Шестнадцать мужчин в черных придворных одеяниях замерли в торжественной тишине, напоминая изваяния, тысячи лет противостоящие ветровой эрозии. Рядом с таинственной каретой, черной как полярная ночь, стоял старик, склонившись в легком поклоне, с умиротворенным выражением лица и безупречным этикетом.
Словно вышедшая из бескрайней тьмы, к Линь Сюню и Ши Чжи подошла женщина и взяла маленькую ручку девочки. Ее похожие на океан синие глаза пристально смотрели на несравненно красивое личико малышки. Спустя долгое время уголки ее губ тронула тень удовлетворения.
Ши Чжи стояла неподвижно, подняв голову и глядя на женщину. В ее глазах-полумесяцах, темных как чернила, читалась явная настороженность.
Несколько дней назад Ши Чжи почувствовала тревогу, которая усиливалась с каждым днем. Увидев перед собой эту женщину, она наконец поняла, что источником этого чувства была именно она, и Линь Сюнь к этому не имеет никакого отношения.
- Значит, ты уже догадалась, что я приду? - с удивлением произнесла женщина.
Ши Чжи сжала губы, помолчала мгновение, а затем ответила:
- Просто некое предчувствие.
Женщина, казалось, удовлетворилась еще больше, и в ее привычно холодных глазах появился намек на облегчение.
- С этого дня ты будешь со мной, - сказала она.
Ее голос был спокойным и бесстрастным, но не оставлял ни малейшего сомнения или возможности для неповиновения.
Линь Сюнь слушал это с тяжелым сердцем. Это был приказ, и его смысл был настолько ясен, что не оставлял места для переговоров.
Это вновь разожгло гнев в сердце Линя, и его разум почти помутнел.
Только что Яо Туохай хотел задержать Ши Чжи, что вызвало у него сильное возмущение. Теперь эта появившаяся таинственная женщина тоже хотела забрать ее. Казалось, все игнорируют его существование с самого начала и до конца!
- Объясните мне, почему, - спросил Линь Сюнь.
Голос Линя сделался хриплым, и с телом, слегка дрожащим, он был на грани потери контроля над своим гневом. Однако страх инстинктивно поднялся в его сердце, когда он столкнулся с таинственной женщиной. Под воздействием такого сочетания гнева и страха, Линь Сюнь в этот момент был подобен натянутой до предела тетиве, которая могла порваться в любой момент.
Женщина нахмурилась. Впервые она перевела взгляд на Линь Сюня, а ее светло-голубые зрачки уже были полны равнодушия.
В одно мгновение ужасное чувство давления накрыло Линь Сюня. Его дрожь усилилась, а лицо побледнело. Но на его красивом лице была твердость и выдержка, что означало, что он изо всех сил старался устоять на ногах.
Неожиданно Шия Чжи сказала:
- Я пойду с тобой.
Женщина отвела взгляд, и словно спасенный из лап смерти, Линь Сюнь побледнел еще сильнее.
- Он славный юноша, неудивительно, что ты раньше следовала за ним. - Женщина выглядела задумчивой.
- Для меня он незаменим, а тебя я в будущем превзойду. - Прямо глядя на женщину, Шия Чжи произнесла серьезно.
В уголках губ женщины появилась многозначительная улыбка, а затем она сказала:
- Я буду ждать того дня.
- Ты не боишься, что я убью тебя тогда? - спросила Шия Чжи.
Женщина выглядела мягче, казалось, у нее было особое чувство к Шие:
- Я могу дать тебе три шанса убить меня.
Шия Чжи поджала губы:
- Три шанса не нужны. Одного достаточно.
Женщина улыбнулась.
Это была первая ее улыбка с тех пор, как она появилась здесь, словно в бескрайней темноте расцвел великолепный цветок. Казалось, даже вселенная померкла от этой улыбки.
- Запомни, что сказала.
После довольно долгого молчания она взяла Шию за руку, повернулась и направилась к черной карете.
Шия Чжи обернулась к Линь Сюню и тихо посмотрела на него. Внезапно она сказала:
- Линь Сюнь, ты не смеешь умирать, пока я не вернусь, понял?
В этот момент в голове Линь Сюня стало совсем пусто. Казалось, исчезли все плохие чувства: злость, страх, нежелание, разочарование. Осталась только необыкновенная внутренняя стойкость.
– Нет, я не могу, – прошептал Линь Сюнь грубым, низким голосом.
Он стоял не двигаясь, опустив голову, и позволил женщине увести Ся Чжи. Никто не увидел, как по его щекам текут две тонкие струйки слез. В этот миг тринадцатилетний мальчик из тюрьмы-шахты сказал себе, что это его последние слезы в жизни.
Женщина усадила Ся Чжи в черную карету, но прямо перед тем, как закрыть дверцу, она обернулась, посмотрела на мальчика, одиноко стоящего вдалеке, и, как будто что-то вспомнив, вышла из кареты.
Она подошла к Линь Сюню и слегка наклонилась. Глядя на его красивое лицо, она сказала:
– Я проверила твои способности, они самые обычные. Как бы ты ни старался в этой жизни, разрыв между тобой и девочкой будет только увеличиваться. Она не принадлежит тебе.
Линь Сюнь молчал.
Женщина подняла подбородок Линь Сюня длинными белыми пальцами и продолжила:
– Я ясно чувствую, что ты полон гнева и ненависти. Это не поможет, но я могу дать тебе шанс. Запомни – я из Храма Хэйао. Моя фамилия Люлань, а имя Цзиньчэнь. Ты увидишь меня только тогда, когда станешь достаточно сильным.
Голос был хриплым, с особым очарованием. Не успели ее слова затихнуть, как женщина отвернулась и забралась в черную карету.
Ся Чжи сидела в карете тихо, с привычным спокойным выражением лица, но ее глаза, раньше похожие на полумесяцы, постепенно становились холодными и безразличными.
Когда Линь Сюнь поднял голову, черная карета уже скрылась вдали.
– Люлань… Цзиньчэнь… Запомню, – прошептал он и закашлялся, сплевывая кровь.
Весь мир перед глазами закружился, и вскоре он полностью потерял сознание.
- Ах, какой несчастный ребенок! В таком юном возрасте ему приходится смириться с жестокой судьбой.
Вздохнув, старик, который только что появился вместе с той странной свитой, но не уехал с ней, сейчас бережно обнял упавшее тело Линь Сюня.
Он держал Линь Сюня с такой легкостью, словно тот был всего лишь воздухом, сохраняя при этом безупречно прямую осанку.
С мягким и доброжелательным лицом, старик в черном придворном платье, величественно выпрямившись, посмотрел на высокую платформу и спросил:
- Как выступил ребенок на Уездном Испытании?
Этот вопрос нарушил мертвую тишину, и все люди на площади были сбиты с толку, потому что они совершенно не видели, что только что произошло.
Это было похоже на сон. Когда они очнулись от него, в памяти осталась только темнота, а на месте остались лишь старик и Линь Сюнь в его объятиях, в то время как вся странная свита полностью исчезла.
Никто не знал, что только что случилось, но в их сердцах поднялся неконтролируемый страх. Сила, что смогла так подсознательно заблокировать и повлиять на их разум и чувства, была поистине ужасающей.
Лицо Яо Туохая побледнело, и он застыл в молчании. Он также не понимал, что произошло, но был уверен, что всё это сотворил этот важный господин.
- Ваш высокочтимый... он был... он был...
Тем временем, столкнувшись с вопросом старика, Ю Цанлинь на высокой платформе начал запинаться, его лицо покрылось потом, он не мог связно говорить и утратил прежнее достоинство.
У Чаоцюнь и остальные сидели как на иголках. Выражения их лиц резко изменились. До сих пор они не знали ни предыстории этой странной свиты, ни личности старика вдалеке.
Но ци старика уже заставила их почувствовать холод и осознать его могущественный статус.
Увидев это, старик слегка поклонился и мягко произнес:
- Пожалуйста, дайте этому ребенку шанс на дополнительный экзамен.
Затем он отвернулся вместе с Линь Сюнем в объятиях и мгновенно исчез, словно испарился в воздухе.
В этот момент все присутствующие невольно облегченно вздохнули, словно след страха в их сердцах исчез вместе с уходом старика.
Однако на высокой платформе лица Юй Цанлиня, У Чаоцюня и других стали тревожными и испуганными. Что только что произошло?
Откуда взялся этот особый человек?
Почему он спас Линь Сюня?
Что же до прекрасной маленькой девочки – куда она делась?
Никто не знал!
Они лишь видели, что Яо Толхай только что лично предпринял попытку схватить Линь Сюня и девочку, но что случилось потом? Никто не мог сказать.
Это было ужасно!
Что до практиков, участвовавших в испытании на площади, то они выглядели еще более смущенными и потерянными, словно только что очнулись от кошмара.
- Продолжайте испытание, – наконец произнес Яо Толхай, словно зомби поднявшись на платформу и безжизненно опустившись на сиденье.
Целью его визита в город Дунлинь было наладить контакт с тем важным лицом, но результат заставил его дрожать от ужаса.
Как ни старался Яо Толхай, он не мог понять, как могло случиться нечто подобное!
- Ваше Превосходительство Яо, что насчет результата испытания Линь Сюня... – нерешительно спросил Юй Цанлинь.
Яо Толхай нахмурился, вспоминая старика и стоящее за ним влиятельное лицо. Его глубоко тревожило случившееся. Спустя мгновение он вздохнул и махнул рукой:
- Позвольте ему пройти!
Что?!
Юй Цанлинь и остальные оцепенели, их выражения резко изменились. Это же Окружное Испытание! Совсем недавно они заняли твердую позицию, четко заявив, что Линь Сюнь не пройдет. Если сейчас ему разрешат, это вызовет множество слухов, когда новость распространится.
Яо Толхай был слишком измотан, чтобы объясняться. Он не переставал думать: Неужели тот влиятельный человек пришел сюда ради этой маленькой девочки?
"Ты не заслуживаешь того, чего не должен иметь, пользуясь своей силой". В его сознании снова раздался хриплый и магнетический голос, от которого Яо Толхай задрожал и затрепетал от страха. Неужели это были методы Королевы Святилища Хэйяо?
- Должно быть, это как-то связано с той маленькой девочкой!
Прошло немало времени, прежде чем Яо Тохай смог с уверенностью подтвердить это. Встретив ту девочку, он не смог сдержать желание обладать ею. Нетрудно представить, насколько необычной была сила этой девочки.
А этот великий культиватор отступил только ради этой особенной девушки. Яо Тохай погрузился в размышления.
Юй Цанлинь, У Чаоцунь и другие не осмелились ослушаться воли Яо Тохая, и в конце концов они позволили Линь Сюню пройти испытание.
Вскоре уездное испытание продолжилось.
Однако после всех этих событий каждый присутствующий стал рассеянным, а атмосфера казалась странной и гнетущей.
http://tl.rulate.ru/book/18976/6498704
Готово:
