Готовый перевод Gourmet: Kindergarten Chef, Parents Won't Leave / Бог кулинарии в детском саду: за моей едой очередь из родителей: Глава 25: Хм! Мужчины — вот настоящий камень преткновения для сестринской дружбы

...

У Су Бинъюнь начала болеть голова. Её вчерашнее предчувствие уже вовсю сбывалось.

Едва она пригласила Учителя Линя на должность шеф–повара, как внутри у неё всплыло ощущение: «С нашим садиком точно начнёт твориться что–то яркое».

Но она и представить не могла, что всё закрутится настолько быстро.

С раннего утра, как только родители озвучили просьбу остаться на обед вместе с детьми, Су Бинъюнь аккуратно, между делом, стала выяснять у них причины. Было очевидно: если вчера не случилось чего–то особенного, сегодня никто бы массово не ломился в сад на дегустацию.

Родители охотно поделились: один за другим они пересказали ей, что вчера происходило дома.

Выслушав, она на мгновение остолбенела — на холодном, сдержанном лице появилось настоящее изумление.

Она никак не ожидала, что сегодняшние малыши окажутся настолько…

Ну… своеобразными?

Пусть будет так.

Правильного слова для этой стаи маленьких «особенных» у неё пока просто не нашлось.

Сначала дети вернулись домой и в один голос забраковали ужин, приготовленный родителями. Потом — с рассветом сами подорвались в сад, таща за собой сонных взрослых.

После всего этого было бы странно, если бы родители не пришли лично посмотреть, кто же там такой, этот новый повар.

Оказалось, один его обед сумел устроить фурор сразу в десятках семей.

Впрочем, стоило ей вспомнить вкус вчерашних «Драконьих глаз», как удивление сменилось тихим пониманием.

В возрасте их малышей две вещи занимают почти всё пространство мира — игра и еда. Попробовав что–то по–настоящему выдающееся, они просто не могли вести себя «как обычно».

Разобравшись в причинах, Су Бинъюнь успокоилась. Теперь ей оставалось только дождаться появления самого виновника переполоха.

Но подвох заключался в том, что вчера она сама пообещала Учителю Линю свободный график: «Приходи как хочешь, главное — обед не сорви».

Она уже несколько раз пыталась дозвониться, но трубку никто не брал. Это поневоле навевало тревожные мысли: «А вдруг он всё ещё сладко спит и даже не предполагает, что его сегодня ждёт?»

С каждым часом Су Бинъюнь всё больше напоминала жену, которая нервно ждёт, когда муж наконец вернётся домой. Она то и дело подходила к окну и всматривалась во двор, надеясь увидеть знакомую фигуру.

Время тянулось мучительно долго. И вот, наконец, её ожидание было вознаграждено: Учитель Линь, толкая перед собой свой мотоцикл, въехал на территорию «Весны».

Увидев его, Су Бинъюнь невольно выдохнула и почувствовала, как с души сваливается камень. Она вернулась за стол и приготовилась встретить его в своём кабинете.

Но просчиталась.

По дороге Линя перехватила Чжоу Вэнь и увела к себе.

Ощущение было таким, словно жена, весь день ждавшая мужа, в итоге узнаёт, что тот первым делом завернул не к ней, а в комнату наложницы.

На секунду Су Бинъюнь показалось, что её статус поставили под сомнение.

И даже если «соперницей» числится лучшая подруга, это всё равно не повод расслабляться.

— Ах–ах–ах!

— Проклятый Линь Сюань, ты вообще помнишь, кто в этом садике главный?!

— До чего же злит!

В этот момент от её обычного ледяного облика не осталось и следа. Грудь под деловой блузкой тяжело вздымалась, она схватила со стола стакан и одним глотком осушила больше половины.

Кисло–сладкий вкус тут же вернул ей ясность.

Глядя на остатки боярышникового морса, Су Бинъюнь сделала долгий выдох, успокоилась и решительно вышла из кабинета.

Она собиралась лично отобрать Учителя Линя обратно у Чжоу Вэнь.

«Хм! Обычная, с виду непримечательная девчонка против моего 36D–калибра? Это всё равно что мошка против дуба. Даже смешно».

С этой мыслью, источая почти осязаемое «боевое поле», она зашагала к кабинету завхоза. Дверь даже не подумала постучать — просто распахнула и вошла.

Чжоу Вэнь, увидев её, радостно вскинула руку:

— Юнь–цзе! Мы как раз с Линь–ге собирались идти к тебе. А ты сама пришла!

— Вот что значит настоящая напарница, мы с тобой на одной волне!

Су Бинъюнь на секунду застыла.

Её тщательно взлелеянная обида рассыпалась в прах. Всё раздражение, которое она копила по пути, смыло волнением стыда: выходит, она сама чуть было не заподозрила собственную подругу из–за какого–то мужчины.

Она негромко откашлялась, маскируя неловкость:

— Учитель Линь, ты уже в курсе, что происходит?

— Нам нужно будет подготовить к обеду ещё около пятидесяти порций взрослого меню. Справишься?

Учитель Линь ещё не успел открыть рот, как Чжоу Вэнь уже обозначила его позицию:

— Не волнуйся, Бинъюнь–цзе!

— Линь–ге же у нас будущий кулинарный бог. Такая мелочь его вообще не напугает!

— Он только что говорил, что на сегодня планирует одну мясную и одну овощную новинку, верно, наш великий шеф?

С этими словами она показала Линю забавную гримасу.

Взгляд Су Бинъюнь тут же скользнул к нему. В глазах, помимо деловой сосредоточенности, читалось и явно не скрываемое ожидание.

Под перекрёстным прицелом двух пар глаз Учитель Линь медленно покачал головой.

У обеих в груди кольнуло.

Чжоу Вэнь тут же всполошилась:

— Линь Сюань, ты…

Он не дал ей договорить:

— То, что только что озвучила наш великий завхоз, — это был мой первоначальный план.

— Сейчас меню выглядит так: основа — «Драконьи глаза»; два блюда — свиные кусочки в сахарно–уксусной глазури «Хрустальный гулао–жоу» и обжаренная по–сухому зелень «Цянь–цайсин»; и суп — тофу «Вэньсы» с тончайшей нарезкой.

Напряжение в комнате спало мгновенно.

Обе женщины синхронно выдохнули — только что они уже мысленно успели представить, как шеф сдаётся под натиском требовательных родителей.

— Хорошо, так и сделаем!

— Но прежде чем браться за блюда, мне нужно, чтобы ты снова сварил большую бочку боярышникового морса.

— Снаружи полно родителей, желающих понять, какой такой секретный напиток заставил их детей забыть о газировке.

— Чуть позже я приведу несколько преподавателей, мы поможем на кухне, чтобы всё успеть вовремя и без накладок.

Су Бинъюнь поставила окончательную точку в обсуждении.

И правда, плюс пятьдесят взрослых порций — это почти двукратное увеличение объёма. В её картине мира логично было бросить на подмогу все свободные руки, чтобы не перегружать шефа.

Линь уже набрал воздуха, чтобы сказать: «Если честно, толку от вас на кухне будет немного», — но, взглянув на искренность и готовность в её глазах, проглотил слова.

В конце концов, когда люди искренне хотят помочь, ты не тыкаешь их носом в их бесполезность.

Учитель Линь мог быть сколько угодно чудаковатым, но уж точно не дураком.

http://tl.rulate.ru/book/185038/18310708