В Студенческом городке было всего несколько интернет-кафе.
Обойдя их одно за другим, Чжоу Шувань без труда нашла мужчину, играющего в игру с растерянным видом. Она оглядела камеры наблюдения вокруг и прищурилась.
Вскоре, когда Линь Юян встал, чтобы заварить лапшу быстрого приготовления, он случайно столкнулся с двумя молодыми людьми с устрашающими лицами и татуировками на руках. Вся порция лапши оказалась на них.
Линь Юян вздрогнул и поспешно извинился: «Простите, простите, я не нарочно…»
Не успел он договорить, как один из них ударил его кулаком: «Ты ищешь смерти!»
Линь Юян упал на землю, перед глазами потемнело, из носа пошла кровь.
Он тоже разозлился: «Я же сказал, что это не нарочно, почему вы бьете меня!»
«Бьем! Бьем именно тебя! Черт возьми, ты мне своим видом не нравишься!» — выругался другой молодой человек, присел, схватил Линь Юяна за волосы и несколько раз ударил его по лицу.
Линь Юян был ошеломлен от ударов.
Он с трудом поднялся и попытался дать отпор, но вскоре оба снова повалили его на землю и продолжили избивать.
Вокруг были зеваки, кто-то пытался разнять их, кто-то вызывал полицию — кто во что горазд.
Чжоу Шувань стояла в темном углу и всё это время была совершенно невозмурна.
Когда послышался вой полицейской сирены, лицо Линь Юяня уже было похоже на свиную голову, и он потерял пару зубов.
Те двое, услышав звук полицейской машины, давно сбежали.
Линь Юянь, с окровавленными ртом и носом, не мог ничего внятно сказать, и полиции пришлось расспрашивать очевидцев.
Что тут можно было выяснить? Просто нечаянно наткнулся на двух отморозков.
Эти бандиты били людей умело: у Линь Юяня были серьезные внешние повреждения, но если бы он пошел в больницу и снял побои, это была бы лишь легкая травма, и уж точно не было бы оснований для серьезного преследования.
Его избиение оказалось напрасным.
Чжоу Шувань и двое молодых людей встретились на лесопосадке за пределами Студенческого городка.
Шел сильный дождь, была полночь, стояла непроглядная тьма.
Чжоу Шувань протянула им оговоренную сумму в 20 тысяч: «Брат Чжао, эти 20 тысяч — не только за сегодняшний урок».
Молодой человек по фамилии Чжао имел простую внешность, тонкие глаза, но стоило ему прищуриться, как в них появлялась пугающая жестокость.
«Так не пойдет. Полиция сейчас нас ищет, мы не можем больше связываться с драками».
«Не сейчас», — легко ответила Чжоу Шувань. «Помимо этих 20 тысяч, я еще отправила брату Чжао кое-что. Брат Чжао, просто получи и проверь. Через полгода я прошу вас двоих снова преподать урок этому Линю!»
«Что отправила?» — нахмурился Чжао Чун. «Что значит через полгода?»
Чжоу Шувань слегка улыбнулась: «Я слышала, что брат Чжао — самый верный друг, рыцарь, который не любит оставаться в долгу! Поэтому через полгода, прошу брата Чжао вспомнить, кто ему помог!»
Чжао Чун стал еще более озадачен.
«Не волнуйся, брат Чжао. Мои требования просты: вознаграждение достаточно, чтобы купить Линь Юяню одну ногу».
Чжао Чун нахмурился, другой молодой человек тут же воскликнул: «Мы не калечим людей!»
Бить и калечить — это разные вещи.
Чжоу Шувань рассмеялась: «Если к тому времени вам будет трудно, ничего страшного. Я не настаиваю, на усмотрение брата Чжао».
Сказав это, она повернулась и ушла.
«Подождите, можете сказать, чем этот Линь Юянь вам так насолил?» — вдруг крикнул Чжао Чун.
Чжоу Шувань остановилась, помедлила, а затем ответила: «Это кровная месть, я не могу отомстить сама, поэтому прошу брата Чжао».
Позади нее Чжао Чун и его напарник остались в полном недоумении, совершенно не понимая слов Чжоу Шувань.
Какое-то запутанное задание.
Чжоу Шувань спокойно пошла домой.
Этот Чжао Чун был молодым парнем из деревни неподалеку от Студенческого городка. Он был беден, но после апокалипсиса вместе с другими молодыми людьми из деревни они сформировали «Пламенную банду», и он был ее главарем.
Хотя они и грабили материалы и брали плату за проезд на деревенском посту, их нельзя было назвать хорошими людьми.
Но в прошлой жизни Чжао Чун был известен как главарь банды, отличающийся верностью и готовностью отплатить за доброту как за источник воды, когда пьёшь. Он сильно отличался от коварного Линь Юяня, и между ними было много конфликтов из-за территории и ресурсов.
После того, как Чжоу Шувань возродилась, помимо сбора материалов, она тайно искала Чжао Чуна. Зная, где находится его деревня, найти его было несложно.
Особенно когда она узнала, что он уже зарабатывает на жизнь, выступая в роли наемного бойца, она постепенно вынашивала свой план.
Сейчас все еще было время правового общества, камеры были повсюду.
Она хотела убить Линь Юяня, чтобы отомстить, но не могла попасть в тюрьму.
Когда наступит апокалипсис, она и ее мать должны будут давно уехать, и если они снова встретятся, то, скорее всего, только через восемь лет.
Как можно отложить кровную месть на неопределенное будущее?
Поэтому Чжао Чун был тем, кого она выбрала, чтобы помочь ей отомстить.
То, что она отправила Чжао Чуну, было едой, которая может храниться несколько лет: спрессованное печенье, мясные консервы, лапша быстрого приготовления, сушеные продукты и т. д. Этого хватит ему и его девятилетней сестре на два года.
В прошлой жизни, по слухам, из-за бедности и нехватки еды и одежды после апокалипсиса, сестра Чжао Чуна, будучи маленькой, быстро умерла от недоедания.
Поэтому она специально отправила две коробки сухого молока. Не так много, но это могло обеспечить ребенка питанием.
На посылке она также написала записку: «Не дари другим!» — три раза, повторяя важное.
Если через полгода Чжао Чун вспомнит истинный смысл «помнить, кто тебе помог», то для Линь Юяня настанет конец.
Она пока не будет его убивать, но сломает ему ногу. Она хотела посмотреть, как тот, кто в прошлой жизни вершил судьбы и творил зло, будет теперь нищенствовать!
На следующий день мать и дочь собрались и спустились вниз, где столкнулись с неожиданным человеком.
Это была Чжао Шаньшань.
Ее лицо выглядело немного измученным, она стояла под зонтом у входа и выхода из жилого комплекса. Увидев Чжоу Шувань, она поспешила навстречу и тихо позвала: «Ваньвань…»
Погода, которая начала становиться теплее, снова похолодела из-за двухдневного дождя. Если бы Чжоу Шувань не спустилась, она бы не выдержала.
Нежный голос, испуганное выражение лица.
В прошлой жизни она чаще всего использовала такое выражение, чтобы вместе с Линь Юянём манипулировать ею.
Чжоу Шувань почувствовала необъяснимое отвращение и стеснение, проигнорировала ее и пошла дальше.
Мама Чжун узнала ту, что увела ее дочь, и холодно усмехнулась: «Вот нынешние студентки, выглядят чистыми и невинными, но кто знает, какие отвратительные вещи они делают за спиной!»
«Тётя Чжун…» — глаза Чжао Шаньшань мгновенно покраснели, и прозрачные слезы покатились по ее нежной белой щеке.
Чжун Тиюнь тут же приготовилась к обороне: «Я не мужчина и не питаю слабости к красивым женщинам, так что уберите свои дьявольские уловки, которыми вы обычно обманываете мужчин».
Тон мамы Чжун был совсем невежливым. Даже Чжао Шаньшань, умевшая притворяться и играть роли, почувствовала, как ее щеки горят от стыда.
Увидев, что Чжоу Шувань действительно не хочет с ней разговаривать и просто уходит, она стиснула зубы и все же побежала за ней, схватив ее за руку: «Ваньвань, позволь мне объяснить…»
«Хлоп!»
Не успела она договорить, как получила пощечину от Чжоу Шувань.
Она прижала руку к лицу, и теперь слезы действительно потекли.
http://tl.rulate.ru/book/192540/19685310
Готово:
