Цзюньцзюнь настаивала: — Хозяин, ты сейчас лишь на первом уровне очищения ци, и сила исходящего кармического огня ограничена. Почему бы не попробовать использовать его исцеляющую силу? Возьми меня в качестве подопытного, скорее, обожги меня.
Сун Цзиньсю:……
Видя, как у маленького зверька загорелись глаза, он нетерпеливо запрыгал.
Сун Цзиньсю щелкнула пальцами, и маленький огонек размером с зеленую фасоль появился на кончике пальца.
Действительно, на первом уровне очищения ци можно было высвободить лишь такой маленький духовный огонь.
Она сложила пальцы, и пламя погасло.
Повторив попытку еще дважды и убедившись, что может потушить огонь в любой момент, она подняла руку, и огонек полетел к ищущей сокровища крысе Цзюньцзюнь.
Как только огонек коснулся Цзюньцзюнь, он мгновенно превратился в сгусток и окутал его.
Сун Цзиньсю вздрогнула. Она поспешно сосредоточилась, наблюдая за маленьким зверьком, готовая потушить огонь, если что-то пойдет не так.
— О-о-о, а-а-а, ой-ой-ой, а-ха-ха-ха-ха......
Сун Цзиньсю потеряла дар речи: этот маленький зверек подпрыгивал в огне, и, судя по всему, наслаждался этим.
Пламя горело четверть часа. Когда дым рассеялся, Сун Цзиньсю с удивлением увидела, что черненький зверек покрылся слоем красно-золотого пуха.
— Ха-ха-ха, я снова превратился...... — зверь громко рассмеялся, запрыгал и бросился к ней. Сун Цзиньсю схватила его и положила на ладонь, чтобы рассмотреть.
Маленькая Цзюньцзюнь тоже посмотрела на свой золотисто-красный пушок, затем на восхищение в глазах хозяйки, и потерлась о ладонь Сун Цзиньсю, чувствуя, как в сердце расплываются счастливые пузырьки.
Маленькая Цзюньцзюнь прищурилась от счастья. Сун Цзиньсю, зараженная его радостью, невольно улыбнулась:
— Ты что, прорвался?
Ищущая сокровища крыса Цзюньцзюнь обладает способностью скрывать себя. Каждый раз, когда она прорывалась, ее окрас менялся, словно у хамелеона.
На этот раз это был красно-золотой пушистый комочек, довольно симпатичный.
— О чем ты говоришь? Хозяин возродился, и этот господин тоже должен начать с нуля. Мы оба потеряли всю свою культивацию, единственное, что осталось неизменным — это наша душа. Так что, хозяин, в этой жизни ты должен беречь себя, у нас больше нет шанса начать все сначала.
Сун Цзиньсю: Это разве духовный питомец? Это же отец, который наставляет свою дочь.
— Хорошо, не волнуйся, мы обязательно выживем.
Сун Цзиньсю покинула пространство. Снаружи ее ждал еще один беспорядок. Пространством пусть занимается ищущая сокровища крыса Цзюньцзюнь.
Как только Сун Цзиньсю вышла из пространства, дверь во двор открылась, и вошла служанка, скрестив руки на груди.
— Удивительно? Вторая госпожа еще жива? Тьфу-тьфу-тьфу, какая живучая!
Сун Цзиньсю посмотрела на нее без всякого выражения. Увидев человека позади нее, державшего циновку, она тоже удивленно смотрела на нее.
Сун Цзиньсю подняла брови: эти двое пришли забирать ее труп?
— Что? Семья Сун — знатный род, я — законнорожденная дочь семьи Сун. Неужели даже гроба не будет, когда я умру? — холодно спросила Сун Цзиньсю.
Служанка, скрестив руки на груди, усмехнулась: — Вторая госпожа, твои духовные корни уничтожены, ты теперь просто смертная. Разве смертная может быть законнорожденной дочерью нашей семьи Сун?
Человек с циновкой невольно отступил на шаг, на его лице отразилось сочувствие. Он тихо объяснил:
— Старый господин объявил, что новая госпожа будет управлять домом. Завтра старшая госпожа будет вписана в родословную. Первая госпожа, услышав новость о смерти госпожи, уже сплюнула кровью и потеряла сознание.
Сун Цзиньсю резко сузила глаза: — Новость? Вы так спешите моей смерти? И кто прервал уединение матери?
Мать нынешней хозяйки, чтобы спасти ее, истощила свою культивацию и ушла в уединение. Кто-то отправил ей сообщение во время уединения, это значит, он хочет убить мать!
Неудивительно, что в романе Сун Цзяоцзяо названа законнорожденной дочерью семьи Сун.
Конечно, если бы мать и дочь нынешней хозяйки умерли, то эта Сун Цзяоцзяо с матерью заняли бы их место...
Черт возьми, она, будучи императором, прошла десять жизней.
Хотя восемь из них были глупыми, не считая.
Но она же не должна была попасть в какой-то бессмысленный веб-роман и стать второстепенным персонажем, который даже не упоминается?
Даже шанса быть упомянутой не было, в книге ни слова о ней, разве это не второстепенный персонаж?
Сун Цзиньсю встала, вышла из двора и направилась прямо к Хайтанскому двору матери.
Позади нее послышался недовольный голос служанки: — Что собирается делать вторая госпожа? Раз уж ты жива, иди подмети родовую усыпальницу. Завтра во дворе будет большой банкет для гостей, семья Сун сейчас очень занята!
Сун Цзиньсю не стала обращать на нее внимания. Она хотела сначала увидеть мать, которая отдала полжизни ради дочери. Раз уж отец ненадежен, то придется им с матерью полагаться друг на друга.
Издалека она увидела, что перед входом в Сад Хайтан толпится народ, люди сновали туда-сюда.
Сун Цзиньсю ускорила шаг и только тогда обнаружила, что эти люди выносят вещи из материнского двора.
Ее сердце екнуло: неужели мать уже...
Сун Цзиньсю не смела больше думать, бросилась в комнату матери.
— Мама, мама, мама? — в панике закричала Сун Цзиньсю. Неизвестно, были ли это эмоции первоначальной хозяйки или ее собственное беспокойство за эту мать, но ее крики были искренними.
В спальне пожилая женщина с седыми волосами резко открыла глаза.
Это была глава семьи Сун, родная мать нынешней хозяйки Сун Цзиньсю, Линь Хуэй.
Рано утром она услышала новость о смерти дочери, не выдержала удара, приступ гнева и шока привел к потере сознания.
Как дочь могла умереть? Разве она не вытащила ее из пасти смерти?
Когда она уходила в уединение, муж обещал ей позаботиться о дочери.
Он так позаботился?
Она послала кого-то найти мужа, но пришел тот любовник.
Любовник утешал ее язвительными словами, а затем высокомерно объявил приказ главы семьи.
Глава семьи Сун, то есть ее муж, собирался сделать любовницу своей женой, а ее низвести до статуса наложницы?
Это потому, что она сирота без родного дома?
Когда она выходила за него замуж, он был лишь неприметным членом второй ветви семьи Сун.
Она вспомнила его спасительную милость, усердно планировала для него, помогла ему достичь базы, выдвинула его на пост главы семьи.
Но она не ожидала, что у него уже были любовницы до знакомства с ней, и от них родились нечистые дети.
Шестнадцать лет спустя, любовница с нечистым потомком пришла с целью признания предков, и только потому, что у них родился ребенок с двойными духовными корнями, ее собираются низвести от жены до наложницы? Это смешно.
Более того, та проститутка только что сказала, что спасительная милость была ложью, что муж играл роль.
Игра?
Спасительная милость, любовь и уважение...
Но теперь, суровая реальность говорила ей, что она — шутка.
Ей не хватало воздуха, и она снова упала в обморок.
Дочь умерла, а муж собирается низвести жену до статуса наложницы. Она была в отчаянии, бесцельно блуждала и не хотела просыпаться, поэтому позволяла любовнице творить что угодно снаружи, унижать себя.
Умирающему человеку развеважно внешнее?
Но сейчас она, кажется, услышала голос дочери. Может быть, она слишком сильно скучала по дочери и у нее слуховые галлюцинации?
— Сюэр? Моя дочь, это ты? — дрожаще спросила она.
Сун Цзиньсю поспешно подошла и схватила ее руку, — Мама, как хорошо, что ты жива.
В то же время Линь Хуэй крепко сжала ее руку, — Моя дочь жива? Как хорошо.
Мать и дочь посмотрели друг на друга со слезами, и обе глубоко вздохнули с облегчением.
— Мама, как ты? Может, позвать доктора? — Сун Цзиньсю посмотрела на эту преждевременно поседевшую женщину. Ее лицо было бледным, ци и кровь истощены, это очень ее беспокоило.
— Ничего страшного, пока моя дочь жива, мать не умрет.
Линь Хуэй погладила дочь по руке.
Когда-то, чтобы спасти дочь, она не успела много подумать, истощив свою культивацию, она передала дочь мужу и поспешила в уединение восстанавливать тело.
Теперь ей все понятно?
Это потому, что они с дочерью встали на пути у кого-то.
Прожив столько лет вместе. Она прекрасно понимала мысли своего мужа.
Разве не потому, что дочь любовницы обладала огненным и древесным двойными духовными корнями, имела блестящее будущее, была полезна для семьи и его собственной культивации, а ее Сюэр, с разрушенным даньтянем, стала смертной и больше не имела никакой ценности?
Говорят, даже тигр не ест своих детенышей. Ее муж был хуже скота.
Линь Хуэй прислушалась к звукам выноса вещей снаружи, вспомнила, как ее уединение было прервано силой, ворота ее двора были выломаны, а также о флаконе с пилюлями перед ней.
Она невольно усмехнулась.
Эти пилюли были Пилюлями Очищения Духа. Тогда она думала, что муж ошибся.
Теперь она понимала, что он давно ее просчитал. С тех пор, как у дочери случилась беда, он не собирался давать ей жить?
Даже если он не сделал это лично, он это одобрил.
В противном случае, откуда бы у любовницы была такая смелость?
Конечно, чтобы наладить отношения с матерью и дочерью любовницы, завоевать их расположение, лучший способ — это легитимизировать их.
Линь Хуэй подавила гнев в глазах, погладила Сун Цзиньсю по руке и спросила: — Моя дочь, ты готова уйти из семьи Сун вместе с матерью?
Сейчас ее культивация откатилась назад, упав ниже стадии заложения основы. Сейчас ей трудно поддерживать даже седьмой уровень очищения ци. Не говоря уже о том, чтобы справиться с бесчувственным мужем на средней стадии заложения основы, даже если та пара амбициозных матери и дочери нападет, ей будет трудно защитить дочь.
Поэтому им лучше уйти отсюда, пока противник не нанес удар.
http://tl.rulate.ru/book/190821/19406839
Готово:
