На задней горе горы Цинъюнь, на Кладбище, свежие земляные насыпи всё ещё влажно поблёскивали. С наступлением ночи из-под земли бесшумно выбралась чёрная тень – это был Сюаньчэнь, которого все считали давно погибшим. Он отряхнул грязь с одежды, и уголки губ искривила жестокая улыбка – его «самоубийство» в номере Ши Чжэньсян было лишь инсценировкой, созданной с помощью секретной техники секты «Метод задержки дыхания».
Сюаньчэнь коснулся груди, где ещё оставалась боль от пронзившего его меча из персикового дерева. Чтобы инсценировка была убедительной, он даже позволил мечу поцарапать кожу, но избежал смертельных ран. Он достал из-за пазухи чёрную фарфоровую бутылочку, высыпал на ладонь чёрную пилюлю и проглотил её – это была «Пилюля исцеления ран», изготовленная с помощью иньской ци, способная быстро залечивать раны и скрывать его жизненную силу, чтобы окружающие считали его мёртвым.
«Старый даос Чжан, Ши Чжэньсян, вы думали, что этим сможете убить меня?» – пробормотал Сюаньчэнь себе под нос, в его глазах кипела злоба. – «Если бы я, Сюаньчэнь, так легко умирал, как бы я мог быть достоин душ моих учителя и старшего брата, покоящихся на небесах? Ждите, я заставлю вас заплатить цену более мучительную, чем смерть!»
Он не стал сразу покидать Кладбище, а забрался в близлежащую пещеру. Пещера была тёмной и влажной, в углу лежали припрятанные им ранее магические артефакты злых чар – несколько медных колокольчиков, чёрный талисман и пожелтевшая «Тайная книга злых чар». Сюаньчэнь сел на землю, открыл «Тайную книгу злых чар» и принялся искать злые чары, способные противостоять старому даосу Чжану и Ши Чжэньсян.
««Формация Сюаньян» может подавлять чисто иньские тела, а старый даос Чжан искусен в Заклинании Призывания Божеств и Талисманах разрушения зла…» – Сюаньчэнь нахмурился, его пальцы скользили по страницам. – «Обычные злые чары им не повредят, похоже, придётся использовать «Великую формацию кровавого жертвоприношения»!»
«Великая формация кровавого жертвоприношения» – это запретное злое искусство, описанное в «Тайной книге злых чар», для которого требовалось сто живых людей в качестве жертвоприношения, чтобы призвать могущественного злого духа, чья сила могла уничтожить целый город. Сюаньчэнь знал, что это чрезвычайно жестокое искусство, но ради мести своему учителю и старшему брату он больше не мог заботиться об этом – лишь бы убить старого даоса Чжана и Ши Чжэньсян, он был готов пожертвовать сколь угодно невинными людьми.
В последующие несколько дней Сюаньчэнь скрывался в пещере, изготавливая артефакты, необходимые для «Великой формации кровавого жертвоприношения». Своей кровью и иньской ци он изготовил десять «гвоздей для привлечения крови» – если вбить их в тело живого человека, они могли вытягивать его кровь в центр «Великой формации кровавого жертвоприношения», чтобы обеспечить силой злого духа. Он также изготовил «знамя сбора инь», способное концентрировать окружающую иньскую ци и усиливать мощь «Великой формации кровавого жертвоприношения».
Тем временем, в даосском храме Цинъюнь, старый даос Чжан, Ши Чжэньсян и Даос Чжуаньцзи изучали «Тайную книгу Сюаньюинь». Даос Чжуаньцзи указал на отрывок текста на странице и сказал им: «Смотрите, здесь описан метод подавления чисто иньского тела – нужно использовать «Траву Сюаньян» и «камень чистой ян» для изготовления «Пилюли Сюаньян». После приёма она полностью нейтрализует иньскую ци в теле, превращая чисто иньское тело в обычное».
«Где можно найти «Траву Сюаньян» и «камень чистой ян»?» – взволнованно спросила Ши Чжэньсян, в её глазах была надежда – у неё наконец появился шанс избавиться от проблем чисто иньского тела и перестать страдать от злых духов.
Даос Чжуаньцзи вздохнул: ««Трава Сюаньян» растёт на вершине снежной горы в местах вечного холода, а «камень чистой ян» спрятан в глубинах вулкана. Оба чрезвычайно редки, и чтобы найти их, вероятно, потребуется много времени и сил».
Старый даос Чжан кивнул: «Неважно, насколько это трудно, мы должны их найти. Чжэньсян, не волнуйся, я обязательно помогу тебе изготовить «Пилюлю Сюаньян», чтобы ты избавилась от проблем чисто иньского тела».
Ши Чжэньсян кивнула, сердце её было полно благодарности. В последние дни она чувствовала какое-то беспокойство, слова Сюаньчэня перед смертью, словно заноза, засели в её сердце – ей всё казалось, что Сюаньчэнь не умрёт так легко, и, возможно, он тайно что-то замышляет.
«Даос Чжуаньцзи, Даос Чжуаньцзи, – Ши Чжэньсян немного поколебалась, но всё же высказала свои опасения, – мне всё кажется, что Сюаньчэнь не умер. Его слова перед смертью звучали не просто так. Нам стоит быть осторожнее, чтобы он не напал внезапно».
Даос Чжуаньцзи кивнул: «Чжэньсян права, люди злых путей полны коварства, и действительно нельзя терять бдительность. Я уже приказал даосам храма усилить охрану, и как только обнаружат подозрительных лиц, немедленно сообщат».
Старый даос Чжан тоже сказал: «Я ещё установлю несколько предупреждающих талисманов вокруг даосского храма Цинъюнь. Как только злые духи приблизятся, талисманы подадут сигнал тревоги. Прежде чем мы найдём «Траву Сюаньян» и «камень чистой ян», мы должны убедиться в смерти Сюаньчэня, чтобы избежать будущих неприятностей».
В тот же день днем старый даос Чжан повёл Ши Чжэньсян на Кладбище за задней горой. У могилы Сюаньчэня не было ничего необычного, на земляном холме даже проросли несколько травинок. Старый даос Чжан достал компас и положил его перед могилой. Стрелка компаса слегка дрогнула, но не испустила чёрного тумана – это означало, что в могиле не осталось иньской ци. Либо Сюаньчэнь действительно мёртв, либо он покинул могилу.
«Даос Чжан, ну как? Вы можете определить, мёртв ли Сюаньчэнь?» – нервно спросила Ши Чжэньсян.
Старый даос Чжан покачал головой: «Пока нельзя точно сказать. Если Сюаньчэнь действительно мёртв, в могиле должна была остаться иньская ци; если он не умер, а использовал «Метод задержки дыхания» или другие злые чары, чтобы скрыть жизненную силу, компас тоже не сможет обнаружить. Давайте всё-таки раскопаем могилу и посмотрим».
Ши Чжэньсян кивнула, и они вместе со старым даосом Чжаном, используя лопаты, раскопали могилу Сюаньчэня. Раскопав примерно на один чи вглубь, они увидели «труп» – одетый в тот же серый даосский халат, что носил Сюаньчэнь, с лицом, точь-в-точь как у Сюаньчэня. Старый даос Чжан присел, проверил дыхание «трупа», пощупал пульс, но не обнаружил никаких признаков жизни, тело уже начало деревенеть.
«Неужели Сюаньчэнь действительно мёртв?» – с сомнением произнесла Ши Чжэньсян, но её беспокойство не уменьшилось – этот «труп», хоть и выглядел точно как Сюаньчэнь, но ей всё казалось, что что-то не так.
Старый даос Чжан нахмурился и внимательно осматривал тело «трупа». Вдруг он заметил на пальце «трупа» крошечную ранку, в которой ещё оставался слабый след чёрного тумана – это была аура злых чар, и именно аура «Техники подмены»!
«Нехорошо! Это «Техника подмены»!» – лицо старого даоса Чжана изменилось. – «Сюаньчэнь использовал «Технику подмены», чтобы создать фальшивый труп, он совсем не умер!»
««Техника подмены»?» – удивлённо произнесла Ши Чжэньсян. – «Тогда где он сейчас? Он ещё в окрестностях горы Цинъюнь?»
Старый даос Чжан кивнул, в его глазах была серьёзность: ««Техника подмены» требует использования крови и волос колдующего в качестве носителя, чтобы создать фальшивый труп, идентичный колдующему. Поскольку фальшивый труп всё ещё здесь, это означает, что Сюаньчэнь не ушёл далеко, и, скорее всего, он всё ещё в окрестностях горы Цинъюнь, тайно что-то замышляя».
Они немедленно вернулись в даосский храм Цинъюнь и рассказали обо всём Даосу Чжуаньцзи. Лицо Даоса Чжуаньцзи тоже стало серьёзным: ««Техника подмены» – это высшее злое искусство злых путей. Сюаньчэнь владеет этим злым искусством, что означает, что его уровень совершенствования выше, чем мы предполагали. Он не покинул гору Цинъюнь, значит, он планирует более крупный заговор. Мы должны как можно скорее найти его, иначе последствия будут невообразимыми».
Даос Чжуаньцзи немедленно собрал даосов храма, разделил их на несколько отрядов и отправил на поиски следов Сюаньчэня в окрестностях горы Цинъюнь. Старый даос Чжан и Ши Чжэньсян также присоединились к поисковым группам, они держали компасы, внимательно исследуя окружающую иньскую ци, надеясь найти следы Сюаньчэня.
Однако, они искали целый день, но не нашли никаких зацепок. Сюаньчэнь словно испарился, не оставив никаких следов.
С наступлением ночи все устало вернулись в даосский храм Цинъюнь. Даос Чжуаньцзи сидел в гостиной, нахмурив брови: «Сюаньчэнь определённо всё ещё в окрестностях горы Цинъюнь. Он так спокоен, возможно, он изготавливает какие-то магические артефакты злых чар, готовясь к внезапному нападению на нас. Мы должны усилить бдительность, особенно ночью, ни в коем случае не давать ему шанса».
Старый даос Чжан кивнул: «Я ещё установлю несколько «Формаций блокировки инь» вокруг даосского храма Цинъюнь. Как только Сюаньчэнь приблизится, формация автоматически активируется и удержит его. Чжэньсян, когда будешь спать ночью, держи «Талисман разрушения зла» у подушки. В случае опасности, немедленно используй талисман для самозащиты».
Ши Чжэньсян кивнула, её беспокойство усиливалось. Она знала, что Сюаньчэнь – как бомба замедленного действия, которая может взорваться в любой момент, а всё, что они могли сделать, – это подготовиться и ждать появления Сюаньчэня.
А в это время, в пещере в глубине горы Цинъюнь, Сюаньчэнь держал «знамя сбора инь», бормоча странные заклинания. «Знамя сбора инь» плясало в воздухе, окружающая иньская ци непрерывно собиралась, вливаясь в «знамя сбора инь». На лице Сюаньчэня появилась безумная улыбка: «Старый даос Чжан, Ши Чжэньсян, ещё через три дня «Великая формация кровавого жертвоприношения» будет завершена. Тогда я использую кровь жителей окрестностей горы Цинъюнь, чтобы призвать могущественного злого духа, и вы вместе со всей горой Цинъюнь будете похоронены вместе со мной, моим учителем и старшим братом!»
Иньская ци в пещере становилась всё гуще, смех Сюаньчэня эхом разносился по пещере, неся с собой леденящий душу холод. Ещё одна большая опасность тайно приближалась к даосскому храму Цинъюнь, к старому даосу Чжану и Ши Чжэньсян, а также к жителям окрестностей горы Цинъюнь. А старый даос Чжан и Ши Чжэньсян ещё не знали о серьёзности этой опасности, они могли лишь во тьме ждать решающей схватки с Сюаньчэнем.
На следующее утро в деревне Лицзя у подножия горы Цинъюнь внезапно послышались панические крики. Один из крестьян у старого вязового дерева у въезда в деревню обнаружил пожилую бабушку Ван из той же деревни. Её глаза были широко раскрыты, лицо – мертвенно-бледным, на теле не было никаких ран, но она уже была мертва. Ещё более странным было то, что на запястье бабушки Ван было крошечное точечное отверстие, а кожа вокруг него приобрела зловещий сине-чёрный оттенок.
Эта новость быстро дошла до даосского храма Цинъюнь. Старый даос Чжан и Ши Чжэньсян, позавтракав, услышали новость и немедленно встали, чтобы вместе с крестьянином, принёсшим весть, отправиться в деревню Лицзя. Даос Чжуаньцзи, беспокоясь, что им может не хватить сил, также отправил двух даосов, искусно владевших медициной.
У въезда в деревню Лицзя собрались крестьяне, их лица были полны страха и беспокойства. Увидев прибывшего старого даоса Чжана, крестьяне расступились, и Ли Лаоши быстро подошёл, дрожащим голосом говоря: «Старый даос Чжан, вы наконец-то здесь! Бабушка Ван вчера вечером была в полном порядке, а сегодня утром её нашли мёртвой у старого вязового дерева. Вид у неё очень странный, пожалуйста, взгляните!»
Старый даос Чжан присел и внимательно осмотрел тело бабушки Ван. Отверстие на её запястье было очень маленьким, без тщательного осмотра его было бы не заметить. Под сине-чёрной кожей вокруг отверстия смутно ощущалась слабая ци инь, текущая внутри. Он также осмотрел рот и нос бабушки Ван – признаков отравления не было, тело не имело следов борьбы, очевидно, она умерла внезапно, будучи совершенно не готовой.
«Даос Чжан, как? Отчего умерла бабушка Ван?» – тихо спросила Ши Чжэньсян, в её сердце уже зародились дурные подозрения – такой вид смерти был несколько схож с теми, кто пострадал от злых чар ранее, возможно, это дело рук Сюаньчэня.
Старый даос Чжан встал, нахмурив брови: «Бабушка Ван умерла от того, что её жизненная эссенция была вытянута злыми чарами. Отверстие на её запястье, вероятно, след от магического артефакта злых чар. Судя по концентрации иньской ци, это, скорее всего, дело рук Сюаньчэня!»
«Сюаньчэнь? Он действительно не умер!» – услышав имя «Сюаньчэнь», крестьяне взорвались, их лица стали ещё более испуганными. – «Зачем он убил бабушку Ван? У нас с ним нет вражды!»
Даосы, посланные Даосом Чжуаньцзи, также закончили осмотр тела и кивнули старому даосу Чжану: «Старый даос Чжан прав, жизненная эссенция бабушки Ван почти полностью высохла, осталась лишь слабая янская ци, поддерживающая тело от разложения. Это действительно дело рук злых чар».
Старый даос Чжан посмотрел на встревоженных крестьян и громко сказал: «Всем не паниковать! Сюаньчэнь убил бабушку Ван, наверняка для своих злых чар. С сегодняшнего дня, по ночам никому не выходить из дома, двери и окна обязательно запирать, а у входа наклеить жёлтый талисман, который сможет временно отпугивать злых духов. Мы как можно скорее найдём Сюаньчэня и остановим его от дальнейших злодеяний!»
Крестьяне кивнули. Хотя они всё ещё очень боялись, но с обещанием старого даоса Чжана им стало немного спокойнее. Ли Лаоши добровольно предложил организовать крестьян для дневного патрулирования по очереди, и как только обнаружат подозрительных лиц, немедленно сообщат в даосский храм Цинъюнь.
Старый даос Чжан и Ши Чжэньсян не вернулись сразу в даосский храм Цинъюнь, а тщательно осмотрели окрестности деревни Лицзя. В земле под старым вязовым деревом они обнаружили крошечный металлический осколок, который издавал слабый чёрный туман – это было ещё одним подтверждением того, что убийцей бабушки Ван был Сюаньчэнь!
«Сюаньчэнь использовал «гвоздь для привлечения крови», чтобы вытягивать жизненную эссенцию крестьян, наверняка готовясь к своим злым чарам, – старый даос Чжан, держа металлический осколок, выглядел серьёзным. – Он раньше говорил о «Великой формации кровавого жертвоприношения», возможно, она требует жизненной эссенции живых людей в качестве жертвоприношения. Бабушка Ван – лишь первая жертва. Если мы не остановим его как можно скорее, пострадают ещё больше крестьян!»
Ши Чжэньсян крепко сжала талисман в руке, её взгляд был решительным: «Мы должны как можно скорее найти убежище Сюаньчэня, нельзя позволить ему дальше вредить невинным крестьянам!»
Они вернулись в даосский храм Цинъюнь и рассказали Даосу Чжуаньцзи о своих находках в деревне Лицзя. Лицо Даоса Чжуаньцзи стало чрезвычайно мрачным: ««Великая формация кровавого жертвоприношения» – это древнее запретное злое искусство, требующее большого количества жизненной эссенции живых людей в качестве жертвоприношения. Как только оно будет завершено, оно не только унесёт жизни бесчисленных жителей, но и призовёт могущественного злого духа. Тогда весь Цзяннань окажется в опасности!»
«Что же нам делать?» – встревоженно спросила Ши Чжэньсян. – «Мы уже искали целый день, но не нашли никаких следов Сюаньчэня. Если так будет продолжаться, пострадают ещё больше крестьян!»
Даос Чжуаньцзи на мгновение задумался и сказал: «Сюаньчэню требуется большое количество жизненной эссенции, он наверняка выберет густонаселённые деревни для нападения. Мы можем разделиться на три группы и отправиться в деревню Лицзя, деревню Ван и деревню Чжан поблизости от горы Цинъюнь. Защищая крестьян, мы также будем искать следы Сюаньчэня. Как только обнаружим Сюаньчэня, немедленно подадим сигнал ракетой, и мы все туда отправимся для поддержки!»
Старый даос Чжан кивнул: «Этот план хорош! Я пойду в деревню Лицзя, Чжэньсян с одним даосом отправится в деревню Ван, а вы, Даос Чжуаньцзи, в деревню Чжан. Таким образом, мы сможем максимально защитить крестьян и быстрее найти Сюаньчэня».
Все быстро распределили обязанности, взяли достаточно талисманов и магических артефактов и отправились в три деревни. Старый даос Чжан вернулся в деревню Лицзя и вместе с Ли Лаоши организовал крестьян для строительства простых оборонительных сооружений вокруг деревни, а также раздал каждому крестьянину по жёлтому талисману и научил их им пользоваться.
В последующие два дня Сюаньчэнь действительно больше не нападал на деревню Лицзя. Но на третье утро из деревни Ван пришла плохая новость – дядя Ли из деревни был найден мёртвым во дворе своего дома, с тем же видом смерти, что и бабушка Ван, на запястье было отверстие, а на земле также остались осколки «гвоздей для привлечения крови».
Получив сигнал ракеты, старый даос Чжан немедленно отправился в деревню Ван. Ши Чжэньсян присела у тела дяди Ли, в её глазах была вина: «Всё моя вина. Прошлой ночью во время патрулирования я думала, что Сюаньчэнь не придёт в деревню Ван, и расслабилась. Я и не ожидала…»
Старый даос Чжан похлопал её по плечу, утешая: «Это не твоя вина, Сюаньчэнь слишком хитёр. Он намеренно создал шум в деревне Лицзя, чтобы мы думали, что он продолжит нападать на деревню Лицзя, а на самом деле хотел отвлечь внимание и напасть на жителей деревни Ван. Теперь наша задача – как можно скорее найти его убежище, а не винить себя».
Прибыл и Даос Чжуаньцзи. В лесу вокруг деревни Ван он обнаружил след свежих отпечатков ног, ведущих в глубину горы Цинъюнь. Кроме того, в земле вокруг отпечатков оставалась слабая аура иньской ци. «Это точно следы Сюаньчэня! После того, как он совершил злодеяние в деревне Ван, он, должно быть, вернулся в своё убежище!»
Старый даос Чжан немедленно достал компас. Стрелка компаса безумно вращалась в направлении глубины горы Цинъюнь и испускала густой чёрный туман – это означало, что убежище Сюаньчэня находилось в глубине горы Цинъюнь, и его злые чары были почти завершены!
«Преследуем его сейчас же!» – сказал старый даос Чжан. – «Злые чары Сюаньчэня, вероятно, почти завершены. Мы должны остановить его до того, как он закончит «Великую формацию кровавого жертвоприношения»!»
Все пошли по следам в глубину горы Цинъюнь. Следы становились всё чётче, иньская ци вокруг – всё гуще, в воздухе даже чувствовался слабый запах крови. Пройдя около часа, они увидели скрытую пещеру. Из пещеры исходил зловещий сине-зелёный свет, и слышался безумный смех Сюаньчэня.
«Старый даос Чжан, Ши Чжэньсян, вы наконец-то пришли!» – голос Сюаньчэня раздался из пещеры с ноткой торжества. – «Я думал, вы будете ждать, пока я не завершу «Великую формацию кровавого жертвоприношения» и не призову злого духа, а потом придёте!»
Старый даос Чжан и Ши Чжэньсян переглянулись, крепко сжали магические артефакты в руках и вошли в пещеру. Вид в пещере заставил их ахнуть – в центре пещеры была возведена гигантская «Великая формация кровавого жертвоприношения». В центре формации стояло «знамя сбора инь», покрытое кровью и испускающее зловещий красный свет. Вокруг формации были привязаны более десяти крестьян. Все они были бледны, их дыхание было слабым, на запястьях у них были отверстия – очевидно, Сюаньчэнь вытянул их жизненную эссенцию.
Сюаньчэнь стоял в центре «Великой формации кровавого жертвоприношения», держа в руке «гвоздь для привлечения крови» и собираясь вонзить его в запястье одного из крестьян. Увидев старого даоса Чжана и остальных, он остановился, уголки губ искривила жестокая улыбка: «Как раз вовремя! Мне не хватает жизненной эссенции последнего человека, чтобы завершить «Великую формацию кровавого жертвоприношения». Кто из вас хочет стать этой жертвой?»
«Сюаньчэнь, ты уже навредил стольким невинным крестьянам, немедленно остановись!» – гневно крикнул старый даос Чжан, указывая мечом из персикового дерева на Сюаньчэня. – «Если ты сейчас откажешься от злых чар и отпустишь этих крестьян, мы можем помиловать тебя!»
«Помиловать меня?» – Сюаньчэнь безумно рассмеялся. – «Когда вы убили моих учителя и старшего брата, вы думали о том, чтобы помиловать их? Сегодня я использую вашу кровь, а также кровь этих крестьян, чтобы почтить их память!»
Сказав это, Сюаньчэнь поднял «гвоздь для привлечения крови» и вонзил его в запястье крестьянина рядом с собой. Старый даос Чжан, увидев это, немедленно бросился вперёд, меч из персикового дерева ударил по запястью Сюаньчэня. Сюаньчэнь поспешно уклонился, «гвоздь для привлечения крови» лишь скользнул по запястью крестьянина, не причинив вреда.
Ши Чжэньсян воспользовалась моментом, бросилась вперёд, развязала верёвки, связывающие крестьян, и крикнула им: «Быстрее уходите! Здесь опасно!»
Крестьяне поспешно побежали к выходу из пещеры. Сюаньчэнь хотел их остановить, но его преградил Даос Чжуаньцзи. Даос Чжуаньцзи, держа в руках веер, взмахнул им в сторону Сюаньчэня. Серебряные нити на веере испускали золотое сияние, заставляя Сюаньчэня отступать.
«Вы думаете, что этим сможете меня остановить?» – холодно усмехнулся Сюаньчэнь, достал из-за пазухи чёрный талисман и приклеил его к «знамени сбора инь». – ««Великая формация кровавого жертвоприношения» завершена на девять десятых. Даже без жизненной эссенции последнего человека, я смогу призвать злого духа!»
С приклеиванием талисмана «знамя сбора инь» начало безумно поглощать окружающую иньскую ци. Температура в пещере мгновенно упала, сильная злая аура исходила из центра формации. С потолка пещеры начали падать камни, вся пещера слегка дрожала.
Старый даос Чжан знал, что нельзя больше ждать! Он достал «Талисман призыва божества», приложил его к груди и начал читать заклинание призыва божеств: «Почтительно, возжигая благовония, провозглашая, Император Гуань…»
Сюаньчэнь увидел, что старый даос Чжан собирается призвать божество, в его глазах был безумный блеск: «Я не позволю тебе добиться успеха! Злой дух, выходи!»
Рёв злого духа заставил камни с потолка пещеры сыпаться, чёрный туман, подобно приливу, хлынул из его тела. Куда бы он ни проходил, даже стены пещеры покрывались тонким слоем инея. Его тело было огромным, на сине-чёрной туше виднелись искажённые узоры. Пара алых глаз пристально смотрела на старого даоса Чжана, он протянул когти и бросился на него – когти сверкали холодным светом, казалось, они могли легко разорвать золото и камень.
Старый даос Чжан крепко сжал меч из персикового дерева, коснулся кончиками пальцев земли и взмыл в воздух, уклоняясь от когтей злого духа. Золотое сияние на мече из персикового дерева столкнулось с чёрным туманом злого духа, издавая резкий «шипящий» звук. Золотой свет был поглощён чёрным туманом и стал тусклее. «Этот злой дух поглотил слишком много жизненной эссенции, его сила сильнее, чем мы предполагали!» – сердце старого даоса Чжана сжалось, он поспешно скорректировал дыхание, вливая всю силу, полученную после призыва божества, в меч из персикового дерева. – «Чжэньсян, скорее атакуй глаза злого духа «Талисманом разрушения зла»! Это его слабое место!»
Ши Чжэньсян уже приготовила талисман. Услышав это, она немедленно достала три «Талисмана разрушения зла», окунула кончик пальца в киноварь и быстро нарисовала на талисманах ускоренную руну. Она глубоко вздохнула, бросила талисманы в сторону глаз злого духа и одновременно прочитала заклинание: «Праведная ци неба и земли, разрушай зло и очищай скверну, да будет так!» Талисманы загорелись в воздухе, превратившись в три золотые стрелы, точно поразившие алые глаза злого духа.
Злой дух почувствовал опасность, взревел и поднял когти, чтобы заблокировать, но было поздно. Одна из стрел пролетела мимо уголка его глаза, чёрный туман мгновенно рассеялся, оставив неглубокий золотой шрам. От боли он стал ещё более свирепым, развернулся и бросился на Ши Чжэньсян, очевидно, желая первым избавиться от этой «назойливой» девчонки.
«Не смей трогать её!» – Даос Чжуаньцзи вовремя вмешался, держа веер, и взмахнул им в сторону шеи злого духа. Серебряные нити на веере испускали золотое сияние, подобно острым лезвиям, обмотались вокруг шеи злого духа. Хотя они не смогли отрубить его тело, но временно сковали его движения. – «Старый даос Чжан, скорее атакуй центр формации! «Знамя сбора инь» – источник силы злого духа. Уничтожь знамя, и сила злого духа ослабнет!»
Старый даос Чжан немедленно понял, кончиками пальцев ног он лавировал между когтями злого духа, бросившись к «знамени сбора инь» в центре «Великой формации кровавого жертвоприношения». Сюаньчэнь, увидев это, разве мог позволить ему добиться успеха? Он достал из-за пазухи горсть «гвоздей для привлечения крови» и бросил их в спину старого даоса Чжана. Острый свист прорезал воздух, неся густой запах крови. – «Хочешь уничтожить моё знамя? Сначала пройди через меня!»
Ши Чжэньсян действовала быстро, достала «Талисман разрушения зла» и приклеила его на спину старого даоса Чжана. Золотое сияние мгновенно образовало барьер. «Гвозди для привлечения крови» ударились о барьер с «качающим» звуком и упали на землю, но это также заставило старого даоса Чжана на мгновение замедлиться. Сюаньчэнь воспользовался этим, бросился вперёд, и «гвоздь для привлечения крови» в его руке метнул в поясницу старого даоса Чжана – он знал, что сила старого даоса Чжана после призыва божества хоть и велика, но имеет предел. Стоило ранить его, и его ритм будет нарушен.
«Осторожнее сзади!» – вскрикнула Ши Чжэньсян, одновременно доставая последний «Талисман истребления зла» и бросив его в спину Сюаньчэня. Сюаньчэнь был полностью сосредоточен на атаке старого даоса Чжана и не заметил талисман за спиной. Как только талисман приклеился, он загорелся, золотое пламя распространилось по его даосскому халату. От боли он вскрикнул, и его движения мгновенно замерли.
В этот миг, когда образовался зазор, Старый даос Чжан уже подлетел к «знамени сбора инь». Он поднял меч из персикового дерева, сконцентрировал всю силу тела в острие и полоснул по древку стяга. «Хрясь!» — раздался звонкий треск, меч из персикового дерева разрубил древко, «знамя сбора инь» тут же упало, кровь на стяге мгновенно потеряла блеск, чёрный дым рассеялся, словно отступающий прилив.
Лишённый поддержки «знамени сбора инь», тело злого духа начало становиться прозрачным, а его багровые глаза потускнели. Оно издало нежелающий рык, пытаясь сделать последнее усилие, но Старый даос Чжан ухватил этот шанс. Он взмыл в воздух, меч из персикового дерева направился прямо к груди злого духа, золотой свет хлынул в тело злого духа подобно потоку. — Злой дух, сегодня я совершу правосудие небес и укрощу тебя!
Тело злого духа затряслось в золотом свете, чёрный дым продолжал рассеиваться, и наконец, оно издало пронзительный предсмертный крик, превратившись в тонкую струйку дыма и полностью исчезнув в пещере. Негативная энергия в пещере постепенно рассеялась, белый иней на каменных стенах растаял, превращаясь в капли воды, которые падали вниз.
Сюань Чэнь, видя, что злой дух уничтожен, а знамя разрушено, окончательно впал в отчаяние. «Талисман истребления зла» на нём всё ещё горел, боль искажала его лицо, но он всё ещё не желал сдаваться, с трудом вытаскивая из-за пазухи чёрную пилюлю — это была «Пилюля Взрыва Души», приняв которую, можно было временно увеличить силу втрое, но это истощало душу и в конечном итоге приводило к полному рассеиванию духа.
— Даже если я умру, я утащу вас с собой! — безумно взревел Сюань Чэнь, собираясь засунуть пилюлю в рот. Ши Чжэньсян среагировала молниеносно, подняла с земли осколок камня и швырнула его в запястье Сюань Чэня. Осколок точно попал в его запястье, пилюля выпала на землю и, прокатившись, оказалась у ног Старого даоса Чжана.
Старый даос Чжан раздавил пилюлю ногой, шагнул вперёд, приставил меч из персикового дерева к горлу Сюань Чэня и холодно сказал: — Сюань Чэнь, ты жестоко расправлялся с невинными, культивировал запретные злые чары. Теперь злой дух уничтожен, что ты можешь сказать?
Сюань Чэнь обмяк и упал на землю, глядя на разгромленную формацию, затем на меч из персикового дерева, испускающий золотой свет, в руке Старого даоса Чжана. Наконец, он опустил голову, безумие в глазах постепенно угасало, оставляя лишь бесконечное сожаление. — Я был неправ… не должен был позволять ненависти ослепить себя, и уж тем более не должен был втягивать в это столько невинных людей… — Он сделал паузу и хриплым голосом произнёс: — Я лишь прошу вас, хорошо похороните тех односельчан, которых я убил, и окажите их семьям некоторую компенсацию…
Старый даос Чжан кивнул: — Это само собой разумеется. Мы передадим тебя официальным органам власти, чтобы ты заплатил за свои преступления.
В этот момент снаружи пещеры послышались шаги. Ли Лаоши с несколькими односельчанами подоспели. В руках они держали мотыги и серпы, явно обеспокоенные безопасностью Старого даоса Чжана и остальных, прибежали на помощь. Увидев картину внутри пещеры и услышав краткое изложение событий от Ши Чжэньсян, односельчане облегчённо вздохнули и стали наперебой благодарить троих.
— Большое спасибо, Чжан Даочжан, большое спасибо, Даос Чжуаньцзи, большое спасибо, госпожа Ши! Вы спасли нас, спасли всех жителей Горы Цинъюнь! — взволнованно сказал Ли Лаоши, и его глаза покраснели.
Даос Чжуаньцзи вздохнул: — Это наш долг. Жаль лишь тех односельчан, которых убил Сюань Чэнь, они не увидели дня, когда злой дух был уничтожен.
Все вместе вышли из пещеры. Уже рассвело, солнечный свет заливал леса Горы Цинъюнь, разгоняя последние тени. Сюань Чэня связали односельчане и отправили в официальные органы власти Префектуры Ханчжоу. Старый даос Чжан и Ши Чжэньсян, следуя за Даосом Чжуаньцзи, вернулись в Даосский храм Цинюнь, чтобы начать заниматься последствиями «Великой формации кровавого жертвоприношения» — они окончательно очистили остатки чёрного дыма в пещере, а выжившим односельчанам отправили целебные травы для лечения и успокоили их.
Через несколько дней из Префектуры Ханчжоу пришло известие: Сюань Чэнь за жестокое убийство людей и культивацию запретных злых чар был приговорён к смертной казни и казнён через три дня. Весть достигла Горы Цинъюнь, односельчане облегчённо вздохнули и стали приходить в Даосский храм Цинюнь, принося Старому даосу Чжану и Ши Чжэньсян овощи и фрукты, выращенные своими руками, выражая свою благодарность.
http://tl.rulate.ru/book/190837/20369234
Готово:
