Когда И Чжунхай переступил порог дома семьи Цзя, мать и сын тут же вскочили с мест. На лицах расцвели улыбки. Цзя Дунсю отставил миску с едой и воскликнул:
— Папа! Ты пришел!
И Чжунхай заметно опешил, не найдя слов. Он лишь перевел взгляд на Цзя Чжанши. Та не стала спорить, а лишь густо покраснела и опустила голову.
Цзя Дунсю, не чувствуя неловкости от такой реакции, привычным движением пододвинул стул к столу. Усадив И Чжунхая, он бросил:
— Папа, садись сюда.
Цзя Чжанши, словно очнувшись, притворно застенчиво спросила:
— Брат Хай, ты уже поел?
И Чжунхай, глядя на покорную жену, радостно отозвался:
— Я поел, ешьте вы!
— Брат Хай, поешь еще немного! — вставила Цзя Чжанши. — Вино, что купили в прошлый раз, еще осталось. Выпей, снимет усталость.
Лицо И Чжунхая просияло. Он затараторил:
— Ешьте, ешьте! Я правда сыт.
Цзя Чжанши, продолжая говорить, семенила мелкими шажками за спину И Чжунхая. Пока он слушал, она бросила сыну многозначительный взгляд, а когда тот не сразу понял, начала активно жестикулировать. Лишь убедившись, что сын уловил намек, она успокоилась.
И Чжунхай не заметил этой игры. Он пребывал в сладких грезах, веря, что это и есть его дом, его истинная цель. Здесь был его сын, его жена — вот он, настоящий очаг.
Когда Цзя Чжанши вернулась к столу с едой и вином, Цзя Дунсю поднялся и обратился к матери:
— Мам, дай мне денег! Ты посиди с учителем дома. Сяо У уже несколько раз звал меня выпить, мы договорились встретиться сегодня у него.
Услышав это, Цзя Чжанши вскочила:
— Деньги, деньги, одни деньги в твоей голове! Где их взять?! Ты сам мне ничего не даешь, а еще требуешь. Я, женщина, где тебе их достану?
Она всхлипнула, и слезы покатились по щекам.
И Чжунхай поспешил вмешаться, пытаясь сгладить углы:
— Ну полно, полно. Парень подрос, пора и погулять. Вот, возьми десять юаней, по пять каждому.
Он выудил из кармана деньги, которые приготовил для Хэ Юйчжу. Впрочем, кто такой этот Хэ Юйчжу по сравнению с собственным сыном и невесткой? «У того парень из семьи Хэ денег нет, надо будет попросить жену подсобить, — думал он. — А если я еще и доброе дело сделаю, он в будущем будет за нас горой. И сыну поможет». От этих мыслей на душе становилось всё светлее, а улыбка не сходила с лица.
Цзя Дунсю, схватив деньги, принялся рассыпаться в благодарностях, называя И Чжунхая отцом. Наконец он вышел из дома, оставив Цзя Чжанши и И Чжунхая наедине.
Время неумолимо текло. Холодный апрель сменился знойным июнем. Чтобы скрыть развившиеся мышцы и белоснежную кожу, Хэ Юйчжу постоянно носил одежду с длинным рукавом.
Возможно, из-за недавнего прорыва, его кожа становилась всё светлее и нежнее, а черты лица теряли сходство с прежним обликом Хэ Юйчжу, всё больше приближаясь к его реальному лицу. Без родинок и шрамов — он смотрел на себя и не мог нарадоваться.
Глядя на десять юаней в руке, он подумал: «Нельзя медлить. Надо найти время и сказать учителю. Мои навыки приготовления сычуаньской кухни позволяют мне закончить обучение уже полмесяца назад».
Вернувшись в Четырехдворный дом, он поздоровался с соседями. Увидев дома Хэ Юйшуй, он закрыл окна и двери, и они вместе вошли в пространство.
— Слушай, — сказала Хэ Юйшуй, уплетая еду, — повара из тебя уже выходят. Может, пора и закончить обучение?
— Думаю найти случай и поговорить с учителем через пару дней.
Хэ Юйшуй проглотила кусок и спросила:
— И что ты задумал? Опять на Сталелитейный завод? Если решишь идти туда, мы можем подкупить кого-нибудь и разузнать. И Чжунхай точно нам помешает. Помню, когда он уходил, он договорился с заводом, чтобы тебя взяли, а новостей до сих пор нет. Еще и про детский труд завел! Тьфу! Просто хочет нас подмять под себя. Видел бы ты, как он в последнее время крутится рядом, только чтобы напомнить о себе! Когда тебя нет, он и рта не размыкает. А эти старухи из заднего двора! Только ты появишься — они тут как тут, лезут со своим вниманием. Бесит!
Хэ Юйчжу лишь усмехнулся на жалобы сестры:
— Да ладно тебе, они такие люди. Это нормально. Я хочу, пока есть время, освоить и другие направления кулинарии — чтобы нам было вкуснее жить. И еще... ты сейчас почти ребенок. Нельзя вести себя так по-взрослому. Может, тебе стоит пойти учиться? Нельзя вечно так пропадать.
— Что?! В школу?! Ты забыл, сколько мне лет? О чем ты вообще думаешь?
Хэ Юйчжу пояснил:
— Ты же не собираешься всю жизнь так прозябать? К тому же, с твоими способностями поступить в университет не составит труда. Получишь образование, будешь работать в офисе, станешь уважаемым человеком. И после замужества статус сохранишь. А еще... когда вернешься из школы, сможешь меня поучить.
Хэ Юйшуй недоуменно вскинула брови:
— В смысле? Ты же вроде учился? Зачем мне тебя учить?
— Эх, — вздохнул Хэ Юйчжу, — я учился по упрощенным иероглифам, а сейчас полно традиционных. Ты сама видела те книги, что я купил — я в них ничего не смыслю, так и лежат без дела.
— Ой, так бы и сказал! А я думала, ты их коллекционируешь. Сказал бы сразу — я бы научила! Ты что, не знаешь, что я отличница?
Хэ Юйчжу посмотрел на самодовольную сестру и обреченно выдохнул:
— Ладно. Тогда так: каждый вечер после еды ты будешь заниматься со мной по часу. И сама в школу пойдешь.
Хэ Юйшуй задумалась:
— Пожалуй, так и сделаем. Возьми три яйца, сходи к Янь Бугую, пусть он в школе за тебя узнает. Сейчас поступить несложно, как раз через пару дней занятия начнутся.
— Тогда давай быстрее есть. После ужина заскочу к Яням, а то они уже спать лягут.
— Завтра сходи! Семья Янь слишком педантична — темнеет, и они уже в кроватях. Завтра придешь и сразу к нему.
Доев, Хэ Юйчжу заметил, что сестра всё еще не ушла в огород, и спросил:
— Что такое? Все еще голодна? Почему сегодня не пошла проверять овощи?
— Ты же сам сказал, что я буду тебя учить! Как можно так быстро забыть?
— Хочешь начать прямо сегодня? Давай лучше завтра.
— Ты не слышал? «Завтра — завтра, завтра так много... С завтрашним днем жизнь превращается в пустую трату... Кто вечно ждет завтрашнего дня, тот состарится, не дождавшись весны...»
— Стой, стой, стой! Я виноват! Начинаем прямо сейчас! — Хэ Юйчжу, напуганный нравоучениями сестры, поспешно схватил книги.
Спустя час занятий он сам удивился: память работала невероятно. Словно неутомимый механизм, он умудрялся запоминать содержимое сразу двух книг.
Проводив сестру, он вернулся в пространство, чтобы попрактиковаться в кулинарии. Наблюдая за созревшим рисом, он с радостью собрал урожай. Внезапно неведомая сила вытолкнула его из пространства, а в теле странным образом пробудилась энергия.
Он поспешно сел в позу для медитации, чтобы усмирить и переработать прилив сил. Раз за разом прогоняя через себя «Формулу», он наконец преодолел предел и достиг четвертого уровня стадии Закалки Ци.
Из пор его тела снова повалил черный пот — грязь покидала его, очищая организм. С каждым разом ее становилось всё меньше. Тело становилось крепче и гармоничнее; теперь, если по нему ударить, раздавался звонкий звук, будто по стали. Рост Хэ Юйчжу снова увеличился на три сантиметра, достигнув ста семидесяти двух.
http://tl.rulate.ru/book/192096/20509657
Готово:
