Лазурное небо сияло, словно безупречный сапфир. Теплое солнце щедро заливало землю, открывая взору буйную зелень. Щебетали птицы, порхали бабочки, журчала прозрачная речка, в которой резвилась стайка рыб.
Цзян Яо открыла глаза и увидела эту картину, полную жизни.
Ее голова покоилась на берегу, а тело ниже шеи было погружено в речную воду. Шаловливые рыбки кружили вокруг, щекотно касаясь ее рук. Она опустила взгляд и обнаружила, что почти лишилась одежды.
Оглядевшись, она увидела, что ее прежнее платье аккуратно сложено на берегу, рядом с мечом Зеленого Сияния. Убедившись, что поблизости никого нет, Цзян Яо быстро выбралась из воды и, не обсыхая, надела платье.
Высушивая одежду, она пыталась вспомнить, что произошло перед тем, как она потеряла сознание. Она помнила, как поддельный Цзинь И собирался ее убить, когда появился мужчина в золотой мантии, а затем она потеряла сознание.
Вокруг Синьань лежали сугробы. Здесь же уже почти лето. Похоже, она покинула пределы Синьань.
С этими мыслями в голове Цзян Яо возникло множество вопросов: кто этот человек в золотой мантии? Почему он спас ее, но не показался? И что стало с демоном, выдававшим себя за Цзинь И?
— Ты действительно очнулась, — раздался знакомый мужской голос позади. Цзян Яо обернулась и увидела Хуа Уиня, с которым уже встречалась однажды на задворках Горы Чуйюнь.
Когда он появился? Почему она ничего не почувствовала?
Хуа Уинь, обмахиваясь веером, подошел к ней. — Вода в Источнике Жуи способна очищать от демонической ауры. Ты пробыла здесь двенадцать часов, похоже, восстановилась неплохо.
— Это ты спас меня? — спросила Цзян Яо, отступая на два шага.
Хуа Уинь усмехнулся, заметив ее движение. — Да. Как будешь благодарить?
Цзян Яо взглянула на него, размышляя про себя: «Хорошо, что он не стал фамильярничать, иначе я бы не знала, стоит ли сначала благодарить за спасение жизни, или сначала разбираться с его дерзкими словами».
— Все сокровища, что есть у меня, дарованы Учителем, поэтому не могу отдать их тебе в знак благодарности. Ты спас мне жизнь, и я, Цзян Яо, клянусь выполнить три твоих желания.
Хуа Уинь счел это забавным. — Любые желания?
— Нельзя нарушать праведные принципы Дао, убивать невинных или вредить соученикам, — добавила Цзян Яо.
Хуа Уинь, улыбаясь, сказал: — Неплохая плата за спасение. — Но тут же его улыбка исчезла, и он спросил: — А если я потребую, чтобы ты порвала отношения со своим Учителем?
Цзян Яо ответила, не задумываясь: — Невозможно. — Она твердо сказала: — Учитель относится ко мне как к родной дочери. Она не только вырастила меня, преодолевая трудности, но и без ограничений обучила меня фехтованию и Дао. В моих глазах Учитель — моя мать. Я никогда ее не предам.
От ее слов лицо Хуа Уиня стало очень мрачным. Цзян Яо прямо посмотрела на него. — Если ты настаиваешь, мне придется пожертвовать этой жизнью. Тогда я тебе ничего не буду должна.
— Цзян Яо!
Хуа Уинь был в ярости. Он, стиснув зубы, приблизился к ней. — Я спас тебя, рискуя своей жизнью, от демона на пике Золотого Бессмертного. Эта жизнь теперь моя. Знай, с этого момента ты будешь жить, пока я не разрешу.
Услышав это, Цзян Яо спокойно посмотрела на него. — Моя жизнь принадлежит только мне. Если ты хочешь ее, я могу отдать ее прямо сейчас.
Невысказанная обида в сердце Хуа Уиня рассеялась. О чем он вообще сердился? Он же знал ее вспыльчивый характер. Зачем он сам себе доставлял неприятности?
Он мог лишь беспомощно сказать: — Тогда выполни мои три желания.
В глазах Цзян Яо появилось удивление. Хуа Уинь вздохнул: — Кто же знал, что ты моя «маленькая госпожа». Мое первое желание: впредь, когда столкнешься с опасностью, помни, что главное — сохранить жизнь, не стоит идти напролом. Второе желание: пока ты не вернешься в Секту Юньсяо, я буду рядом с тобой. Третье...
— Нельзя, — Хуа Уинь даже не успел назвать третье желание, как Цзян Яо прервала его. — Ты не можешь следовать за мной.
Хуа Уинь внезапно рассмеялся и спросил: — Я следую за тобой, разве это нарушает принципы праведных культиваторов?
Цзян Яо на мгновение замерла, а затем покачала головой.
— И это не убийство невинных или вред твоим соученикам, верно?
Цзян Яо снова покачала головой.
— Тогда почему ты не согласна? — Хуа Уинь пристально смотрел на нее.
Цзян Яо смущенно сказала: — Мы с тобой не одна дорога, к тому же я ищу своих младших братьев и сестер. Тебе будет неудобно следовать за мной.
Хуа Уинь прекрасно понимал, чего опасается Цзян Яо. Она просто не хотела, чтобы ее младшие братья и сестры видели ее в компании демонического культиватора. Хотя в душе он был разочарован и разгневан, он решил не ставить ее в неловкое положение.
На ее глазах он снял свою алую мантию, ставшую отличительным знаком главы Секты Хэхуань, и надел белую одежду. Они стояли близко друг к другу: одна – изящная и благородная, другой – утонченный и элегантный. Любой, кто увидел бы их, воскликнул бы, как они подходят друг другу.
— Теперь я похож на праведного культиватора? — Хуа Уинь, обмахиваясь веером, спросил с улыбкой.
Цзян Яо ответила честно: — Не очень.
Праведные культиваторы, за исключением этого «павлина» Янь Пинцзуна, в большинстве своем были серьезными людьми. В отличие от него, который постоянно кокетничал и размахивал веером, невзирая на времена года.
Хуа Уинь, видя ее серьезность, внимательно оглядел ее, затем убрал веер и достал из Кольца для хранения длинный меч.
— Теперь точно подойду?
Цзян Яо покачала головой и указала на его лицо: — И твое лицо тоже.
Он глава Секты Хэхуань, наверняка многие его видели. Если он будет сопровождать ее с таким лицом, его могут узнать.
Хотя менять облик раз за разом было хлопотно, Хуа Уинь ничуть не выказывал нетерпения, а скорее даже был немного счастлив. Ведь в прошлый раз, когда они виделись, Яояо держала против него меч Зеленого Сияния.
Он достал из Кольца для хранения маску тоньше бумаги и осторожно приложил ее к лицу. Маска словно ожила, сливаясь с его лицом, мгновенно преображая его до неузнаваемости.
Цзян Яо, став свидетельницей этой трансформации, удивленно подняла брови.
Хуа Уинь объяснил ей: — Эта маска сделана из тысячелетних золотых шелкопрядов, а затем настояна в соке лепестков Завораживающей травы восемьдесят один день. Даже культиватор уровня Возвращения к Пустоте не сможет отличить подделку.
Цзян Яо была еще более поражена.
О Завораживающей траве она слышала от своего Учителя. Это духовная трава росла на Горе Сяомо, созревала лишь раз в десять тысяч лет. Ее лепестки сводили с ума. Чем выше уровень культивации, тем глубже погружение в иллюзию. Пробудить от иллюзии мог только ее корень.
Самым ценным в Завораживающей траве были ее листья, твердые, как железо. Говорили, что один такой лист мог выдержать десятки небесных гроз для культиватора на пике Золотого Бессмертного.
Но вокруг места ее произрастания вечно дежурил Змей-Орел Горы Сяомо, обладавший силой на пике Золотого Бессмертного. Змей-Орел считал Завораживающую траву своей собственностью. Любой, кто осмеливался приблизиться, непременно погибал, развеиваясь в прах.
http://tl.rulate.ru/book/190421/19905977
Готово:
