— Если душа бессмертна, то почему клан был истреблён?
— Неужели Неумирающий клан действительно не умирает?
Дверь темницы распахнулась, и Сун Шэнцзин ступила сюда в третий раз.
Цепи упали.
— Ци Лань, я пришла забрать тебя.
На Последнем Пике восемь пар глаз уставились на двоих, только что вернувшихся на пик.
— Дальний родственник, вышло? — Ань Инь спросил, жуя картофельные чипсы.
— Вроде… вроде да, — Сун Шэнцзин почувствовала укол совести.
— А каков его статус в секте? — спросил Мо Аньлань.
— Личный ученик пятого поколения пика Усян, пятидесятый срок правления пика: Ци Лань, водный духовный корень, триста девяносто второе поколение.
Сун Шэнцзин добавила это, как велел Ли Сюйхуай.
Триста девяносто второе поколение учеников? Набор в секту только начался в этом году, а Ци Лань уже стал первым учеником этого поколения.
— Он останется на Последнем Пике? — Цзян Июнь скользнул взглядом по Ци Ланю. Интуиция подсказывала ему, что этот человек не так прост, как кажется.
Сун Шэнцзин кивнула, обернулась к Ци Ланю и заметила, что его красные глаза непонятно когда стали обычными чёрными.
В сочетании с этим детским лицом он выглядел ещё… безобиднее.
Во внутреннем дворике все сели. Листок на макушке Моу Моу покачивался, пока она разносила чай.
— Первый раунд Большого состязания секты, что вы выбираете? Я выбираю состязание духовного сознания, — лениво произнёс Цзян Июнь, сидя рядом с Фэн Чаоу.
За столько лет Цзян Июнь ни разу не выбирал испытание пути алхимии, ни разу не выступал от секты как ученик Пика Эликсиров.Первый раунд Большого состязания секты делится на девять арен: состязание духовного сознания, испытание тела, испытание алхимии, битва на Пути Меча, боевая тренировка формаций, рисование талисманов, управление духовными зверями, состязание небесной музыки и состязание создания артефактов.
Всего отбирают четыреста пять человек для участия во втором раунде от имени секты.
Сегодня Сун Шэнцзин чувствовала себя особенно виноватой, потому что поняла, что невольно скрыла многое.
Ци Лань — одно, тайное рисование талисманов перед гробом Пань Сюаньиня — другое, то, что она умеет рисовать талисманы как Талисманный мастер Небесного ранга — третье, её происхождение — четвёртое.
Сун Шэнцзин было очень стыдно. Она покосилась на Фэн Чаоу и остальных.
— Я планирую выбрать битву на Пути Меча.
— Испытание тела, — спокойно произнесла Фэн Чаоу.— Как обычно, — сказал Мо Аньлань и, как всегда, выбрал боевую тренировочную формаций.
— А он? — взгляд Цзян Июня пересёк Сун Шэнцзин и упёрся в Ци Ланя.
— Не участвую, — произнёс Ци Лань свои первые слова с момента прибытия на Последний Пик.
Верно, когда начнётся первый раунд Большого состязания секты, новые ученики, вероятно, всё ещё будут проходить вступительные тренировки.
Второй раунд — жеребьёвка секты и хаотичная битва на разных испытательных полигонах.
Третий раунд — турнир на арене для определения девяти сильнейших в секте.
— Мы все встретимся в третьем раунде, — с улыбкой произнёс Мо Аньлань.
Сун Шэнцзин опустила ресницы, скрывая выражение глаз.
— Ммм, увидимся в третьем раунде.
Когда все ушли, Сун Шэнцзин, следуя указаниям наставницы Хуай Шуан с Коммуникационного духовного устройства, приготовила комнату для Ци Ланя.
Цинго сидела на гинкго, болтая ногами.
— Эй, маленький младший брат Ци Лань, какая у тебя стадия cultivation?
— Нет стадии.
Цинго спрыгнула с дерева.
— Нет? Ты что, ещё не ввёл Ци в тело?
Ци Лань улыбнулся, улыбкой безобидной.
— Старшая сестра Цинго, а что такое Введение Ци в тело?
Ну всё, у Цинго появилась работа. В ближайшие дни придётся таскать этого маленького младшего брата за собой и хорошенько обучать…
А Сун Шэнцзин тут же закрылась на медитацию. Первое место на Пути Меча в первом раунде она была полна решимости взять.
В прошлый раз она не смогла взять первое место вместе с Фэн Чаоу и остальными, но в этот раз она будет с ними.
Сун Шэнцзин закрылась на медитацию в спешке.
В тренировочном зале Сун Шэнцзин выплюнула кровавый сгусток.
Отдача. Когда Сун Шэнцзин трижды поклонилась перед гробом Пань Сюаньиня, она одновременно нарисовала Талисман Небесного ранга силой духа.
Талисман Сбора Души и Талисман Молитвенного Благословения привлекли слишком много духовной энергии. После того как Сун Шэнцзин покинула Государство Бушанпань, Талисман Молитвенного Благословения начал действовать на всё государство, и отдача постепенно началась.
Сун Шэнцзин считала, что Пань Сюаньиню слишком не повезло: от рождения слабый и болезненный, он стал Резидентом и ввязался в это дело, а в итоге умер от отравления и отдачи.
Когда личность Резидента раскрылась перед другими смертными, Пань Сюаньинь, используя это положение, изменил судьбу целого государства. Небесная кара обрушилась на него, и даже душу грозилась рассеять.
Талисман Сбора Души собирал душу Пань Сюаньиня. Сун Шэнцзин на собственном опыте испытала страдания от слабости в детстве, и она подумала, что, по крайней мере, сможет сохранить душу Пань Сюаньиня.
По крайней мере, позволить ему войти в колесо перерождений.
Талисман Молитвенного Благословения благословлял Государство Бушанпань на десять лет удачи.
Сун Шэнцзин, можно сказать, ощутила ту самую «границу», о которой говорила Жуань Тан. Теперь, когда она будет собирать энергию для рисования Талисманов Небесного ранга, она примерно будет знать меру.
Тёмно-серая кровь на полу контрастировала с разными оттенками серого вокруг. Сун Шэнцзин посмотрела на свою левую ладонь — чёрные вены расползлись до запястья.
Сун Шэнцзин усмехнулась. Выдержит, не умрёт.
Некоторые вещи, если они не вредят другим, Сун Шэнцзин просто обязана сделать, просто хочет сделать, неважно, стоит ли оно того.
Она уже собиралась очистить кровь на полу духовной силой, как вдруг кто-то резко схватил её за правую руку.
Ци Лань?
Барьер тренировочного зала не смог бы пробить даже глава секты. Барьеры тренировочных залов всех пиков Секты Усян на протяжении поколений укреплялись главами, чтобы ученики не отвлекались.
— Небесная кара, — Ци Лань разжал ладонь Сун Шэнцзин и, глядя на красно-фиолетовые вены, уверенно произнёс.
Ци Лань сжал руку Сун Шэнцзин, и чёрная духовная сила распространилась, окутывая их двоих.
Боль утихла. Ци Лань убрал руку, и красно-фиолетовые вены на ладони Сун Шэнцзин исчезли.
Сун Шэнцзин недоверчиво вытаращила глаза на Ци Ланя. Это пожирание!
Тёмный духовный корень!
— Глава секты и остальные знают, что у тебя Тёмный духовный корень? — взволнованно спросила Сун Шэнцзин.
Ци Лань посмотрел на её озабоченный вид и покачал головой.
— Сейчас, кроме тебя, никто не знает.
Сун Шэнцзин с облегчением выдохнула. Защитить Ци Ланя — это обещание, данное тому человеку. Она не позволит Ци Ланю пострадать.
— Никому, кроме меня, не говори об этом. На людях запомни: ты — с одним водным духовным корнем, — наставляла Сун Шэнцзин.
Глаза Ци Ланя снова стали красными. Он улыбнулся Сун Шэнцзин, которая была намного ниже его.
— Понял, старшая сестра.
Ци Ланю было семнадцать. Сун Шэнцзин было непривычно, когда кто-то старше называл её «старшей сестрой».
— Старшая сестра, — Ци Лань посмотрел на её ладонь.
— Ммм, я здесь.
— Ты знаешь, что такое «нравится»? — спросил Ци Лань с улыбкой.
— «Нравится»? — Сун Шэнцзин задумалась о том, как она общается с Фэн Чаоу и остальными.
— Знаю. «Нравится» — это когда ты счастлив, видя этого человека, уголки губ непроизвольно поднимаются, ты постоянно вспоминаешь его и хочешь побыть с ним подольше, — размышляя, произнесла Сун Шэнцзин.
— Старшая сестра, ты мне нравишься, — Ци Лань обрушил на Сун Шэнцзин бомбу.
Сун Шэнцзин покачала головой и спросила:
— У тебя есть хорошие друзья?
Ци Лань покачал головой.
— До встречи со мной ты был с семьёй? — Сун Шэнцзин решила проверить.
Ци Лань покачал головой.
— А до этого… ты был счастлив?
Ци Лань снова покачал головой.
Сун Шэнцзин решила, что Ци Лань похож на дурачка.
— Но когда ты видишь меня, ты счастлив, правда?
Ци Лань кивнул.
— Значит, я — первый человек, который тебе понравился. Но «нравиться» бывает разным.
— Какой я тебе нравлюсь? — Сун Шэнцзин была готова пресечь любые романтические мысли Ци Ланя в зародыше.
«Я хочу заниматься cultivation, любовь только замедлит скорость моего меча», — подумала про себя Сун Шэнцзин.
Ци Лань покачал головой.
— Я не знаю.
— Может быть, твоя «симпатия» — это… — Сун Шэнцзин не могла объяснить.
— В общем, ты можешь считать меня семьёй. Я буду тебя защищать, — сказала Сун Шэнцзин.
— Семьёй? — в глубине глаз Ци Ланя мелькнула едва уловимая насмешка.
— Да, семьёй, — Сун Шэнцзин вспомнила всё из иллюзии. На плечах Ци Ланя лежала кровавая вражда его клана.
Она не была уверена, знает ли он об этом. Он сказал, что раньше был несчастлив…
— О тех несчастливых вещах можно забыть. Если не получается забыть, можешь рассказать мне. Если ты захочешь, — Сун Шэнцзин почти считала себя наполовину матерью Ци Ланя.
Сун Шэнцзин решила подождать, пока Ци Лань станет сильнее, и тогда рассказать ему о его матери.
В её глазах была борьба. Она не знала, правильно ли принимать такие решения за другого.
Ци Лань ясно видел эмоции в её глазах. Его рука…
http://tl.rulate.ru/book/184249/18313988
Готово:
