— Да пошёл ты к лешему!
Хуэй Саньюань даже не взглянул на него. Он запихал все магические артефакты из рук Ли Хунфэя за щеку, а затем выудил бумажный талисман и протянул его парню.
— Прочти Заклятие Таинственного Света. Дедушка Санье попробует «вытрясти» нам подмогу!
Ли Хунфэй нахмурился:
— Ты уверен?
— Попытка не пытка! — Хуэй Саньюань вложил талисман ему в ладонь. — Всё лучше, чем сидеть здесь и ждать смерти!
— Ладно!
Ли Хунфэй взял талисман и глубоко вдохнул. С трудом собрав остатки магической силы, он начал нараспев читать заклинание:
— Небесная вязь великой пустоты, начало вечной катастрофы. То отдаляясь, то приближаясь, то погружаясь в бездну, то всплывая к свету. Блуждая по пяти сторонам света, на расстоянии в один чжан... Совершенный Владыка Небес начертал это своей кистью.
— Дабы изложить суть сокровенных глав, а следом — начертать священный талисман. Изначальный Небожитель спустился в мир, распространяя истинное писание. Явленное есть сущее, сокрытое есть пустота...
С этими словами Ли Хунфэй прижал талисман к телу Хуэй Саньюаня. Бумага вспыхнула сама собой, без огня.
— Тяжкий недуг исцелится сам собой, застрявший в мирской суете обретёт опору, а в загробном мире появится надежда. Так восходят к Небесной Обители!
— Санье отправляется в путь!
Стоило фразе прозвучать, как тело Хуэй Саньюаня обмякло и соскользнуло с дивана. Му Цинвань быстро подскочила и подхватила его, с любопытством ткнув пальцем в зверька.
— Он... почему он не шевелится?
— Умер, — выдохнул Ли Хунфэй.
Он бессильно растянулся на диване. Ощущения были такими, будто из него выжали жизнь — хуже, чем если бы он и впрямь скончался.
Му Цинвань, конечно, поняла, что он шутит. Она осторожно уложила Хуэй Саньюаня обратно на подушки и спросила:
— Будь посерьёзнее. Что это за способ, о котором он говорил?
Ли Хунфэй с трудом приподнялся, оперся на спинку дивана и закурил.
— Просто жди, — усмехнулся он. — Если получится, сегодня мы не умрём.
Хуэй Саньюань был «диким бессмертным» из рода Серых — одной из ветвей «чумасянь», шаманов-проводников Северо-Востока.
В своё время, когда его душа покинула тело для странствий, случилась беда: по возвращении он обнаружил, что его тушку утащила кошка. Хозяин дома, решив, что кот поймал отравленную крысу, побоялся давать её питомцу и просто кинул в печь.
Так Хуэй Саньюань стал неприкаянным духом. Позже он нашёл только что сдохшего хомяка и занял его тело. Можно сказать, одолжил на время.
У Хуэй Саньюаня было три коронных способности: первая — «Мир в пасти», вторая — «Разрушение чар», а третья — родовое умение клана Серых: «Перенос». И речь шла о переносе удачи.
Конечно, кража чужой удачи — это создание кармического долга, который рано или поздно придётся возвращать. Но Хуэй Саньюань был особенным: он умел переносить не только удачу, но и саму карму.
Заклятие Таинственного Света позволяло ему установить связь с различными божествами и небесными генералами. В теории, когда практик достигает успеха, он может получить их помощь.
Но сейчас Ли Хунфэю не нужна была помощь в будущем. В нынешнюю эпоху упадка, когда боги и духи скрылись от мира, они не могут помочь, даже если захотят. Они просто не в состоянии спуститься или вмешаться напрямую.
Они могут лишь направить события в рамках законов реальности. К примеру, если ты идёшь на драку, не зная, что враг припрятал нож, и вдруг тебе звонит родственник и просит срочно прийти пообедать — вполне возможно, это кто-то из Сил пытается тебя спасти.
В такие моменты личный выбор критически важен. Как говорится: «Посеешь добрую причину — пожнёшь добрый плод». Если человек упрямо пойдёт на рожон, боги не спасут. Если пойдёт обедать — минует беду.
Всё в руках человека. Но сейчас им не нужна была такая косвенная помощь. Им нужна была связь. Имея эту нить, Хуэй Саньюань мог тайно переложить кармический груз божества на Ли Хунфэя.
Как только Ли Хунфэй примет на себя эту карму, между ним и божеством возникнет неразрывная связь. И пока эта связь существует, у Ли Хунфэя появится возможность силой «занять» мощь божества.
Говоря «занять», на самом деле он имел в виду «украсть». И опять же — это кармический долг. А долги перед богами отдавать невероятно тяжко. Но сейчас у Ли Хунфэя не было выбора: маленький мертвец превзошёл все его ожидания.
Впрочем, украсть божественную карму — задача не из лёгких. В бескрайнем океане причин и следствий Хуэй Саньюань мог и не найти нужную нить. А если бы и нашёл, то чей именно долг он подцепит — зависело от воли случая. Контролировать это было невозможно.
Тем временем Даоист Чэнфэн не сдавался. Он уже вызвал подмогу по телефону. Если продержаться до прибытия подкрепления, шансы на выживание были.
Правда, он уже не верил, что мальчика можно уничтожить. Зомби, которого не берёт небесный гром? Это же уму непостижимо!
Максимум, на что они могли рассчитывать — собрать все силы даосских школ города, вытеснить монстра на пустырь и попытаться запечатать его там. Для этого потребовалось бы вмешательство властей, и шум поднялся бы на всю страну.
Прошло немало времени, прежде чем лежащий на диване хомяк вздрогнул. Он встал, пошатываясь, сделал пару кругов и снова рухнул на спину, тяжело дыша.
— Получилось... вышло! — пропищал он.
— Кого подцепил? — быстро спросил Ли Хунфэй.
— Сам узнаешь, когда воспользуешься. Гарантирую — имя тебя до смерти напугает!
Ли Хунфэю стало не до расспросов. Он поднялся и направился к столовой, где старый Даоист и У Дао из последних сил сдерживали врага.
Му Цинвань хоть и не понимала сути их разговора, догадалась о главном: кажется, умирать сегодня не придётся.
— Эй, эй! Не стой столбом!
— А? — Му Цинвань почувствовала, как крошечная лапка ткнула её в ногу, и недоуменно посмотрела на Хуэй Саньюаня.
Тот поднёс две лапки к мордочке, имитируя какой-то жест.
— Что... что это значит?
— Ох, ну и недогадливая же ты девка! — недовольно проворчал Хуэй Саньюань. — Дай Санье «травяной свиток»!
— Травяной свиток? Это ещё что?
Му Цинвань окончательно запуталась.
— Тьфу ты! Сигарету мне дай! Папиросу!
— О, да-да, сейчас принесу!
Му Цинвань поспешно схватила со стола пачку, которую Ли Хунфэй оставил, когда составлял протоколы. К счастью, она лежала на столе, иначе в его нынешнем состоянии «промокшей курицы» курево превратилось бы в кашу.
Она вставила сигарету в рот хомяку. Тот вскочил, вне себя от ярости:
— Ты что творишь, девчонка? Мне что, прикажешь трением огонь добывать? Где огонь?!
— Иду, иду!
Му Цинвань, боясь прогневать «дедушку», схватила зажигалку и, присев перед ним на корточки, зажгла сигарету. После чего с любопытством спросила:
— Санье... вкусно?
— Ф-фу-у-у...
Хуэй Саньюань затянулся так, что щеки ввалились, и снова повалился на спину с таким выражением мордочки, будто он только что вознёсся на небеса.
— Кайф... как у бессмертного!
А в это время у входа в столовую:
— Юный друг, ещё можешь драться?
Даоист Чэнфэн в правой руке сжимал метёлку-фучэнь, а в левой — колотушку, из последних сил отбиваясь от мальчика. У Дао следовал за ним, прижимая к себе Барабан Усмирения Трупов.
Увидев бледного, как смерть, Ли Хунфэя, Даоист с надеждой спросил:
— Продержись ещё немного, подмога на подходе!
Ли Хунфэй лишь махнул рукой и уселся прямо на пол, скрестив ноги.
— Не нужно. Сейчас я «займу» силу. Смотрите и учитесь!
— Что?
Не успел Чэнфэн осознать сказанное, как Ли Хунфэй выхватил Печать Небесного Наставника и, собрав остатки воли, громко выкрикнул слова заклинания:
— Управляю Дао, разделяю два начала! Рождаю Инь и Ян, вращаю Небеса и Землю! Именем указа исполняю!
— Магия рождается в сердце, вечно и бесконечно!
— Даруй мне божественную мощь, дабы искоренить зло и изгнать демонов!
— Круг кармы замкнут, я принимаю её на себя!
— Бескрайние Небеса и Земля, Силой Мироздания — заклинаю!
С последним словом заклятия на лбу Ли Хунфэя вспыхнул божественный символ! В тот же миг в его сознании, при виде явившегося лика великого божества, всплыло его грозное имя.
http://tl.rulate.ru/book/193486/20695404
Готово:
