Чжоу Чжэнъдао, склонив голову, смотрел на длинный меч, парировавший у его щеки, и не мог сдержать вздоха.
— Удин, ученик Ши, ты, кажется, достиг нового уровня... Если продолжим, у меня нет шансов на победу.
— Как ты узнаешь, не попробовав? Старший брат Шицзин, разве ты не ещё в силах? И разве твое владение мечом только на этом уровне?
Чжоу Чжэнъдао: «...»
В полном недоумении Чжоу Чжэнъдао вздохнул: — Удин, ученик Ши, на самом деле я уже давно на пределе, лишь из последних сил держусь...
— О? И как же ты избежал моего недавнего удара? — медленно произнес Су Лай.
Он не сдерживался. Тот удар был воплощением «использования силы» в стадии слияния человека и природы. Можно сказать, если бы у Чжоу Чжэнъдао действительно не осталось сил, он бы ни за что не увернулся. Если бы старейшина-судья остановил тот удар, Су Лай бы смирился, посчитав это лишь ошибкой в оценке.
Но поведение Чжоу Чжэнъдао больше напоминало нежелание прилагать усилия... Это заставило Су Лая заволноваться. Зачем драться, если не в полную силу?
Чжоу Чжэнъдао втайне проклял свою неосмотрительность. Он просто не хотел получить травму, но не смог скрыть этого от глаз Су Лая.
— Ладно, старший брат, возьми свой меч, и давай как следует подеремся? — Су Лай посмотрел на него сверху вниз, его лицо стало мрачным, и он даже добавил угрозу: — Если сегодня я не получу удовольствия от боя, я приду в твой даосский храм и буду тебя каждый день вызывать на спарринг!
Лицо Чжоу Чжэнъдао дрогнуло. Надо признать, эта угроза была весьма действенной. Он представил, что если сейчас сдастся, то такой человек, как Су Лай, будет приходить к нему каждый день.
Картина была слишком ужасающей, чтобы продолжать её представлять.
Вздохнув, Чжоу Чжэнъдао медленно поднялся, поднял свой длинный меч, но его лицо было словно у скорбящего по умершим родителям.
Учунь, наблюдая эту сцену, не могла не спросить: — Что случилось?
У Цинсун тоже выглядел озадаченным. Он никогда не видел такого зрелища, лишь покачал головой: — Я тоже не совсем понимаю... Они, кажется, о чем-то поговорили... Но...
— Но?
— Удин, ученик Ши, вероятно, уже достиг состояния «слияния человека и природы». Твоему старшему брату будет очень трудно победить.
Учунь знала о стадиях развития и понимала, что Чжоу Чжэнъдао находится лишь на уровне «свободы по желанию». Услышав это, она не могла не встревожиться, но все же упрямо сказала: — Мой старший брат очень силен, он обязательно победит.
У Цинсун не стал разубеждать эту наивную девушку, лишь покачал головой.
На арене Су Лай снова развернул руки вперед: — Старший брат, прошу!
Чжоу Чжэнъдао закатил глаза и тут же двинулся вперед, концентрируя меч-ци на своем длинном мече и нанося удар сверху вниз.
Но увидев этот удар, Су Лай нахмурился. Даже Цзы Е и У Цинсун, наблюдавшие с трибун, покачали головами.
Этот удар был мощным и тяжелым, к тому же с мечом-ци. В прямом столкновении Су Лаю пришлось бы уклониться, но проблема была в том, что удар был нанесен в крайне неудачное время.
Су Лай был насторожен, а такая прямолинейная техника владения мечом была полна слабых мест, даже хуже, чем в предыдущих раундах!
Су Лай легко уклонился, немного сместившись в сторону, затем поднял ладонь и одной пощечиной отбросил Чжоу Чжэнъдао.
Чжоу Чжэнъдао отлетел назад, сделав более десяти шагов по земле, чтобы погасить инерцию, затем остановился, держась за грудь, как будто тяжело раненный.
Учунь смотрела с беспокойством, а У Цинсун удивленно пробормотал: — Ладонь Су Лая, там даже трех сил не было... Неужели «слияние человека и природы» настолько сильно?
Су Лай беспомощно закрыл глаза, затем произнес: — Старший брат Шицзин, ты так любишь скрывать свои силы?
Чжоу Чжэнъдао ничего не мог понять, не знал, не понимал — тройное отрицание, затем с серьезным выражением лица сказал: — Похоже, даже с мечом-ци я не соперник младшему брату Су Лаю. Я признаю поражение...
На вершине горы Сюанькун, небрежно поставив очередной камень, произнес: — Твой ученик...
Сюаньмин горько усмехнулся: — Можно лишь сказать, что таков его характер...
— Но он может использовать «Семь ран меча»...
— Это меня тоже немного удивило. Хотя я показывал ему технику владения мечом, но тогда он всегда говорил, что это слишком сложно, и почти не практиковался. Сегодня, увидев его удар, я понял, что этот малыш приберег кое-что.
Сюанькун, держа чашку с чаем, сказал: — Приберег кое-что... Младший брат, хочешь посмотреть, сколько всего твой ученик приберег?
Сюаньмин: «???» — Старший брат, что ты собираешься делать?
Сюанькун слегка улыбнулся и передал звук тайно: — Ученик.
Су Лай на арене замер, а затем услышал слова: — В этом поединке я и твой дядя Сюаньмин будем судьями. Можешь атаковать в полную силу.
Глаза Су Лая загорелись, а затем еще одно сообщение вошло в его ухо: — Твой старший брат перед тобой — ленивый человек. Если ты действительно хочешь заставить его выложиться, можешь сказать ему так...
Су Лай кивнул, а Чжоу Чжэнъдао был в некотором замешательстве, ведь он только что признал поражение, но старейшина-судья все никак не появлялся.
— Старейшина! Я сдаюсь! — громко крикнул Чжоу Чжэнъдао. В этот момент старейшина-судья вышел с легким извинением: — Ученик Шицзин, эм, эта битва больше не в моей юрисдикции... Главенствующий уже запечатал арену духовной силой и будет лично судить эту битву... Кроме того, он просил передать тебе одно слово.
Чжоу Чжэнъдао: «?»
— Пока у тебя есть хоть один вдох, он сможет тебя спасти.
Чжоу Чжэнъдао: «???»
Сразу после этих слов старейшина-судья бесследно исчез, оставив лишь ошеломленного Чжоу Чжэнъдао.
— Старейшина, что ты имеешь в виду? Старейшина, подождите, старейшина?!! — восклицал Чжоу Чжэнъдао, а Су Лай тем временем с легкой улыбкой.
Услышав это, ученики вокруг были поражены. Главенствующий лично вмешался, а по словам старейшины-судьи, этот поединок, вероятно, закончится лишь с серьезной травмой одного из участников.
— Это... У старейшины Сюаньмина есть какие-то разногласия с Главенствующим? — невольно предположил У Цинсун.
Не только У Цинсун, но и другие ученики с оживленным умом пришли к такому же выводу.
Однако, все было наоборот. Этот Главенствующий не только не имел разногласий с Сюаньмином, но и был с ним заодно... Он просто был любопытен... Насколько силен Чжоу Чжэнъдао, о котором так серьезно говорил его младший брат Сюаньмин.
«Семь ран меча» — это, конечно, неплохо, но недостаточно...
А Сюаньмин, увидев такие действия Сюанькуна, не только не разозлился, но и показал большой палец.
Надо сказать, что он тоже был серьезен в том, чтобы подставлять своих учеников!
Ситуация на арене снова изменилась из-за этих слов. Су Лай больше не просил Чжоу Чжэнъдао атаковать. В любом случае, сегодня кто-то должен будет лечь, так что пора начинать!
Подумав об этом, мягкое лицо Су Лая приобрело оттенок свирепости и фанатизма!
Чжоу Чжэнъдао лишь поморщился...
— Зззззззнннннн!
Длинный меч загудел, Су Лай бросился вперед, словно дракон, серебристый свет мелькнул, направляясь прямо в горло Чжоу Чжэнъдао.
На этот раз он не сдерживался ни капли.
Чжоу Чжэнъдао беспомощно быстро отреагировал, перевернув меч.
— Дззззззнь!
Два длинных меча столкнулись, высекая снопы искр.
Су Лай, будучи атакующим первым, подавил Чжоу Чжэнъдао. Чжоу Чжэнъдао пришлось отступить на несколько шагов, чтобы погасить инерцию, затем он высвободил меч-ци, направив его прямо в лицо Су Лая. Су Лай не отступил, слегка наклонил голову, позволяя мечу-ци рассечь его лицо и брызнуть кровью.
А сам, воспользовавшись этим моментом, сменил прием: его запястье дрогнуло, раскрыв цветочный узор меча, и он провел им снизу вверх, целясь в подбородок Чжоу Чжэнъдао.
Чжоу Чжэнъдао про себя выругался "боевой псих", тело его снова отступило, но на этот раз он уперся в край арены.
Из-за Сюанькуна он не мог упасть с арены, лишь почувствовал, будто врезался в толстую стену. Фигура Чжоу Чжэнъдао замерла.
А свет меча последовал за ним, не давая ни секунды передышки.
Чжоу Чжэнъдао, наклонившись, едва увернулся, затем нанес горизонтальный удар по поясу Су Лая, пытаясь оттолкнуть его.
Но Су Лай не отступил, топнув обеими ногами, он взмыл в воздух, острие меча направилось вниз, прямо к макушке Чжоу Чжэнъдао, намереваясь пронзить мозг.
Чжоу Чжэнъдао оттолкнулся от невидимой стены позади себя, используя силу, чтобы вылететь, наконец, отдалившись от Су Лая.
Су Лай, оперев меч о землю и согнув его, использовал силу, чтобы устойчиво приземлиться, его голос слегка дрожал от возбуждения: — Старший брат, разве ты не еще в силах?
Чжоу Чжэнъдао: «...»
— Кстати, старший брат, почему твой даосский титул — Уцзин? У тебя есть беспокойные мысли?
Потому что я не хотел становиться Унэн, ответил про себя Чжоу Чжэнъдао.
— Старший брат, знаешь ли ты, почему наш мастер дал мне даосский титул Удин?
Чжоу Чжэнъдао не ответил, но, видимо, догадался... Действительно, Су Лай открыл рот и объяснил: — Потому что я слишком люблю сражаться, но что с того? Полноценный бой, постоянная борьба до достижения силы — разве это не смысл пути совершенствования?
Су Лай повернулся, вены на его лице вздулись, глаза расширились, он медленно выдохнул, полностью изменив свой прежний солнечный вид, став похожим на кровожадного демона.
Чжоу Чжэнъдао скривил губы. Как настоящая "соленая рыба", он совершенно не понимал образ мышления таких людей, вздохнул: — Младший брат, ты действительно... наивен.
— Спасибо за комплимент! — Су Лай прищурился, затем, с циркулирующей духовной энергией в мече, он взял меч двумя руками и нанес три удара подряд!
— «Проникновение в тайны» из «Трех тайн меча»?! — Цзы Е, увидев этот прием, плотно сжала губы. Один из трех великих мечей секты Тайсюань, столь же известный, как и «Семь ран меча»!
У Цинсун, увидев этот прием, тоже крепко сжал свой шест. Неосознанно Су Лай обогнал их всех.
Чжоу Чжэнъдао, увидев три потока духовного меча-ци, понял, что уклониться невозможно, и замер, концентрируя духовную энергию на своем мече.
— Дззззззнь!
Первый поток духовного меча-ци был частично нейтрализован, частично принят Чжоу Чжэнъдао, но тут же подоспел второй.
— Дззззззнь!
Этим мечом Чжоу Чжэнъдао пришлось принять прямой удар. Меч дрожал, чуть не выпав из руки, но третий поток уже был перед ним!
— Дззззззнь!
Длинный меч Чжоу Чжэнъдао выпал из руки. Поток духовного меча-ци ударил его прямо в тело, и он несколько раз прокатился по земле.
Чжоу Чжэнъдао лежал на земле, откашливаясь кровью.
— Старший брат! — Учунь на трибунах встревожилась.
— Честно говоря, я совершенно не понимаю тебя. Все старшие братья и младшие братья, которых я видел, стремились быть первыми. Только ты, я всегда чувствую, что ты не выкладываешься полностью, проявляешь лень.
Чжоу Чжэнъдао медленно поднялся, полулежа на земле: — Уважаемый младший брат, ты слишком льстишь. Это всего лишь маскировка, так проигрыш не будет постыдным...
Лицо Су Лая вернулось в нормальное состояние: — Ну, возможно, это так. Просто сила немного уступает тому, кого я видел раньше... Ах да, мой мастер просил передать тебе кое-что.
Чжоу Чжэнъдао: «?»
Уже собираются объяснить, почему меня хотят уничтожить?
— Он сказал мне, что требование твоего мастера для тебя — войти в десятку лучших. Войти в восьмерку лучших от нашей секты легко, для этого достаточно выиграть этот бой. Но чтобы войти в десятку, нужно еще пройти круговые матчи.
Глаза Чжоу Чжэнъдао расширились.
— Я думаю, этот бой уже подходит к концу. Если ты хочешь войти в десятку, тебе предстоит еще шесть круговых матчей. Я желаю тебе удачи.
Чжоу Чжэнъдао внезапно поднялся, опираясь на одно колено, и, подняв лицо, показал чрезвычайно серьезное выражение: — Младший брат, ты говоришь правду?
Су Лай выглядел немного озадаченным, но все же кивнул: — Главенствующий сказал это, естественно, без лжи.
Чжоу Чжэнъдао почесал подбородок одной рукой: — Хорошо, младший брат, дальше я буду...
— Выкладываться на полную.
http://tl.rulate.ru/book/190232/19220079
Готово:
