И вправду: даже обладая столь роковым изъяном, эта Безымянная тайная техника с её сокрушительным эффектом — «скрывает семь десятых ауры» — словно кусок раскалённого железа, брошенного в кипящее масло, мгновенно воспламенила в сердцах многих присутствующих алчность и надежду на удачу.
— Триста двадцать!
Едва Юй Линлун замолкла, как один из культиваторов, сидевший в среднем ряду и носивший маску Судьи, уже нетерпеливо выкрикнул свою цену.
— Триста пятьдесят!
— Я даю триста восемьдесят!
Крики с надбавками вспыхивали один за другим, словно подожжённые петарды, не умолкая. Всего за несколько десятков вдохов цена на эти три ничем не примечательные на вид голубые нефритовые свитки пробила барьер в пятьсот духовных камней, не показывая ни малейших признаков остановки.
Линь Фань сидел в тени в заднем ряду, выражение его лица за маской оставалось невозмутимым, как гладь старого пруда. Он просто молча смотрел и слушал, запоминая голоса каждого, кто делал ставку, их местоположение и тон, которым они выкрикивали цену.
Он заметил, что те, кто торговался, в основном были культиваторами на средней стадии Зарождения Ци, сидевшими относительно далеко. Возможно, они сами понимали, что путь к бессмертию для них закрыт, и надеялись вытянуть призрачный шанс на такую окольную уловку.
А вот те, кто сидел в первых рядах, чья аура была самой глубокой, в основном хранили молчание, лишь наблюдая за этим фарсом оценивающими, насмешливыми взглядами, словно за мотыльками, летящими на пламя.
Цена быстро поднялась до восьмисот духовных камней.
На этом уровне голоса торгующихся заметно поредели. Каждая новая надбавка сопровождалась долгой, гнетущей тишиной и несколькими досадливыми, недовольными вздохами.
Когда цена, с трудом выкрикнутая здоровяком в маске Быка, достигла тысячи ста духовных камней низшего ранга, в зале наконец наступило краткое затишье. Эта цена была целым состоянием, которое большинству культиваторов стадии Зарождения Ци пришлось бы копить несколько лет, а то и десятков лет.
— Тысяча сто. Есть ли ещё даосы, желающие предложить больше? — снова раздался со сцены голос Юй Линлун, полный кокетства, в то время как её взгляд незаметно скользнул по залу.
Когда все уже решили, что лот вот-вот будет продан, из одного угла первого ряда донёсся холодный, бесстрастный голос.
— Тысяча двести.
Заговорил тот самый таинственный человек в чёрном балахоне, который ранее приобрёл «Обезьяний цветок».
Как только эта цена прозвучала, зал взорвался гулом. Никто не ожидал, что такая личность заинтересуется этим предметом. Здоровяк в маске Быка явно напрягся, но в конце концов без сил опустился на своё место, тяжело вздохнув.
Вмешательство человека в чёрном словно послужило сигналом. Ещё двое культиваторов из первых рядов один за другим сделали свои ставки, неторопливо подняв цену до тысячи трёхсот.
К этому моменту в зале уже никто не осмеливался легко встревать. Это стало игрой исключительно для тех «важных персон» из первых рядов.
Линь Фань понял: пришло время.
Он слегка кивнул стоявшей рядом всё это время служанке Чуньлань.
Чуньлань поняла его без слов. Её хрупкое тело слегка подалось вперёд, и звонким, чистым голосом, не слишком громким, но достаточно отчётливым, чтобы его услышал весь зал, она мягко произнесла:
— Гость номер сто тридцать пять, предлагает тысячу триста двадцать.
Этот голос сразу привлёк внимание многих в зале. Взгляды устремились в отдалённый угол, где сидел Линь Фань, пытаясь разглядеть, кто же этот новый участник торгов.
Однако они видели лишь фигуру в устрашающей маске призрака и соломенной шляпе, тихо сидящую в тени, не выдающую ни малейшей подробности.
— Тысяча триста пятьдесят, — снова заговорил таинственный человек в чёрном, его тон был всё так же ровен, словно он называл совершенно незначащую цифру.
Лицо Линь Фаня за маской оставалось бесстрастным. Он лишь сделал Чуньлань едва заметный жест.
— Гость номер сто тридцать пять, предлагает тысячу триста семьдесят.
— Тысяча четыреста.
— Тысяча четыреста двадцать.
…
После нескольких раундов перестрелки двое других культиваторов из первых рядов, делавших ставки, один за другим отказались от борьбы. В зале остались только Линь Фань и тот таинственный человек в чёрном, продолжавшие последнее состязание.
Цена, в их неторопливом чередовании надбавок, быстро преодолела барьер в тысячу пятьсот духовных камней низшего ранга.
Когда Чуньлань, следуя указанию Линь Фаня, выкрикнула «тысяча пятьсот пятьдесят», таинственный человек в чёрном, до этого сидевший неподвижно, как гора, наконец погрузился в долгое молчание.
Весь зал затих — можно было бы услышать, как упадёт иголка. Взгляды всех метались между Линь Фанем и человеком в чёрном.
Спустя долгое время человек в чёрном издал едва слышный фыркающий звук и медленно откинулся на спинку кресла, не делая больше попыток заговорить.
На сцене в прекрасных фениксовых глазах Юй Линлун промелькнуло удивление, но оно тут же сменилось профессиональной улыбкой.
— Тысяча пятьсот пятьдесят — раз!
— Тысяча пятьсот пятьдесят — два!
— Тысяча пятьсот пятьдесят — три!
— Продано!
Вместе с лёгким звоном маленького нефритового молоточка в руке Юй Линлун, аукцион, длившийся почти четверть часа, наконец завершился.
— Поздравляю гостя номер сто тридцать пять с успешным приобретением «Безымянной Формулы Скрытия Дыхания»!
Лицо Линь Фаня, скрытое за устрашающей маской призрака, оставалось бесстрастным, но кулаки, которые он всё это время сжимал, в этот момент незаметно разжались.
«Получилось.»
«Главная цель сегодняшнего визита, наконец, достигнута.»
Чувство облегчения медленно поднялось из глубины души. Однако не прошло и трёх вдохов, как это ощущение сменилось куда более сильным, ледяным чувством настороженности.
Он явственно ощущал, как по меньшей мере семь или восемь взглядов — одни скрытые, другие откровенные — словно отравленные иглы, со всех сторон впились в него.
Линь Фань внутренне собрался. Главная цель сегодняшнего дня была решена, теперь нужно было обдумать, как безопасно уйти отсюда.
В некоторых из этих взглядов читалась откровенная, ничем не прикрытая жадность, словно у голодных волков, выследивших добычу.
Другие были холодными и злыми, как у ядовитых змей, притаившихся во тьме, готовых в любой момент нанести смертельный удар.
А самый острый из них исходил из одного из углов первого ряда — глубокий, как бездна, пронизанный леденящей душу убийственной аурой. Это был тот самый таинственный человек в чёрном, который торговался с ним до последнего.
Лицо Линь Фаня, скрытое за устрашающей маской призрака, не выражало никаких эмоций. Но его спина незаметно выпрямилась, а все мышцы напряглись, словно туго натянутый лук.
Он прекрасно понимал: с того момента, как упал молоток, он превратился из участника торгов в ходячий кусок жирного мяса, на который каждый хотел бы наложить зубы.
— Поздравляю, старший, — раздался рядом мягкий и нежный голос служанки Чуньлань, разрывая гнетущую тишину.
Она грациозно поклонилась, на её миловидном лице застыла профессиональная сладкая улыбка:
— Прошу вас приготовить духовные камни, я сейчас оформлю передачу.
Линь Фань слегка повернул голову, взгляд из-под прорезей маски был спокоен и невозмутим, как вода. Не проронив ни слова, он лишь слегка кивнул.
Затем, не торопясь, достал из пространственного мешочка в рукаве приготовленный чёрный мешочек. В нём было ровно тысяча пятьсот пятьдесят духовных камней низшего ранга — число, которое он пересчитывал несколько раз.
Тем временем другая служанка, держа в руках чёрную нефритовую шкатулку с тремя свитками, лёгкой походкой приблизилась и почтительно поставила её на столик перед Линь Фанем.
Чуньлань приняла мешочек, быстро просканировала его содержимое духовным чутьём и, убедившись, что число верно, улыбнулась ещё искреннее:
— Старший, прошу проверить товар.
Линь Фань не спешил. Он протянул руку и открыл шкатулку. Внутри мирно лежали три нефритовых свитка, целиком синего цвета, излучающих древнюю атмосферу.
Он взял один из них и осторожно впустил внутрь тонкую, как волосок, нить духовного сознания. Поток сложной и запутанной информации о технике мгновенно хлынул в его разум. Действительно, это была глубочайшая и таинственнейшая техника сокрытия ауры. Бегло просмотрев её, он убедился, что это не ловушка и не подделка, после чего тем же способом проверил оставшиеся два свитка.
Убедившись, что всё в порядке, он молча убрал все три свитка в другой свой пространственный мешочек.
— Старший, сделка завершена. Если вы заинтересуетесь другими лотами, в любое время можете позвать меня, — Чуньлань снова поклонилась и отошла в сторону, вернувшись в состояние тихо стоящей служанки.
Сделка была завершена.
Но мысли Линь Фаня в этот момент лихорадочно работали с небывалой скоростью.
Аукцион на сцене продолжался. Следующим лотом был редкий материал для алхимии второго ранга, что вызвало в зале очередную волну оживления.
Линь Фань, всё ещё краем глаза следя за происходящим на сцене, размышлял: как ему уйти?
Ведь те несколько то и дело исчезающих, но неизменно холодных взглядов никуда не делись.
В его голове молнией проносилась планировка всего зала. Один главный выход, с десяток частных тихих комнат и возвышающаяся сцена.
В тихие комнаты входили для частных сделок, но путём к бегству они не были — войти туда означало запереть себя в ловушку.
Главный выход, несомненно, был самым опасным местом. Он не сомневался: стоит ему ступить за пределы Холма Чёрных Камней, как как минимум несколько культиваторов уже будут ждать его в темноте.
Нужен был безупречный план.
http://tl.rulate.ru/book/192098/20536195
Готово:
