Дион и Ринин жили в одном из небольших посёлков, построенных рядом с птицефермой и консервным заводом. В этой деревушке было около двадцати домов для рабочих, и ради них Дион открыл небольшую лавку всякой всячины.
Поскольку лавкой пользовались только рабочие, прибыли она не приносила. Дион создал её для удобства людей и не особо заботился о доходе. В этом магазине продавали книги, фрукты, которые можно было достать в округе, медикаменты, одежду и прочие товары первой необходимости. Дион спроектировал его, вдохновившись гипермаркетами, которые видел в своей прошлой жизни, и это место оказалось чрезвычайно удобным. Сам Дион тоже покупал там всё необходимое.
Так Дион и жил, управляя птицефермой. По его планам, чтобы начать полноценное производство куриного мяса, требовался год. Если за это время значительно увеличить поголовье, то в течение года можно будет выращивать более ста тысяч кур. К концу первого года те самые первые куры, с которых началось увеличение стада, будут забиты и пойдут на продажу в виде консервов.
На самом деле консервирование можно было использовать не только для курятины, но Дион не делал этого, чтобы не вступать в конкуренцию с другими. Можно сказать, он хотел создать и занять пустующую нишу на ещё не существующем рынке.
Для этого он разработал несколько видов куриных консервов: соленые, копченые и в маринаде. Всё для того, чтобы можно было просто открыть крышку и сразу приступить к еде. Поголовье кур на птицеферме продолжало расти, и консервный завод тоже расширялся.
Целью Диона было наладить сбыт куриных консервов по всему королевству Пахас, чтобы каждый житель страны мог позволить себе мясо. Поэтому он установил на консервы очень низкую цену — почти в пять раз дешевле обычного куриного мяса. В будущем он планировал снизить стоимость до одной десятой рыночной цены курицы; это и был его путь к массовому производству, массовому распределению и массовым продажам.
В последнее время количество неоплодотворенных яиц, получаемых при разведении кур, возросло до невероятных масштабов, и доход от их продажи стал весьма значительным. Было просто поразительно, что выручка от яиц покрывала почти половину расходов на содержание птицефермы.
Массовую продажу яиц поручили торговой гильдии Лайка, обладавшей статусом привилегированной торговой группы. Для торговой гильдии Лайка возможность регулярно торговать продуктом, на который всегда есть спрос, стала огромной удачей. Рацион жителей Вулфтиса, ближайшего к ним города, начал постепенно меняться благодаря массовым поставкам дешевых и питательных яиц.
Цена на яйца с каждым месяцем становилась всё ниже. Это происходило как из-за роста числа кур и, соответственно, количества яиц, так и потому, что Дион сам регулировал стоимость. Понадобилось всего три месяца, чтобы яйца прочно вошли в быт жителей Вулфтиса. Когда зима сменилась весной, люди уже ели блюда из яиц на завтрак, обед и ужин: хлеб с добавлением яиц, яичницу, жареные и вареные яйца.
В этом мире яйца — продукт, который редко попадает на стол простого человека. Но теперь, по крайней мере в Вулфтисе, они стали едой, которую мог позволить себе каждый. Спустя некоторое время яйца начали продавать и в других поселениях и городах за пределами Вулфтиса.
Кое-кто видел яйца впервые в жизни. В деревнях, где не разводили кур или тороксов, людям просто негде было их взять. Одно лишь появление яиц в массовой продаже сделало земли Лайканс более оживленными, а в сердцах людей поселилось спокойствие.
Скорбь по погибшим близким стала для них горькой памятью, но и движущей силой, чтобы продолжать жить; люди снова начали бодро обустраивать свой быт. Вкусная еда действительно обладает особой силой — разве она не смягчает сердца и не дарит ощущение счастья? И хотя атмосфера в землях Лайканс не изменилась по мановению волшебной палочки, ситуация явно становилась лучше.
Во всем этом процессе Дион использовал имя Эндиона. Он пустил слух, что все эти начинания организованы по инициативе нынешнего лорда, Эндиона. Торговая гильдия Лайка, отвечавшая за сбыт, взяла на себя распространение этих слухов, и вскоре жители земель прониклись к Эндиону глубокой симпатией. По просьбе Диона гильдия даже наняла специальных людей, чтобы те подогревали интерес к новостям. Это стало поводом для всех жителей земель Лайканс признать Эндиона своим истинным правителем.
Пришла весна, настало время сева.
Пока Дион отдавал все силы птицеферме, Энсирион с товарищами, а также солдаты и люди из семьи виконта Лайканс сосредоточились на восстановлении разоренных полей. Однако эту работу пришлось ненадолго прервать. Перед началом посевной нужно было провести похороны бывшего виконта Энрада — прежнего лорда и отца Энсириона и Эндиона.
— Даруй ему покой во имя Своё.
Похоронную церемонию возглавил Харейон. В его голосе таилась странная сила: услышав этот прекрасный тембр, люди погружались в глубокое молчание, отдаваясь скорби.
В голосе Харейона, в жилах которого текла кровь мермейдов — морского народа, более известного как русалки, — жила мана, способная очаровывать людей. Если бы божественная сила Хадельавурда, в которого он верил, не нейтрализовала эту ману и не превращала её в ещё более прекрасное звучание, люди, едва услышав голос Харейона, в безумии бросились бы к нему, желая им завладеть.
Его суровая молитва не дурманила разум, но обладала силой трогать сердца. Спустя некоторое время церемония подошла к концу. Вперёд вышел Энсирион. Его лицо, как и всегда, было суровым.
Но вопреки внешнему спокойствию, на душе у него было неспокойно. После встречи с Дионом его младший брат какое-то время не выходил из комнаты, выглядя так, словно лишился души. Он больше не смотрел на брата с прежним страхом, но казался отрешённым и не проявлял интереса ни к чему. Энсирион догадывался, что Дион что-то сделал, но на все вопросы Эндион хранил молчание.
Решив, что если не отвечает Эндион, надо спросить у Диона, Энсирион так и поступил, но и от него не добился внятного ответа. Дион лишь сказал, что это «боли роста» и не стоит слишком беспокоиться. С этими тяжелыми мыслями Энсирион заговорил. Сейчас у него была другая важная задача.
— Наш отец скончался, и наследование рода, согласно его воле, переходит не ко мне, Энсириону, а к моему младшему брату, Эндиону.
При этом объявлении вассалы и знатные люди земель в глубокой тишине воззрились на Энсириона.
— Это совершается согласно законным обычаям нашей священной семьи, и если кто-то не согласен — пусть выйдет вперёд и скрестит со мной мечи.
В ответ на этот холодный и резкий голос никто не посмел возразить.
— Эндион, подойди.
Эндион встал перед Энсирионом. Глядя в его пустые, лишенные жизненной силы глаза, Энсирион почувствовал горечь. Он не мог понять, что же лучше: прежний брат, дрожащий от страха и умоляющий забрать титул себе, или нынешний.
— Этот меч — меч семьи Лайканс. От лица отца я, Энсирион, передаю его Эндиону. Да пребудет слава с семьей Лайканс!
Наполнив голос маной, он провозгласил это и вручил меч брату. Эндион, соблюдая этикет, преклонил колено и принял оружие. Затем он повернулся к присутствующим, обнажил клинок и объявил:
— Я, Эндион, как законный наследник, принимаю бразды правления семьей.
В его голосе не было прежней силы, но и страха больше не чувствовалось. Энсирион был недоволен, но промолчал.
— Слава землям Лайканс!
— Да живет семья Лайканс вечно!
Толпа рукоплескала и выкрикивала приветствия. Так завершились похороны и церемония наследования титула виконта. После последовал скромный пир, за которым Энсирион наблюдал с тяжелым сердцем. Внезапно в углу он заметил Диона, стоявшего вместе с Ринин, и направился к ним.
— Дион, ты здесь?
— Здравствуйте, Энсирион, — поприветствовал его Дион своим привычным безучастным голосом. Сочетание этого сухого тона и манеры говорить, присущей обычному человеку, делало этого красивого юношу непохожим на всех остальных.
— Что ты с ним сделал?
— Тот же вопрос, что и в прошлый раз, — Дион слегка нахмурился в ответ на слова Энсириона.
— Я лишь заставил его взглянуть в глаза тому, от чего он пытался сбежать. Думаю, эффект есть... или нет?
— Ты перегнул палку.
— Ну, никто не знает, было ли это лишним. А может, это вы, Энсирион, слишком его опекали?
— Ты не понимаешь. Совсем ничего не понимаешь.
— Это я уже слышал от Эндиона... Но тогда позвольте спросить в ответ: а насколько хорошо вы сами знаете Эндиона?
Вопрос Диона попал в самую цель.
— Брат, которого вы не видели несколько лет... Остался ли он прежним или стал ещё хуже? Ответ очевиден, стоит лишь взглянуть на него.
Сказав это, Дион поднял стакан и отпил воды. Вассалы и гости подходили к Эндиону, радостно приветствуя его. Но Эндион принимал их с тем же отрешенным видом, что был у Диона.
— Дион, ты...
— Энсирион, кто на самом деле сейчас нужен вашему брату? Подумайте о том, что такое семья. И о том, что должны сделать вы.
С этими словами Дион взял Ринин за руку и пошел прочь. Вскоре он уже о чем-то шумно беседовал с Вендритом и Сайроном. Глядя на своих товарищей, Энсирион незаметно для всех тяжело вздохнул. В груди у него щемило от неопределенности.
После церемонии наследования не потребовалось много времени, чтобы получить официальное подтверждение от короля через магическую связь. Эндион, младший брат Энсириона, стал юным лордом, а Энсирион, как старший брат, остался в землях в качестве регента, чтобы управлять делами, пока Эндион не достигнет совершеннолетия.
Пять месяцев с основания птицефермы. Земли Лайканс, где все силы были брошены на восстановление разоренных полей и посевную, теперь могли вдоволь наесться дешевыми яйцами.
http://tl.rulate.ru/book/185474/18218513
Готово:
