— Плохо! Это призрачные мертвецы! Всем вместе, быстрее покончим с ними!
Вэй Хаоянь выкрикнул, ученики Секты Цинся, поколебавшись мгновение, ринулись вперёд, размахивая мечами, копьями и секирами.
Но было заметно, что они действуют скованно, атаки выходили вялыми и слабыми — словно каждый думал лишь о том, как сохранить свою шкуру.
Гу Хуоцзинь же стоял поодаль недвижимо, будто и не собирался вмешиваться.
Призрачные мертвецы — ни живы, ни мертвы, не ведают боли. Пусть движения их медленны, но смертоносность чрезвычайно высока: стоит их когтям задеть человека, как тот заражается трупным ядом и через полчаса сгнивает заживо.
В пылу боя ученики то и дело отступали. Вэй Хаоянь, заметив это, рявкнул:
— Быстро заканчивайте, а то привлечёте ещё больше мертвецов! Кто осмелится отступить — пеняйте на себя!
Сказано было складно, однако сам он не рвался в первую линию — явно тоже побаивался.
Но под страхом его гнева ученикам пришлось лезть вперёд. Вскоре они зарубили трёх мертвецов, однако двое учеников получили ранения — когти мертвецов оставили на них кровавые следы.
В отчаянной попытке те тут же отсекли себе поражённые участки тела.
Однако из-за того, что Вэй Хаоянь не сводил с них глаз, эти двое не могли отступить и, стиснув зубы, продолжали сражаться.
Постепенно, совместными усилиями Секты Цинся, из двенадцати мертвецов осталось только два.
И когда они пошли в последнюю атаку, чтобы прикончить и этих двоих, из пещерного отверстия вдруг вырвалась новая толпа мертвецов.
Навскидку — семнадцать или восемнадцать, куда больше прежнего!
Ученики Секты Цинся и так уже пали духом, а тут у некоторых от страха подкосились ноги, и они едва удерживали оружие.
Так что вскоре они оказались в меньшинстве.
Вэй Хаоянь, отбиваясь и отступая, сквозь зубы процедил:
— Мы больше не выдержим! Прошу даоса помочь!
Гу Хуоцзинь холодно глянул на всех:
— Ничтожества! Я не собираюсь тратить силы на этих тварей! Если вы не можете справиться даже с такой мелочью, какой от вас прок?
Он всё так же стоял на месте, даже не думая вмешиваться.
Члены Секты Цинся затаили обиду, но смолчали — ведь Гу Хуоцзинь был прав.
Им пришлось, стиснув зубы, лезть вперёд, ввязываясь в жестокую битву с ордой мертвецов.
Время тянулось медленно. Один за другим ученики получали царапины от мертвецов, а некоторых задели по жизненно важным местам, и они лишились жизни.
Цена была высока, но в конце концов они перебили этих не ведающих боли тварей.
Было двадцать три человека — осталось восемнадцать. У выживших почти у каждого были отрублены руки или ноги, многие тяжело ранены.
— Старший брат Вэй, наша культивация так низка, неужели мы и правда войдём в Центральную Запретную Зону? Мы ещё даже не вошли, а уже пятеро братьев погибли. Если войдём, боюсь, нам не вернуться! — не выдержал один ученик, голос его звучал подавленно.
Не только он — даже у Вэй Хаояня настроение было тяжёлым. Он, конечно, не слишком заботился о жизни младших братьев, но собственная жизнь была ему дорога!
Награда от Секты Тайхао важна, но с жизнью её не сравнить — это он понимал.
Поколебавшись, он вдруг повернулся к Гу Хуоцзиню и сказал:
— Даос, наша культивация низка, а теперь мы ещё и тяжело ранены. Боюсь, мы не сможем войти с тобой в Центральную Запретную Зону!
Выражение лица Гу Хуоцзиня мгновенно похолодело:
— Вы что, осмеливаетесь ослушаться приказа?!
Вэй Хаоянь стиснул зубы:
— У даоса глубокая культивация, при тебе наверняка есть спасительные козыри. Но мы и вправду не хотим здесь погибнуть!
Почувствовав, что ситуация накаляется, Гу Хуоцзинь на мгновение задумался и немного смягчил тон:
— Я обещаю: как только войдём в зону Центральной Запретной Зоны, я сам разберусь со всеми мертвецами и тварями. От вас требуется лишь искать для меня Трёхцветные Камни.
Вэй Хаоянь заколебался.
Видя это, Гу Хуоцзинь равнодушно добавил:
— Когда дело будет сделано, Секта Тайхао издаст приказ, чтобы тебя готовили как следующего главу Секты Цинся, а все присутствующие получат множество ресурсов. Кроме того, я лично выдам вам несколько эликсиров прорыва.
Эликсиры прорыва?!
Лицом к лицу с такой щедрой наградой, сердца учеников Секты Цинся забились быстрее.
Ведь это же драгоценные эликсиры прорыва!
Достаточно принять один — и шанс на прорыв увеличится на сорок процентов!
Они сражались и умирали за секту — разве не ради того, чтобы получить больше ресурсов?
А ресурсы — это не для того ли, чтобы повысить культивацию?
Теперь, когда им посулили эликсиры прорыва, они, конечно, не упустят такой шанс!
особенно Вэй Хаоянь. Услышав, что его будут готовить в следующие главы Секты Цинся, он потерял голову от радости и тут же согласился.
— Раз даос так раскошелился, мы уж рискнём жизнью, составим тебе компанию! — заявил он.
Остальные ученики тоже наперебой выразили согласие, словно в них впрыснули петушиной крови — прежняя апатия исчезла без следа.
Гу Хуоцзинь, заметив это, чуть приподнял уголки губ — на лице появилась едва уловимая усмешка, после чего он повёл их в Центральную Запретную Зону.
Едва они вошли, как все почувствовали неладное.
Гу Хуоцзинь взглянул на Меч Цинсюань в своей руке, на лице застыла едва заметная задумчивость. Мгновение назад он явственно ощутил, как меч слегка дрогнул — словно в Центральной Запретной Зоне было нечто, что притягивало его.
Вэй Хаоянь тем временем достал сигнальный жетон, но сколько ни пытался — не мог его активировать для передачи сообщения.
— Скверно! Здесь, похоже, есть какая-то сила, блокирующая передачу сигналов!
Гу Хуоцзинь скользнул по нему взглядом, в душе ликуя, но на лице сохранял бесстрастность:
— Подумаешь, нельзя передать сигнал. Со мной не о чем беспокоиться!
С этими словами он первым шагнул вперёд.
Ученикам Секты Цинся пришлось, скрепя сердце, следовать за ним. Но вокруг становилось всё темнее — хоть глаз выколи, — так что они достали дешёвые светящиеся жемчужины и, пользуясь их тусклым светом, медленно двинулись дальше.
Вскоре они наткнулись на толпу спящих призрачных мертвецов. Те стояли неподвижно, словно каменные изваяния, но их звериные морды всё равно внушали ужас.
Сотни этих тварей, плотно стоящих друг к другу, источали жуткий трупный смрад; каждый из них как минимум был на уровне Великого Совершенства Духовного Покоя!
Даже Гу Хуоцзинь почувствовал лёгкий трепет.
Что будет, если все они проснутся?
Он уже с нетерпением ждал этого!
Кроме мертвецов, вокруг всё было заполнено странным чёрным туманом. Он не только мешал духовному восприятию, но и вызывал сильный дискомфорт.
Впрочем, все заранее приняли противоядия, поэтому влияние было невелико и почти не сковывало движений.
Но они знали: если задержаться здесь надолго, даже самое лучшее противоядие не поможет.
— Ищите Трёхцветные Камни врассыпную. Аккуратнее — ни в коем случае не разбудите эту нечисть, — как можно тише приказал Гу Хуоцзинь.
Хотя сердца их полнились страхом, они уже зашли так далеко — отступать было некуда. Поэтому они начали осторожные поиски.
Каждый шаг был предельно осторожным, лёгким — даже вор пробирался бы с меньшей опаской!
Но тут внезапно раздался звонкий крик меча — грозная мощь клинка, словно тучи, застилающие небо, обрушилась на всё вокруг.
Грохот!
В тот же миг взметнулась пыль, полетели каменные осколки.
Вэй Хаоянь не выдержал:
— Даос, что ты делаешь?! Ты хочешь разбудить этих тварей?!
Гу Хуоцзинь мягко улыбнулся:
— Ты угадал!
Едва он произнёс эти слова, спящие мертвецы зашевелились — и пробудились.
А сам Гу Хуоцзинь исчез из виду самым странным образом — только крохотная пылинка упала на землю. Но разве их слабое духовное восприятие могло заметить такую мелочь?
Секта Цинся остолбенела, однако Вэй Хаоянь быстро опомнился и закричал:
— Нас обманули! Бежим!
Но едва он обернулся, как увидел прямо перед собой призрачного мертвеца на уровне Великого Совершенства Духовного Покоя — тот загородил путь к отступлению.
На лице Вэй Хаояня мгновенно отразился ужас, он задрожал всем телом.
То же самое произошло и с остальными учениками Секты Цинся — они уже забрались в самое сердце логова мертвецов, и как бы ни хотели уйти, не могли прорвать окружение.
Один за другим, под вопли агонии, они гибли. Некоторых мертвецы пожирали заживо, и те долго не могли испустить дух.
— Кто бы ты ни был! Пусть я познаю муки всех восемнадцати кругов ада, я прокляну тебя, чтобы ты сдох самой лютой смертью!! — в предсмертном отчаянии взревел Вэй Хаоянь.
Теперь он понял, что его просто водили за нос!
Но Гу Хуоцзинь, виновник всего этого, развалился на плетёном кресле на первом этаже Императорской Башни Белых Костей, задрав ногу на ногу, и с удовольствием смотрел на происходящее снаружи.
Услышав проклятия, он скривил губы в усмешке:
— Даже имени моего не знаешь — как же ты меня проклянёшь?
После этого Гу Хуоцзинь, управляя Башней, превратившейся в пылинку, вылетел из Центральной Запретной Зоны.
А после его ухода в непроглядно чёрной зоне вдруг вспыхнули две красные точки. Мгновение — и они разрослись.
Это оказались огромные, кроваво-красные глаза!
Но через некоторое время глаза снова исчезли во тьме.
Тем временем.
Зона Злых Духов, где находилась Секта Чисяо.
Центральная Запретная Зона вмещает в себя все опасности других областей: здесь есть и странный чёрный туман из Зоны Чёрного Тумана, и гниющие трупы из Зоны Призрачных Трупных Мертвецов, и злобные духи из Зоны Злых Духов.
Другие же зоны устроены проще.
Например, в Зоне Злых Духов водятся только злобные духи — других опасностей нет, так что справиться с ними легче.
Но даже так в Секте Чисяо уже погибло семь-восемь учеников от рук этих тварей.
И вовсе не потому, что они были слабы: просто злобные духи слишком странные — они проникают в чужое море сознания и поражают душу!
В этот момент уцелевшие ученики Секты Чисяо сидели в углу, каждый, скрестив ноги, восстанавливал силы после ранений.
Ранее они убили пятерых злобных духов, но всего лишь пятерых — и понесли тяжёлые потери. Даже самая сильная среди них, Му Наньлянь, была ранена.
Именно поэтому настроение в отряде было подавленным.
Эликсиры прорыва были их заветной мечтой, ради которой они так рвались в бой. Но теперь, лицом к лицу со смертельной опасностью, они поняли, что эти эликсиры не так-то просто заполучить!
Внезапно одна ученица, вздыхая, проговорила:
— Старшая сестра Му, может, нам всё-таки отступить? Эликсиры прорыва, конечно, драгоценны, но надо же их сначала заслужить, имея жизнь!
— Верно! Братья и сёстры все тяжело ранены, действительно нельзя больше искать! К тому же, кто знает, есть ли здесь вообще Трёхцветные Камни! — подхватил другой ученик.
Му Наньлянь оглядела израненных товарищей, поколебалась и быстро приняла решение:
— Уходим! Спасение жизни — главное!
http://tl.rulate.ru/book/184792/19798832
Готово:
