Собравшиеся здесь хвараны не знали о сложных обстоятельствах, связывавших этих двоих.
Поэтому они восприняли слова Чахи за чистую монету.
После пророчества Верховной жрицы во всём Хварандо не было ни одного спокойного дня. Всех преследовало гнетущее чувство тревоги, ожидание того, что в любой момент может случиться нечто ужасное.
И вот в такой обстановке вернулся их духовный столп — Верховный Бессмертный. Он заявил, что на некоторое время останется в королевской столице и лично займётся делами, связанными с откровением Верховной жрицы.
Это было подобно лучу света, пробившемуся сквозь тьму.
С радостными лицами они окружили его.
— То, что Верховный Бессмертный вновь решил приложить усилия ради Хварандо... Государственный бессмертный тоже будет несказанно рад!
— Ах, точно.
Он заговорил так, будто только что что-то вспомнил:
— Раз уж мы об этом заговорили, знает ли Чинрим, что вы все здесь собрались?
Хвараны запнулись.
— А, нет...
— Тогда, может, вместе отправимся в Павильон Пхунрю?
Все невольно вздрогнули.
— Мы, пожалуй, пойдём!
Поспешно поклонившись, они начали расходиться. Это напоминало стаю птиц, разлетающуюся в разные стороны.
Когда все исчезли, на месте остались лишь трое.
Это были хвараны из Ордена Духа Белого Тигра.
Пэгон поспешил договорить то, что не успел ранее:
— Верховный Бессмертный, Сольён-ран с детства пережил немало невзгод, поэтому он не слишком доверяет незнакомцам. Если он порой и допускает бестактность, то это лишь от нехватки общительности...
— Дэран, нет, Пэгонран.
Сольён поспешно вмешался. Он встал между тремя старшими братьями и Чахой.
— Вот вещь, о которой я говорил в прошлый раз.
Когда он достал чистый сосуд, Пэгон удивился.
— Ах!
Он совсем забыл про Воду полководца.
— И как ты умудрился принести её в такой суматохе? Как наставник Чонгван так быстро её отдал?
Сольён бросил на него взгляд, моля ни о чём не спрашивать.
В его голове была лишь одна мысль: защитить трёх старших братьев от этого опасного человека. Он не хотел позволить им перекинуться с ним и словом.
Следя за Чахой взглядом хищника, он жестом велел братьям скорее уходить.
Чаха подыграл ему:
— Я всё понял, так что ступайте.
— Да. Тогда мы откланяемся.
Троица несколько раз оборачивалась. Казалось, они оставляют ребёнка на попечении чужого человека.
«Наш младший просто нелюдим, он вовсе не плохой. И уж точно не Бог бедствий».
Их глаза красноречиво говорили об этом.
Вскоре и они окончательно скрылись из виду.
Чаха пробормотал:
— Да что же с этим Пэгоном стало? Даже если бы младшенький пырнул меня ножом пару раз, он бы, наверное, сказал, что тот просто не умеет ладить с людьми.
Он сокрушённо покачал головой.
— Стоит связаться с таким злобным существом, и наживёшь себе проблем на три жизни: прошлую, настоящую и будущую. Вот посмотри. Только такой праведник, как Пэгон, может терпеть этого негодника, остальные же просто не справляются и попадают под его влияние.
Его голос был слишком громким для простого бормотания под нос.
Сольён молча сверлил его взглядом. Даже когда их глаза встретились, Чаха не смутился.
— В любом случае, разве я был не прав? Одним лишь притворным кашлем я заставил этих шумных хваранов замереть.
— ...
— Почему ты молчишь? Неужели услышанное так тебя поразило? До сих пор не можешь в это поверить?
— Нет, — отозвался Сольён.
— Теперь, когда я знаю, кто ты, я скорее начинаю понимать. Говорят, в конце концов ты в одиночку одолел Бога Великого бедствия. Столкнуться не с обычным злым духом, а с таким могущественным божеством... — он на мгновение замолчал, мельком взглянув на скрытую в Чахе порочную Демоническую энергию. — Подобный опыт меняет душу. Каким бы сильным и праведным ни был человек, он не может остаться прежним. Вполне естественно, что внутри что-то надломилось.
Выражение лица Чахи стало странным. Невозможно было понять, о чём он думает, но это было и не важно.
— Меня интересует не это. А то, зачем ты всё это затеял со мной?
Сольён холодно допрашивал его:
— Как я уже сказал, я и сам не знаю, как мне удалось напасть на тебя. И повторить я этого не смогу. Но если тебя это так беспокоит, не проще ли было просто убить меня? То, что ты продолжаешь таскаться за мной и досаждать, означает, что у тебя есть иная, истинная цель.
— ...
Чаха на мгновение замолчал, а затем разразился смехом.
— И ты выдаёшь это с таким видом, будто совершил великое умозаключение...
— Что?
— Конечно, у меня есть иная цель! Ради неё я, превозмогая скуку, притащился за тобой в королевскую столицу и распинался перед теми хваранами.
Он заявил это с полнейшей уверенностью.
— Теперь, даже если я брошу все дела и буду ходить за тобой по пятам, никто не сочтёт это странным. Напротив, все скажут, что Верховный Бессмертный так сильно печётся обо всём Хварандо. Можно сказать, я отлично подготовил почву.
Похвалив себя, он добавил:
— Ты прав. После встречи с таким ужасным божеством невозможно не измениться. Пока я противостоял Богу Великого бедствия, в моём сердце пустил ростки Внутренний демон, и в итоге я сошёл на Путь демонов.
— Ты, кажется, очень этим гордишься?
— Горжусь ли я? Ну, не знаю. Для нас, последователей Пути демонов, ничто не имеет значения. Единственное, что важно — это сила. То, как заполучить в свои руки ещё больше мощи.
Затем он мельком взглянул на Сольёна.
Его взгляд оценивал его, словно товар при покупке.
При этом взгляде в голове Сольёна вспыхнула догадка. Под защитой Ордена Духа Белого Тигра он на время позабыл об этом. О том, сколько опасностей подстерегало его в те времена, когда он жил среди призраков.
Глаза Сольёна гневно сверкнули.
— Неужели моё...
В этот момент Чаха внезапно схватился за Лазурный меч.
Духовная энергия стремительно потекла по клинку. Лазурное сияние мгновенно сконцентрировалось в руке Чахи. Смешиваясь с его золотистой Духовной энергией, оно вспыхнуло ярко, словно белоснежное пламя.
Это была невероятная мощь.
— И всё-таки... — Чаха удовлетворённо кивнул. — Я почувствовал это ещё тогда, когда отобрал этот меч. Редкая Духовная сила. Слишком ценная для какого-то рядового хварана.
Сольён был возмущен, но первым делом выхватил меч обратно.
— Синяя Радуга! Ты ведь духовный меч, почему ты так безвольно замерла? Зная, что перед тобой адепт Пути демонов!
Отчитав меч, он снова впился взглядом в Чаху.
— Какой в этом смысл? Даже если ты похитишь Духовную энергию, это лишь временно, она быстро рассеется.
— Думаешь, я этого не знаю? — с издевкой произнёс Чаха. — Разумеется, нужно забирать саму Духовную силу. Ту, что дана тебе от рождения и которую ты упорно копил тренировками.
— И ты думаешь, это возможно?
— Можно использовать Запретное искусство кровавого поглощения духов. Метод, при котором после того, как дыхание прервётся, но до того, как душа покинет плоть, поочерёдно выжимаются все энергетические каналы и поглощается изначальная энергия.
«...!»
Сольён едва не выдал своего смятения.
Этот человек не просто болтал. Он действительно обладал глубокими знаниями о различных запретных техниках.
Сольён холодно произнёс:
— Думаешь, ты первый из подобных отбросов, кто пытается проделать нечто подобное? Но ни у кого не вышло. Напротив, все они пали от моей руки, и от них не осталось даже косточки.
Однако этот человек был по-настоящему силен. Несмотря на напускное хладнокровие, Сольён не мог не чувствовать исходящую от него угрозу.
— Если ты убьёшь меня, я наполню каждый свой канал предсмертной обидой. Ты поглотишь мою ненависть вместе с Духовной силой. Она станет мощным проклятием и отомстит тебе. Каждый раз, когда ты попытаешься применить силу, ты будешь чувствовать такую боль, будто всё твоё тело кусок за куском режут тупым ножом. Ты не сможешь даже ложку удержать и в конце концов умрёшь в муках, когда твои конечности скрутит судорогой.
Лицо Сольёна в этот момент было полно ледяной энергии призраков. Казалось, в каждом слове заключено кровавое проклятие, от которого даже у самого храброго человека побежали бы мурашки по коже.
Но Чаха остался невозмутим.
— Я так и думал, что ты это скажешь.
Он взглянул на Сольёна со зловещей улыбкой.
— Тогда в древней гробнице, когда я собирался убить тебя, я видел, что даже когда ты через силу преклонял колена, твои глаза были полны таких злобных мыслей. В тот момент я понял: «Этот тип опаснее ядовитой змеи, если убью его лично — навлеку на себя беду. Здесь нужен план с убийством чужим мечом».
Затем он добавил:
— К счастью, нужно лишь немного подождать, и всё свершится само собой.
— Что?
Это не было похоже на пустую угрозу. Несмотря на гнев, Сольён не мог не переспросить:
— Ты хочешь сказать, что я скоро умру? Почему?
— Я про то дело, за которое ты взялся. «Чтобы доказать, что я не Бог бедствий, способный погубить страну, я в одиночку расследую этот сверхъестественный инцидент». Как я уже говорил, забавная затея. Но это верный способ поскорее отправиться на тот свет.
— Почему?
— Потому что ты упускаешь из виду один очень важный факт.
Сольён запнулся.
— Наверняка просто болтаешь, что в голову взбредёт. Чтобы вывести меня из равновесия.
— Думай как хочешь, — непринужденно парировал Чаха.
«Мне не нужно его слушать», — подумал Сольён.
Однако слова этого человека, подобно оковам, впивались в его разум. Ведь он и сам это чувствовал. С тех пор как он услышал пророчество Верховной жрицы, его не покидало ощущение, будто он бредёт в густом тумане.
В конце концов Сольён снова заговорил:
— И что же это? Что именно я упускаю?
Но Чаха лишь усмехнулся в ответ.
— Я что, дурак? Стал бы я тебе это рассказывать?
— Что?..
Сольён был ошарашен.
— Если ты не собирался рассказывать, зачем вообще завёл об этом речь?
— А это уже моё дело.
Чаха резко развернулся. Казалось, он больше не желает продолжать разговор. Он стремительно удалился, словно и вправду встретил проблему, преследующую его три жизни.
В душе Сольёна вскипела обида.
«Ах ты вот как заговорил...»
Но у него тоже был план. Он немедленно покинул Керим и скрытно направился на восток от королевской столицы.
У подножия горы Тохамсан было заброшенное кладбище, о котором знал только он. Убедившись, что вокруг никого нет, он начал копать.
Спустя долгое время лопата наткнулась на что-то твёрдое. Это был небольшой каменный ларец. Расчистив землю, Сольён вытащил его.
Крышка была запечатана талисманом. Влив Духовную энергию, он сорвал печать и открыл ящик. Развернув промасленную ткань, он увидел ещё один свёрток с наклеенным талисманом и иероглифом «Печать».
Сольён взял его в руки. Нефриты глухо ударились друг о друга. Звук был едва слышным, но окружающая энергия Инь пришла в движение.
В свёртке находилась вещь, за которой охотились бы все йома и злобные души на этой земле. Он спрятал её, чтобы воспользоваться в случае великой беды... И этот момент настал.
Вокруг пологого могильного холма густо росли деревья. Гробница короля Чинпхёна.
Если пройти за заднюю часть усыпальницы старого короля, можно было найти место, где собирались любители игры в бадук. Жители королевской столицы называли его «Дом черного и белого».
Этот Дом черного и белого делился на залы в зависимости от мастерства игроков: Зал Обычных Людей, Зал Странных Людей, Зал Бессмертных и Зал Небожителей.
Сольён вошёл в самый высший из них — Зал Небожителей.
Каждое место для игры было отгорожено ширмами. Посреди стола тоже висела занавесь, так что лиц противников не было видно — только руки, делающие ходы. В самом центре находилось место Мастера.
Это был лучший игрок, одержавший больше всего побед в Зале Небожителей на данный момент.
Сольён подошёл и сел там. Запустив руку за пазуху, он достал одну из вещей, выкопанных у подножия горы Тохамсан. Тонкая нефритовая трубка.
Вместо камня для бадука Сольён положил её на каменную доску. Это означало просьбу о поручении.
Из-за ширмы показалась рука. Она взяла нефрит, изучила его и пробормотала:
— Ритуальный нефрит?
Как и ожидалось, Мастер сразу всё понял. В этом Зале Небожителей было немало существ, не являющихся людьми. Они играли в бадук или принимали подобные заказы. Мастер был одним из них.
Он тут же задал вопрос:
— Откуда он у тебя?
— Подобрал в детстве в одной могиле. Кажется, там была похоронена знаменитая древняя шаманка, — ответил Сольён.
Ритуальный нефрит — это нефрит, которым закрывали девять отверстий в теле покойного. Он служил для того, чтобы жизненная энергия не покидала плоть. Естественно, со временем он впитывал энергию умершего.
Сама по себе эта вещь была необычной, а уж если она принадлежала прославленной шаманке...
Казалось, предмет очень пришёлся по душе собеседнику. Дребезжащим голосом он спросил:
— О каком предмете ты хочешь собрать сведения?
— Его нет.
— Нет?
— Он был уничтожен, — сказал Сольён. — Около десяти лет назад я отобрал его у одного даоса. На кусочке дерева были начертаны знаки, это походило на деревянные планки.
— И?
— Вещь обладала свойством ненавидеть всё порочное и атаковать демонов. Она не имела отношения ни к пути бессмертных, ни к буддизму, ни к тайным учениям, и в ней не было небесной энергии. Можно ли провести расследование, основываясь на этих уликах? Я хочу знать, что это было.
Мастер замолчал. Похоже, задача казалась ему непростой. Однако он явно не мог заставить себя отказаться от Ритуального нефрита, предложенного Сольёном.
— Могу я взглянуть на то, как выглядели те деревянные планки?
Мастер достал круглое бронзовое зеркало и протянул его.
Приложив палец к поверхности зеркала, Сольён мысленно вызвал образ деревянного обломка. На гладкой бронзе проступило изображение.
— Хорошо, — сказал Мастер. — Я принимаю заказ.
— Сколько это займёт времени?
— Не знаю. Потребуется время.
Сольён был немного разочарован. Информация была нужна ему как можно скорее. Он достал из-за пазухи ещё один нефрит и положил его перед собой.
— Вообще-то, у меня есть ещё один Ритуальный нефрит. Если узнаешь всё в течение пяти дней, я отдам и его.
Мастер надолго задумался и наконец произнёс:
— Семь дней.
В итоге они сошлись на этом сроке.
Сольён покинул Дом черного и белого.
«Это займёт больше времени, чем я думал».
Слова Чахи снова всплыли в памяти, сковывая его.
— Потому что ты упускаешь из виду один очень важный факт.
Сольён крепко сжал кулаки. Как заставить его заговорить?
Другого выхода не было.
«У него наверняка есть ещё какая-то слабость. Я её обязательно найду».
http://tl.rulate.ru/book/185502/18224544
