Сильная гроза и ливень не смогли прервать жаркий спор в Павильоне Наблюдения за Приливом.
Павильон, расположенный на востоке Города Туманов, примостился у самого берега, опираясь на горы и реки. Его высота достигала примерно 333 метров, и с его площадки открывался вид почти на половину города.
Несмотря на проливной ночной дождь, павильон сиял огнями. На просторной, высоко расположенной площадке стоял длинный стол.
С каждой стороны стола сидело около дюжины богато одетых практиков, как мужчин, так и женщин. Каждый из них выглядел куда более грозно и внушительно, чем обычные практики.
Ци Тяньсин развалился в кресле в восточном конце стола. Равнодушно глядя через окно в непроглядную ночную тьму, он не участвовал в разговоре.
Он был членом Светоносного Павильона, самой могущественной силы в Городе Туманов. Он приходился племянником главе павильона и старшим двоюродным братом молодому мастеру Ци Юньсяо.
Светоносный Павильон, объединившись с более чем десятью другими мощными организациями Города Туманов, взял на себя руководство операцией по уничтожению Линь Сюня этой ночью. Таким образом, Ци Тяньсин, несомненно, командовал всем этим действом.
Многие силы имели свои собственные соображения по поводу этой операции, что привело к продолжительным пререканиям.
Ему совсем не хотелось в этом участвовать. Операция уже шла полным ходом, какой смысл было спорить сейчас?
Самое главное, он четко понимал, что присутствующие здесь люди не были на самом деле большими шишками, а лишь представителями тех самых сил.
Конечно, при таком раскладе он не хотел говорить лишнего.
Что заставило его нахмуриться, так это то, что споры, не подавая никаких признаков окончания, становились все более и более острыми.
– Какая нелепость! Мы должны собрать столько людей, чтобы разобраться с подростком на уровне Человеческого Ганга. Если об этом узнает внешний мир, нас просто унизят до смерти! – усмехнулся кто-то.
– Что значит "собрать так много людей"? Это же предупреждение! Убийство Линь Сюня – это способ показать этим ничтожным юнцам, какие ужасающие последствия их ждут, если они осмелятся бросить нам вызов! – возразил кто-то другой.
–Ха-ха! Ребята, тот Линь Синь уже не прежний Линь Синь, и он зарегистрировался на провинциальное испытание. Даже если мы хотим убить такого нищего практика, всё равно не стоит устраивать громкий налёт. Если весь мир об этом узнает, последствия трудно предсказать.
–Да, вспомните, наша империя начала проводить систему отбора талантов с множеством этапов сто лет назад, после «Кровавых десяти дней», чтобы предотвратить подобные трагедии. Если мы убьём практика низкого происхождения, который сумел попасть на провинциальное испытание, кто понесёт ответственность, если власти нас накажут?
–Вы меня насмешите. Как смерть Линь Синя может быть связана с «Кровавыми десятью днями»? Не слишком ли вы ему придаёте значение?
У Цы Тяньсина заболела голова от этих слов. Он не удержался, сел прямо, хлопнул ладонью по столу и серьёзно спросил:
–Господа, я лишь спрашиваю, ваши мнения представляют силы, стоящие за вами?
Его слова прозвучали как бомба, поразив собравшихся. Они замолчали, их лица слегка изменились.
Цы Тяньсин глухо, со скрытой усмешкой, произнёс:
–Помните, вы всего лишь представители. Вам нужно лишь запомнить, что произошло сегодня, и доложить об этом силам, стоящим за вами!
Иными словами, они были лишь гонцами, им не стоило себя переоценивать. Они что, спрашивали разрешения у своих господ, чтобы высказаться?
В его словах была неприкрытая ирония, задевшая присутствующих, но они не осмелились возразить.
В павильоне тут же воцарилась тишина.
Цы Тяньсин снова откинулся на спинку стула, как раньше, и произнёс:
–Операция началась, как планировалось.
— Уважаемый Ци прав, – раздался рядом с окном на высокой трибуне жуткий, похожий на змеиное шипение смех. – Цель окружена, покушение уже началось... Ребята, ждите. Скоро принесу голову этого мальца. Пока.
Услышав этот голос, Ци Тяньсин почувствовал, как волосы встают дыбом. Но когда он пришёл в себя, голос уже исчез.
На лицах остальных присутствующих застыло странное выражение, смешанное с отвращением и ужасом.
— Это Остаточный Ветер? – невольно спросил кто-то.
Ци Тяньсин кивнул.
Остаточный Ветер!
Жуткий убийца, действующий быстро и хитроумно, виновный в смерти несчётного количества людей. Ходили слухи, что однажды он хладнокровно убил 108 детей и использовал их свежую кровь для практики таинственной техники.
Если была возможность, никто не хотел иметь дела с таким ужасным человеком. И никто не ожидал, что Павильон Лазурного Света пригласит Остаточный Ветер, чтобы уничтожить Линь Сюня!
Многие тут же посмотрели на Ци Тяньсина с шоком и недоумением, не понимая связи между Остаточным Ветром и Павильоном Лазурного Света.
Ци Тяньсин не стал ничего объяснять, лишь улыбнулся и сказал:
— Ребята, нет сомнений, что Линь Сюнь умрёт сегодня ночью. Давайте подождем и посмотрим хорошее представление.
...
Тяжёлый дождь со студёным ветром лил не переставая.
Стоя под карнизом, Цао Юньсю взволнованно произнёс:
— Эти прихвостни знати наконец-то действуют!
Практики из Общины Цинъюнь рядом с ним тоже обрадовались.
— Как только Линь Сюнь умрёт сегодня ночью, мы начнём действовать, распространяя новости. Мне очень хочется увидеть, осмелятся ли сегодняшние знатные силы поступить как Генерал Кровопийца в тот год, устраивая ещё одну «Кровавую Декаду»!
Цао Юньсю глубоко вдохнул и сказал:
– Наши парни слишком долго терпели унижения. Пришло время заявить о себе!
Кто-то из присутствующих в беспокойстве спросил:
– Брат Цао, а если из-за смерти Линь Сюня начнётся что-то вроде тех «Кровавых Десяти Дней», что были когда-то? Боюсь, нас это тоже заденет.
Цао Юньсю усмехнулся:
– Не волнуйтесь. Империя сейчас другая. Даже если такое и случится, нас это точно не коснётся. Мы ведь заявились на Провинциальный Экзамен. Сейчас империи нужны таланты, и терять нас она не захочет.
Он замолчал, а затем посмотрел куда-то в темноту:
– Давайте подождём и увидим. Убьют Линь Сюня или нет — неважно. Наши ребята смогут использовать это как шанс дать отпор знати. Это в любом случае к лучшему. Слышали такую фразу?
Все удивлённо переглянулись. Цао Юньсю сам ответил на свой вопрос:
– Из искры возгорится пламя!
...
В поместье губернатора...
Поздней ночью Лю Уцзюнь не мог сосредоточиться на тренировках. Он молча стоял в пустом зале и наблюдал за грозой за окном. Что за неспокойная ночь!
Долгое время он стоял в тишине, а потом пробормотал:
– Холодный ветер, сильный дождь, опасная ночь... Надеюсь, они не будут вести себя слишком вызывающе...
...
В тот же вечер, в туманном колледже...
Президент Вэй Линчжэнь и Ду Дунту, главнокомандующий армией Цзылин, сидели друг напротив друга и играли в го.
– Силы в городе перешли черту, – Ду Дунту нахмурился и резко опустил фигуру.
Вэй Линчжэнь сначала удивился, а потом улыбнулся:
– Ты всё ещё переживаешь из-за того парня?
– Он храбрый и честный, – недовольно сказал Ду Дунту. – Если пойдёт в армию, станет знаменитым генералом, который будет стоять на страже границ. Поэтому будет очень жаль, если его убьют.
Немного подумав, Вэй Линчжэнь произнёс:
– Да, так и есть. Но мы не можем вмешиваться.
Ду Дунту усмехнулся:
– Почему?
Вэй Линчжэнь со вздохом ответил:
– Я знаю, ты недоволен, но если вмешается, ты навредишь отношениям с теми силами в городе, а это того не стоит.
Ду Дунту приглушил голос:
– Я служу в армии, разве может меня задеть ссора с какими-то силами? Брат Вэй, ты недооцениваете меня.
Вэй Линчжэнь горько улыбнулся:
– Я понимаю, что ты не боишься ссориться, но я действительно беспокоюсь, что твоё участие создаст проблемы для твоего будущего. Благородные семьи Города Туманов могут не представлять угрозы для тебя, но как насчёт тех, кто в Запретном Городе?
Ду Дунту замер на месте:
– А как это связано с Запретным Городом?
Вэй Линчжэнь пояснил:
– Потому что ты вмешиваешься в конфликт между бедными и благородными. Ты, лидер армии, спасаешь бедного подростка. Что подумают о тебе благородные семьи, если узнают об этом?
Обдумав всё, Ду Дунту слегка изменился в лице. Наконец он понял.
Операция против Линь Сюня казалась простой, но её значение было особенным и ничем не отличалось от противостояния между высшим и низшим классами.
Если он вмешается, чтобы спасти Линь Сюня, он определённо вызовет настороженность у других благородных семей, последствия чего будут ещё хуже.
– Перестань думать и давай продолжим игру, – улыбнулся Вэй Линчжэнь, беря шахматную фигуру.
Выражение лица Ду Дунту быстро менялось, и после долгого молчания он вздохнул:
– Я очень хочу спасти его!
Вжик!
Линь Сюнь стремительно метнулся в переулок, подобно призраку, и на всех парах помчался сквозь ливень. Шум погони позади свидетельствовал о том, что враги быстро приближались.
Но даже в такой ситуации Линь Сюнь сохранял хладнокровие. Жестокие тренировки Кровавого лагеря научили его, что малейший намек на панику может обернуться непредсказуемыми последствиями.
Его дыхание было ровным, а бег – в особом ритме, что позволяло наиболее эффективно экономить энергию.
В то же время, его духовное восприятие, подобно густой паутине, распространялось, ощущая всё вокруг на пути.
[Шум ветра!]
Пробегая мимо низенького дома, он внезапно остановился и со всей силой метнул свою саблю Черного Духа в карниз.
[Глухой удар!] Карниз разлетелся в щепки. Как только сабля пронзила его, раздался душераздирающий крик. Присмотревшись, можно было заметить фигуру, затаившуюся в глубине карниза, сжимающую арбалет с пальцем на спусковом крючке.
Но он так и не успел выстрелить стрелой – сабля Линь Сюня, словно наделенная глазами, в тот же миг перерезала ему горло!
Вся эта сцена заняла лишь мгновение. Линь Сюнь, бросив саблю, помчался вперед, не оглядываясь.
Для Линь Сюня, успешно прошедшего выпуск из Кровавого лагеря, подобные засады были лишь смехотворными детскими играми.
http://tl.rulate.ru/book/18976/6523544
Готово:
