Академия Тянь И, как ясно из названия, занимала определенное положение среди множества академий Да Сюань, которым не было числа.
Прежде всего, ее сила заключалась в главных воротах – настоящих городских воротах дворцового города, двенадцатиметровых, с тремя проходами. У ворот стояла стража из Золотой бронированной армии, внушительная и грозная.
— Территория академии, посторонним вход воспрещен!
Едва подойдя к воротам академии, двоюродный дядя, Юй Чуньхуа и остальные были остановлены.
— Уважаемый воин, мы родители новых учеников академии. Мы услышали, что академия будет предоставлять сопровождающих слуг, и потому пришли без приглашения. Просим вас проявить снисхождение, — сказал двоюродный дядя, протягивая собеседнику серебряную монету.
Двое солдат не шелохнулись. Юй Чуньхуа, которая все время смотрела куда-то вверх, отчетливо видела, как они переглянулись, уголки их губ приподнялись, но они остались неподвижны, стоя на страже. И так было ясно, что они презирают этих деревенщин перед ними.
Лицо двоюродного дяди покраснело. Он впервые был в Чанъани. В Лояне он, хоть и не был богат, но был состоятельным человеком из зажиточной семьи, имел знакомства в округе. Сегодня, столкнувшись с таким холодным приемом, он еще больше переживал за своих детей. Но разве все родители не желают своим детям успеха и процветания? Разве не так они все проходят через это?
Двоюродный дядя тут же принял решение и, поведя двух своих племянников, обвешанных сумками, к каменным львам у ворот, стал ждать.
Вскоре послышался стук колесниц, и множество изящно украшенных колесниц с красными ободами и балдахинами беспрепятственно въехали в ворота.
Солнце уже склонялось к закату, когда два стражника готовились к смене. В этот момент к воротам академии подкатила колесница, запряженная четырьмя прекрасными белыми лошадьми. Обе смены стражников, только что сменившиеся и только что заступавшие, окружили ее, оживленно разговаривая с управляющим, который вез колесницу: «Наш господин, почему вы не подольше поиграли в городе? Теперь в академии так пустынно!»
Управляющий, улыбаясь, оттолкнул их руками и сказал: «Старый учитель отправил письмо. Если вы, двое, отправитесь в город после завершения службы, я угощу вас вином!»
— Где нам удостаиваться чести выпить у вас, господин Гао? Вы только скажите, когда у вас будет свободное время, мы, братья, все устроим, обязательно так, чтобы вы от души поели, и даже двух женщин вам найдем —»
— Нет, нет, есть можно, а остальное — нет —»
— Вы поступили в академию? —
В это время изнутри колесницы раздался детский голос, смешанный с речью служанки. У нескольких человек тут же заметно напряглись волосы на затылке, и в воздухе повисла лишь тишина, словно осенний ветер заметал опавшие листья.
— Да здравствует Князь Цин, пусть он будет жив и здоров!
— Хорошо, — из-за разноцветной завесы колесницы показалась детская ручка, похожая на два кусочка застывшего сала. Она бросила мешочек, явно в хорошем настроении!
Четверо мужчин приняли его, словно драгоценность: «Благодарим князя за награду!»
— Никто не должен проболтаться о моих делах!
— Поняли, поняли!
Сказав это, четверо мужчин расступились, и роскошная колесница поехала дальше.
Четверо мужчин посмотрели друг на друга, подмигивая, словно накопилось много историй.
— Черт возьми, если бы моя мать родила меня красивее, я бы даже продавал себя!»
— Братья, будьте осторожны! — прервал его один из более старых и проницательных стражников. Он взглянул на Юй Чуньхуа и остальных.
— Я, Цзян Лаоу, беру на себя ответственность за свои слова, чего бояться? В конце концов, весь Чанъань знает!»
— Мужчины такие, женщины тоже сильные. Они так настояли на своем — и даже оставили потомство, это стоило того, чтобы умереть!
Четверо мужчин тут же разразились смехом, безмолвно перешептываясь и сплетничая об отце и матери Князя Цина, а также о его дяде, который был знаменитым на весь Да Сюань фаворитом. Нынешний правитель был не императрицей, а императором. Когда об этом стало известно, весь народ был возмущен, и жители Чанъани не переставали перемывать косточки.
Внимательно наблюдая за ними, Юй Чуньхуа, увидев, что стражники меняются, подошла к одному из рассудительных и зрелых солдат: «Воин, подскажите, пожалуйста, как можно попасть в академию? Мои двоюродные сестры учатся там, и мы пришли как слуги. Мы опоздали на месяц из-за болезни, не знаете, где оформлять документы?»
К счастью, благодаря прошлой жизни, ее красивый чистый китайский язык произвел на солдата впечатление.
Да, свыше двухсот лет назад, стандартный китайский язык вытеснил диалект Хэлуо и стал официальным языком династии Да Сюань. Владение беглым стандартным китайским было чрезвычайно важно, можно было даже стать учителем языка в отдаленных малых странах, получая зарплату, равную зарплате чиновника Да Сюань!
— Вы идите прямо от ворот, поверните направо после цементной дороги, пройдите мимо библиотеки, там есть небольшая гора. Идите вверх по каменной тропинке до конца, спуститесь с горы, и когда увидите россыпь плоских цементных зданий, это будет общежитие. Вы должны знать, какое из них, подождите там!
— Большое спасибо, старший брат! — Юй Чуньхуа помахала двоюродному дяде. Тот поспешно поднялся и, трижды поблагодарив, вошел в академию.
Они так спешили, что не услышали разговора солдат!
— Брат, зачем ты обращал внимание на этих простолюдинов? Лучше бы мы просто смотрели представление, оставив их!
Рассудительный солдат многозначительно улыбнулся: «Те, кто сейчас поступает в школу, не имеют связей, но через четыре года они наверняка появятся. Зачем создавать себе врага?»
Другой солдат замолчал.
Рассудительный солдат не собирался рассказывать своему коллеге, что он знает.
Князь Цин – четвертый сын императора, сын Князя Тан. Его дядя по материнской линии – Мужун Хуа, который сейчас имеет огромное влияние и является самым любимым приближенным императора. Можно сказать, что он «подпольная императрица», если бы не его мужской пол, он бы уже давно был провозглашен императрицей. Его мать, по слухам, в те времена влюбилась в Князя Тан, применила к нему наркотик, чтобы зачать Князя Цина. Когда она рожала близнецов, она умерла вместе со своей дочерью.
Этот Князь Тан был самым популярным кандидатом в наследники престола. Положение Князя Цина было чрезвычайно высоким, даже выше, чем у поздних детей императора. В академии он был известен как маленький тиран, который никогда не посещал занятия. Неизвестно почему, в прошлом месяце в академию были направлены два ученика – близнецы. И теперь он вернулся в академию…
Те, кто поступает в академию, либо богаты, либо знатны. Эта девушка, будучи служанкой, обладала выдающейся внешностью. Можно предположить, что ее двоюродные сестры не хуже. Если из курятника вылетит золотой феникс, что тогда делать?
Бедные люди, внезапно разбогатев, всегда ведут себя надменно. Зачем связываться с этим бездельем?
Тем временем, Юй Чуньхуа и остальные спустились с горы и увидели жилой корпус. До боли знакомые многоэтажные дома стояли ровными рядами.
Академия Тянь И была элитной школой. Общежития представляли собой красивые шестиэтажные таунхаусы. Каждое здание имело шесть этажей, каждый этаж высотой 5 метров, с десятью комнатами, в каждой комнате жили два студента.
Здания были перестроены после восшествия на престол нынешнего императора. Вместо шестиэтажных общежитий, оставленных Императрицей Чжаомин, были построены более красивые и изысканные дуплексные общежития. Каждый студент мог также привезти с собой одного слугу.
В этот раз, когда она пришла в общежитие, ее встретили с необычайным радушием. Управляющая общежитием стояла рядом и, увидев ее, с улыбкой спросила: «Наконец-то вы пришли! Вы еще можете нести это? Мужчинам вход в женское общежитие воспрещен, я провожу девушку наверх.»
Двоюродный дядя то и дело кивал. Чуньхуа поднялась на третий этаж с управляющей: «Ваша сестра уже зарегистрировала вас. Если у вас возникнут какие-либо проблемы в будущем, просто обратитесь ко мне. Мне нужно проводить вас внутрь?»
— Нет, извините, вы заняты! — Чуньхуа то и дело качала головой, в голове у нее был целый ворох мыслей. Открыв дверь, она увидела, как в комнате сидела красавица, закинув ногу на ногу. Присмотревшись, она поняла, что это та самая девушка, которая дала ей пять золотых листочков в тот день, когда тайно навещала ее. Из-за ее красоты и денег, она запомнила ее навсегда.
— Привет? — Князь Цин, Ли Бэй, улыбнулась, обнажив ряд белых зубов, и тут же бросилась к Чуньхуа, прильнув своими нежными красными губками.
http://tl.rulate.ru/book/187708/18539155
Готово:
