своим ушам, но уже через мгновение раздался шквал аплодисментов и восторженных возгласов.
— Я не ослышался? Миллион? Нам на премии?! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Да быть не может! Наш Ню сегодня часом не перебрал лишнего? — недоверчиво шептались в задних рядах.
— Неужели этот новенький, доктор Ло, настолько крут? Что он такого сделал, чтобы за раз зашибить целый миллион?
— Да плевать, что он сделал! — отрезал другой голос. — Если он реально выбил нам деньги, то он мне теперь как родной брат!
В конференц-зале поднялся такой гвалт, словно там разворошили муравейник. Сотрудники больницы Хунцяо слишком долго не слышали самого слова «премия». Каждый месяц они перебивались на крошечную голую зарплату, а годовые бонусы были чисто символическими — пара сотен юаней на праздники. И вдруг на них свалилось нежданное богатство. Людям казалось, что они видят коллективный сон.
Ню Давэй, довольный произведенным эффектом, выждал паузу. Он прочистил горло и продолжил:
— Я уже продумал, как распределить эти средства. Врачи и медсестры первой линии получат по пять тысяч юаней. Администрация и хозчасть — по три тысячи. Оставшиеся деньги пойдут на развитие отделений и реформу системы поощрений!
Он обвел зал торжествующим взглядом.
— Объявляю, что с этого месяца в Хунцяо вводится новая система оценки эффективности! Больше работает тот, кто способен на большее, и получает он соответственно! Кто трудится на совесть, тот будет в шоколаде! Обещаю: если приложите усилия, ваш доход вырастет вдвое, а то и втрое!
Зал снова взорвался криками, но Ню Давэй еще не закончил. Его взгляд скользнул по рядам и остановился на Ло Минъюе, сидевшем в первом ряду.
— Кроме того, есть вторая важная новость. Решением руководства больницы товарищ Ло Минъюй официально назначается заведующим отделением неотложной помощи и по совместительству заместителем начальника медицинского отдела. Он наделяется полными полномочиями по контролю качества лечения и подготовке кадров в нашей больнице!
Это назначение вызвало еще больший шок. Заведующий «неотложкой»? Да еще и замначальника медотдела? Это была колоссальная власть. Медицинский отдел — это сердце больницы, контролирующее каждый шаг врачей. И доверить это парню, которому нет и тридцати, и который работает здесь меньше месяца?
Все взгляды скрестились на Ло Минъюе. Заведующий отделением общей хирургии, Чжао, и несколько других старых врачей, всегда кичившихся своим опытом, буквально позеленели от злости. Чжао с такой силой сжал кулаки под столом, что побелели костяшки. Он был уверен — Ню Давэй окончательно выжил из ума. Вверить будущее больницы молокососу? Шарлатану, который лечит иголками и малюет какие-то бумажки?
Чжао хотел вскочить и заявить протест, но, увидев лица коллег, светящиеся от счастья в предвкушении денег, он заставил себя промолчать. Он понимал: тот, кто сейчас выступит против Ло Минъюя, станет личным врагом каждого сотрудника и их кошельков.
Сам же Ло Минъюй сохранял ледяное спокойствие. Он предвидел такой ход. Это была «открытая стратегия» Ню Давэя. Использовать миллион, чтобы купить лояльность коллектива и расчистить Ло Минъюю путь наверх. Одновременно с этим главврач выставил его на всеобщее обозрение. Справится — станет спасителем Хунцяо. Оступится — падение будет сокрушительным.
— Заведующий Ло, не желаете сказать пару слов? — Ню Давэй с улыбкой жестом пригласил его на сцену.
Ло Минъюй поднялся. У него не было заготовленной речи. Он просто смотрел в зал, на лица людей, полные самых разных эмоций.
— Спасибо за доверие, господин главврач. И спасибо коллегам за поддержку, — его голос, усиленный микрофоном, звучал отчетливо и властно. — Я не буду разбрасываться красивыми словами. Скажу лишь три вещи.
Он загнул палец.
— Первое: я пришел в Хунцяо не за славой и не для того, чтобы дожидаться пенсии. Я пришел лечить. Моя цель — спасти каждого пациента, которого только возможно спасти.
Второй палец.
— Второе: я занимаю этот пост не ради власти, а ради ответственности. С сегодняшнего дня я лично займусь качеством медицинской помощи не только в «неотложке», но и во всей больнице. Я буду строг, возможно, даже беспощаден. Если кто-то не готов к таким нагрузкам, можете увольняться прямо сейчас. Но если вы остаетесь — извольте соблюдать новые правила.
Ло Минъюй сделал паузу, и его взгляд стал еще острее.
— И третье. Ню Давэй пообещал, что ваши доходы удвоятся. Я же скажу — этого мало. Моя цель в том, чтобы за год Хунцяо стала «темной лошадкой» медицины Чансяна. Чтобы наши зарплаты не уступали доходам коллег из Первой провинциальной или городской больницы китайской медицины. Чтобы каждый, кто работает здесь, гордился своим местом.
Его слова чеканили тишину. Если раньше люди радовались только деньгам, то теперь в их душах затеплилось забытое чувство. Надежда. Они слишком долго прозябали в этой дыре, на которую все смотрели свысока. Они привыкли к апатии. И вот появился человек, который прямо сказал: у вас есть шанс стать лучшими.
После собрания больница погрузилась в атмосферу лихорадочного праздника. У дверей бухгалтерии выстроилась небывалая очередь. Люди сияли, их руки дрожали, когда они пересчитывали пачки купюр.
— Пять тысяч! — шептала одна из медсестер. — Две моих зарплаты за раз! Доктор Ло — просто святой человек!
— Пусть только кто-нибудь попробует вякнуть про него гадость, я лично глотку перегрызу! — вторил ей коллега.
— Будем пахать на совесть! Куда Ло скажет, туда и пойдем! — люди были предельно прагматичны.
Никакие лозунги не работают так эффективно, как хрустящие банкноты в кармане. Ло Минъюй, используя миллион Чжоу Вэньбиня, без труда завоевал сердца сотрудников.
Заведующий Чжао из хирургии, глядя на пришедшее уведомление о зачислении пяти тысяч, чувствовал горечь пополам с облегчением. Он хотел бы вернуть деньги, чтобы показать свое презрение, но, вспомнив об очередном платеже по ипотеке, дрогнул. «Я беру деньги не у этого выскочки, а у Ню Давэя», — успокаивал он себя. — «Парень мне всё равно не нравится, но деньги не пахнут».
Ло Минъюю было не до этих интриг. Он знал: покупка лояльности — лишь первый шаг. Настало время настоящей «чистки». Он вызвал Чжан Бо в свой новый кабинет. Бывшее пристанище завотделением было уже переоборудовано: теперь здесь царил идеальный порядок, а на полках нового стеллажа теснились книги по западной и восточной медицине.
— Чжан Бо, с сегодняшнего дня ты мой заместитель, — Ло Минъюй внимательно посмотрел на юношу, в котором еще чувствовалась детская наивность. — И вот твое первое задание.
— Слушаю, шеф! — Чжан Бо вытянулся в струнку, как солдат перед генералом. — Все сделаю в лучшем виде!
— Подними все истории болезни нашей больницы за последние три года. Мне нужен подробный отчет: структура заболеваний, процент выздоровления, смертность, средний срок госпитализации и... количество врачебных ошибок и инцидентов.
— А? — Чжан Бо оторопел. — Но... шеф, это же титанический труд! Наша система учета — это сущий хаос, половина архивов вообще написана от руки.
— Значит, будешь читать каждую страницу и вносить данные вручную, — тон Ло Минъюя не терпел возражений. — Даю тебе неделю. Можешь взять в помощь пару медсестер. Мне плевать, как ты это сделаешь, но через неделю на моем столе должен лежать точный отчет. Я хочу, чтобы все увидели, в какой глубокой яме на самом деле находится Хунцяо. Только признав, насколько всё плохо, мы поймем, в какую сторону нам нужно грести.
Чжан Бо посмотрел в глаза Ло Минъюя, в которых полыхал холодный огонь решимости, и его сердце екнуло. Он понял: Ло Минъюй взялся за дело всерьез. Грандиозная, тотальная трансформация Хунцяо началась. И он, Чжан Бо, станет ее первым исполнителем.
— Есть, шеф! — выпалил он, вложив в этот ответ все свои силы.
http://tl.rulate.ru/book/193949/22704593
Готово:
