— Ты…!
И Чжу в этот момент так разозлился на них, что у него заскрежетали зубы, но сделать он ничего не мог. Оба были любимцами поселка Сяньмэнь, и ни к одному из них нельзя было применить «силу». Особенно к Чжао Лу, ведь пострадал он сам, а теперь упрямился так, словно совершенно не дорожил своим здоровьем. В нем совсем не осталось прежнего мудреца, что «планировал военные действия в штабе и принимал решения за тысячу ли».
Он снова вздохнул. В конце концов, какими бы выдающимися они ни были, по сути, они все еще дети.
— Маленький Лу, не вини дядюшку. Дядюшка желает тебе добра. Как только твои глаза поправятся, дядя сделает для тебя все, что захочешь.
Услышав слова И Чжу, Чжао Лу опешил. Он понятия не имел, что тот имел в виду.
Но в следующее мгновение он понял.
И Чжу мгновенным шагом оказался рядом с Чжао Лу и тут же ударил его ребром ладони по задней части шеи. Затем глаза Чжао Лу потемнели, и он потерял сознание.
— Быстрее, быстрее, Маленький Ли, спеши сюда! Посмотри, можно ли еще спасти его глаза.
И Чжу, держа на руках потерявшего сознание Чжао Лу, поторопил его.
Ли Шилан, увидев это, перестал капризничать. Будучи врачом, он следовал принципу милосердия, а спасение жизни и исцеление ран было его священным долгом. Поэтому он подошел и принялся осматривать раны Чжао Лу.
Вскоре Ли Шилан развел руками, выражая беспомощность.
— Вырезай. Глазные яблоки не спасти. Если бы это было повреждение обычным острым оружием, можно было бы восстановить их с помощью лекарства долголетия и медицинских техник. Но тот, кто ударил, действовал очень подло. Он использовал «намерение», чтобы напрямую разорвать связь между его глазным яблоком и телом. Таким образом, его глазные яблоки стали подобны воде без источника, а вдобавок к разрушению острым лезвием, их уже не спасти. Бессилен.
Сказав это, Ли Шилан снял стерильные белые перчатки и посмотрел на И Чжу, тон его голоса приобрел насмешливый оттенок.
— Хотя как медику мне не следует расспрашивать о частной жизни пациента, мне очень интересно, кто ударил так жестоко? И насколько же высокомерным нужно быть, чтобы получить такие травмы, стать вечно неполноценным.
Услышав слова Ли Шилана, И Чжу, чьи подавленные гнев и так уже были на пределе, снова взорвался. Вырвавшаяся из него аура была подобна обжигающему пламени, искажая воздух вокруг.
— Хань! Хай! Соба! Чжи! Во! — произнес он каждое слово с яростью, а затем его фигура мелькнула, превратившись в алую вспышку, и он унесся прочь.
— Ханьхай? Что это такое? — Ли Шилан был в некотором замешательстве, не понимая, почему И Чжу так разозлился.
…
Ночь опустилась. Чжао Лу проснулся, теперь им руководила душа с Земли.
— Тссс! — он тут же почувствовал знакомую боль и ощущение разрыва.
Не нужно было и гадать, он снова получил «горячий» прием от любящих друзей-соседей. Разрывающий душу, вынимающий сердце.
Действительно, опустив взгляд, он увидел, что существо, имеющее форму человека, но похожее на дикого зверя, крепко обхватило его за обе ноги и безумно изливало свои первобытные желания.
Глядя на это, Чжао Лу невольно сглотнул. Неужели его ноги настолько вкусны? У него даже возникла мысль попробовать их самому. В конце концов, на следующий день все вернется на круги своя.
Конечно, эта мысль тут же была убита. Будучи отличным «рабочим муравьем», получившим стандартное обязательное образование, с «двадцатью четырьмя истинами основных ценностей общества», выгравированными в его сердце, как он мог совершить такие античеловеческие поступки и мысли?
Но выглядело так, будто он ел с большим аппетитом.
Чжао Лу изначально решил, что на сегодня хватит, пусть его съедят. В конце концов, он бессмертен, и ему было лень двигаться. Максимум, это немного больно, к чему он привык за столько лет.
Более того, цель искателя смерти заключалась в том, чтобы посмотреть, восстановится ли его левый зрачок на следующий день, если он умрет. Хотя Чжао Лу потерял сознание в тот момент, это был не он, душа-путешественник, потерявший сознание. Поэтому он слышал слова Ли Шилана. И он отличался от души тела. При жизни он подвергался многим испытаниям ради выживания. Он не мог сердиться на существо, которое могло его спасти.
Как говорится, кого угодно, но только не учителей и врачей. Эти две профессии, одна — хранитель продолжения цивилизации, другая — спаситель жизни и исцелитель ран, — самые уважаемые существа.
Поэтому Чжао Лу решил позволить Ли Шилану съесть его, считая это извинением за оскорбление, нанесенное телом Чжао Лу днем.
Но по мере того, как он ел, что-то стало не так. Или, скорее, Чжао Лу почувствовал, что вкус изменился.
Начиная с ног, Ли Шилан, с острыми зубами, устрашающими черными отметинами и окровавленным лицом, шаг за шагом начал грызть вверх, постепенно его пожирание выходило за пределы дозволенного.
Чжао Лу нахмурился, внезапно сел и обеими руками схватил Ли Шилана за голову, затем с усилием свернул ему шею. В конце концов, он был медиком, не проходил культивацию, даже основы поддержания тела не изучал глубоко, поэтому свернуть ему шею было несложно.
— Неблагодарный, я позволяю тебе есть, а ты ведешь себя так нагло! Ты тоже можешь трогать мою драгоценность? Сам я даже… ах, нет, я сам не могу себе позволить ее трогать. Ты, наверное, мечтаешь.
Чжао Лу, обращаясь к Ли Шилану с головой, свернутой на сто восемьдесят градусов, бранился. Ведь это было его последнее достоинство.
В прошлой жизни, благодаря наставлениям стольких «опытных» учителей и изучению стольких «теоретических поз», он так и не получил практического опыта. Как он мог позволить какому-то незнакомцу, да еще и мужчине, коснуться его «святого» места? Это создало бы у него странное ощущение, что этот мужчина будет незримо участвовать, если он когда-нибудь займется этим на практике.
Он коснулся левого глаза, с которого уже были вырваны глазные яблоки, и с беспомощностью вздохнул. Убийцы, убившие тех «небесных гордецов» из Благословенной Земли Бескрайнего Моря, были людьми из так называемых «святых земель». Конечно, спусковым крючком был он, но он тоже был жертвой. И он еще пощадил их. Те, кто действительно не знал пощады, были люди из «святых земель», и убивали тоже они. Почему все это сваливают на него? Он же еще ребенок.
Более того, Чжао Лу верил, что Благословенная Земля Бескрайнего Моря тоже знает правду. Но, будучи трусами, они проигнорировали правду и использовали поселок Сяньмэнь как громоотвод, чтобы вернуть себе достоинство Благословенной Земли Бескрайнего Моря.
И так уж вышло, что появился Чжао Лу, дав им цель для нападения. И теперь он лежал здесь, будучи съеденным.
Долгая ночь. Чжао Лу, глядя на свои ноги, от которых осталось не так уж много мяса, отказался от мысли бежать.
Он ощупал спящую душу тела. Тонкие нити черного тумана, окутывавшие душу тела, снова стали немного сильнее. Хотя туман был черным, он излучал святость и неприкосновенность, словно упавший с девятого неба на землю, святой, не должен был существовать в этом мире.
— Неужели в этом мире действительно есть бессмертные? Каков тогда смысл моего переселения сюда? Неужели я действительно единственный переселенец?
Подумав об этом, Чжао Лу вдруг самоиронично рассмеялся. Стоит ли такому никчемному существу, как он, размышлять над этими вопросами? При его-то жалком состоянии, как он мог стать одним из тех «драконовых героев», бросающих вызов небу? С его-то интеллектом, если он еще не был убит теми «стариками-интриганами», то это уже благословение его предков.
Просто — наивный человек, беспокоящийся о небе!
«Четырнадцать лет взращивания тела, чтобы войти в Желтые Земли. Преодолей четыре барьера Желтых Земель, и откроются восемнадцать Небесных Врат, чтобы стать маленьким бессмертным, прошедшим трансформацию».
Он тихо повторил эти слова. Это было описание культивации, которое он знал на данный момент.
Период взращивания тела, теоретически, начинается с рождения. Используются различные великие лекарства для укрепления основы тела. Среди них лекарство долголетия — самое главное. Он длится до четырнадцати лет.
Затем следуют четыре барьера Желтых Земель. Описание этого уровня — семь слов: «один барьер, один год, одни Желтые Земли». То есть культиватор должен безумно расходовать свою продолжительность жизни, чтобы активировать тело, или, точнее, накормить тело. Особенно в дни смены старого и нового года, расход продолжительности жизни чрезвычайно велик. Если не удастся преодолеть барьер, он немедленно проживет свою жизнь. Бесчисленное множество людей, вступивших на путь культивации, умерли в этот день.
Что касается последнего — восемнадцати открывающихся Небесных Врат, то это описание трех врат трансформации. Говорится, что если к восемнадцати годам успешно преодолеешь четыре барьера Желтых Земель, то сможешь открыть «Небесные Врата». Небесные Врата делятся на три вида: «Врата Рождения Моря» в нижней даньтяне, «Врата Духовного Двора» в среднем даньтяне и, наконец, «Врата Небесного Фиолетового Дворца» в верхнем даньтяне.
Что касается разделения уровней после трансформации, Чжао Лу тоже не знал. В конце концов, немногие в поселке Сяньмэнь могли достичь этих уровней.
Даже пятеро старейшин не достигли последующих уровней.
Однако, несмотря на это, никто не осмеливался их провоцировать. Хотя люди поселка Сяньмэнь страдали от проклятия секты, взамен жители поселка Сяньмэнь могли призвать к себе прядь черного тумана мертвого бессмертного через проклятие секты, чья мощь могла заставить всех в мире отступить.
Пятеро старейшин были еще более могущественны. Они не только могли призвать к себе черный туман мертвого бессмертного, но и призвать проекцию «бессмертного намерения», освещающую все миры!
С помощью этого приема можно было заставить великие учения всех миров склониться!
Сейчас телу было всего двенадцать лет. Если подсчитать, ему придется быть слепым еще как минимум шесть лет, и это при условии, что он сможет прорваться к трансформации ровно через шесть лет. Только тогда он сможет получить доступ к Тайной Технике Секты Бессмертных, связаться с трупом бессмертного в Ущелье Падших Бессмертных, а затем найти хорошие глазные яблоки, чтобы имплантировать.
Чжао Лу глубоко вздохнул. Путь был наполовину тьмы. И эти двенадцать лет он наблюдал за телом Чжао Лу, знал его характер. Ненависть к Благословенной Земле Бескрайнего Моря определенно не будет забыта. Если появится возможность, он без колебаний уничтожит Благословенную Землю Бескрайнего Моря.
Но чтобы покинуть поселок Сяньмэнь и уничтожить Благословенную Землю Бескрайнего Моря, необходимо освоить Тайную Технику Секты Бессмертных, призвать к себе прядь черного тумана мертвого бессмертного, чтобы покинуть поселение. Иначе, не пройдя и десяти шагов от поселения, он потеряет сознание и станет рабом бессмертных, вернувшись в Ущелье Падших Бессмертных, чтобы вечно быть в аду.
А обучение Тайной Технике Секты Бессмертных возможно только внутри Ущелья Падших Бессмертных. Вот почему это самое трудное.
В детстве, под влиянием души-путешественника, Чжао Лу вошел в Ущелье Падших Бессмертных. Однако, когда пятеро старейшин спасли его, он не оставил никаких воспоминаний о пережитом внутри Ущелья Падших Бессмертных. Но с тех пор Чжао Лу без всякой причины боялся Ущелья Падших Бессмертных, испытывал сильнейший страх и ни за что не хотел туда возвращаться.
Что увидел Чжао Лу, душа с Земли не знала. Она знала только то, что после того, как Чжао Лу вошел в Ущелье Падших Бессмертных, она была запечатана таинственной силой, которую невозможно было сопротивляться, как божественную силу, и чувствовала, будто за ней наблюдает пара глаз.
Потряс головой, Чжао Лу вздохнул и прошептал себе под нос: «Надеюсь, после одной ночи мои глаза тоже восстановятся».
Сказав это, Чжао Лу внезапно вспомнил, что у него есть еще один глаз, и мысль непроизвольно возникла, становясь все сильнее.
«Я не могу гарантировать, что глаза, поврежденные днем, восстановятся на следующий день, но глаза, поврежденные ночью, определенно восстановятся. Тогда я вырву другой глазной яблоко, крикну: «Тело и кожа даны мне родителями, как я могу их бросить», и с героическим видом съем его, испытав величие Сяхоу Дуня времен Троецарствия, пожиравшего свой глаз?»
Чжао Лу осмотрел окрестности, затем посмотрел на свои ноги, от которых не осталось и следа мяса после того, как их пожевали, и слабо произнес: «Кажется, я сейчас никуда не могу убежать. Почему бы… не попробовать?»
http://tl.rulate.ru/book/190482/19156697
Готово:
