— Вы двое скоро? Столько времени рвать какую-то паршивую мелочь.
Линь Батянь нетерпеливо поторопила их снизу.
— Ты правда моя старшая сестра?
Лин Сюань опомнился от изумления.
Линь Батянь не ответила, подняла голову и применила Небесное Око.
Техника Небесного Ока Даосской секты Уцзи — не подделать. Лин Сюань кивнул.
— Молодой господин Сюань, госпожа, фрукты поспели.
Чжао Сань подошёл к ним, держа по плоду в каждой руке, и протянул их обоим.
Линь Батянь и Лин Сюань взяли плоды, подошли к каменному столику под деревом, сели и принялись есть. Чжао Сань направился к Му Сы, и они вдвоём начали пробовать невиданные прежде фрукты.
— Младший брат, каков вкус?
Линь Батянь болтала ногами вперёд-назад, обхватив плод больше собственной головы.
— Тает во рту, ци и море души заметно прибавилось, cultivation тоже дрогнул.
Лин Сюань сделал несколько глотков, ощущая приятное чувство.
— Младший брат, этот плод за сто лет вырастает всего несколько десятков штук, и количество непостоянно. Когда доедишь, возьми ту карту и убери это дерево.
Линь Батянь наставительно поучала Лин Сюаня.
Чжао Сань и Му Сы позади жевали и кивали: если Лин Сюань заберёт дерево, то, когда они проявят себя, смогут есть его в любое время. От этой мысли плоды казались всё слаще, и их cultivation дрогнул. Доев, они сели в позу для медитации — только что шагнули на седьмой уровень и закрепляли достижение.
— Госпожа, умоляю, не забирайте дерево! Всё можно обсудить.
Чэнь Юаньбо поклонился перед Линь Батянь.
Он вошёл раньше и боялся, что в гневе она уничтожит дерево — ведь это наследуемое бессмертное древо десятков тысяч лет. Но, войдя, услышал, что она хочет его забрать. Если дерево унесут, их Дворец Чжэнсюань ничем не будет отличаться от уничтоженной секты.
— Младший брат, что скажешь?
Линь Батянь, не обращая внимания на Чэнь Юаньбо, спросила Лин Сюаня.
У неё не было артефакта, способного сохранить живое, а даже если бы и был — дерево не выжило бы. Поэтому она спросила Лин Сюаня. Если он скажет «да», а Чэнь Юаньбо посмеет возразить, она обратится в истинное тело девятихвостой лисы и устроит кровавую бойню.
Лин Сюань посмотрел на жалкого Чэнь Юаньбо и задумался. Если забрать их духовный корень, эти парни, конечно, будут драться насмерть — он не боялся, но хлопотно.
— Старшая сестра, плоды слишком мелкие, я не наелся.
Лин Сюань сказал прямо.
Он достал Диск Судьбы Неба и Земли и покрутил. Он рассчитал, что Бай Шаоцин летит сюда, почти на месте.
— Ах да, сестра, твой маленький младший брат тоже скоро будет.
Добавил Лин Сюань.
Линь Батянь загибала пальцы, считая, сколько ещё плодов сорвать.
Чэнь Юаньбо смотрел на эту пару и готов был расплакаться — характер у него сам собой становился замкнутым.
Линь Батянь закончила подсчёты и увидела поднявшихся Чжао Саня и Му Сы.
— Эй, вы двое, полезайте и сорвите ещё пять… нет, шесть штук.
Линь Батянь сразу распорядилась.
— Госпожа великая!
— Госпожа властная!
Чжао Сань и Му Сы уже были под деревом. Ловко вскарабкавшись, они срывали плоды — раньше умоляли главу дворца десятки лет, тот не давал ни одного, а теперь рвут прямо у него перед носом. Это было слаще, чем быть самим главой.
Как только они забрались, в небе показалась чёрная точка. Приблизившись, она превратилась в трёхметрового белого тигрёнка с крыльями, который спикировал над бессмертным деревом.
Кто ещё, как не Бай Шаоцин? Увидев Лин Сюаня, он ринулся вниз и приземлился.
— Хуцзы, пришёл.
— Мгм.
Обменялись короткими фразами.
— Ты и невестка в порядке?
Бай Шаоцин был весь в шрамах, но всё же спросил о Лин Сюане.
— В порядке, невестка выспится и поправится. Это наша старшая сестра.
Лин Сюань горько усмехнулся, не зная, что сказать.
Линь Батянь применила Небесное Око и увидела: у Бай Шаоцина сломано шесть рёбер, ещё три перелома костей. Что он ещё стоит — значит, толстый монах не поскупился на учение.
— Приветствую старшую сестру.
Бай Шаоцин поклонился.
— Иди-иди, садись, коли ранен, не стой.
Линь Батянь хлопнула ладонью по каменной скамье рядом, приглашая Бай Шаоцина.
Так они втроём — ученики и ученица — уселись за каменный стол. Вскоре Чжао Сань и Му Сы положили четыре плода и отошли в сторону, продолжая есть.
— Младший брат, угощайся бессмертными плодами. Съешь — раны заживут. Эти два — твои.
Линь Батянь разделила плоды, и все трое начали жадно есть.
— Не хочешь один?
Линь Батянь, дожевав половину, заметила, что Чэнь Юаньбо не сводит с них глаз, и спросила мимоходом.
— Не надо, не надо. Приятного аппетита.
Чэнь Юаньбо выдавил фальшивую улыбку.
Он готов был умереть: на дереве и так осталось мало плодов, а тут сразу десять ушло — бессмертное древо почти облысело.
— Так чего ты не вышел? Стоишь тут, слушаешь, как мы, ученики, секретничаем? В таком возрасте, а ума не набрался.
Линь Батянь смотрела на него с крайним недовольством.
— Хорошо, хорошо. Старец удаляется.
Чэнь Юаньбо улыбнулся.
Улыбка была настолько фальшивой, насколько это возможно. Выйдя во внутренний двор, он вдруг осознал: это же его собственный даосский храм, почему его выгнали? Он развернулся, сделал два шага внутрь, но вышел обратно. «Ладно, — подумал, — убыток ради спокойствия. Корень бессмертия цел — Дворец Чжэнсюань жив». И ушёл медитировать.
Бай Шаоцин, съев два бессмертных плода, полностью восстановился и поднялся на четвёртый уровень. Затем он поставил на землю Котел Божественного Императора и Несчастье, чтобы Лин Сюань забрал.
— Ого-го, да это же наше, наследное сокровище Мира Демонов, бессмертный клинок Демонический Клинок — Несчастье!
Линь Батянь уставилась на клинок.
— Старшая сестра знает?
Лин Сюань посмотрел на неё с вопросом.
— Лет десять-пятнадцать назад я вернулась в Мир Демонов и подралась с одним носорогом. У этого скота было вот это.
Линь Батянь возмущённо фыркнула.
Она с недоумением смотрела на печать на Демоническом Клинке — этому искусству печати ни она, ни Ню Дачжуан не учились. Откуда младшие братья это знают?
— Младший брат, печать от Секты Даоцзи или Секты Юаньцзи?
Линь Батянь подошла к клинку, крутясь вокруг и разглядывая печать.
— Научил большой чёрный котёл за храмом.
Вставил Бай Шаоцин.
— Что ты сказал?! Этот здоровенный котёл — живой?
В глазах Линь Батянь вспыхнул гнев.
— Да, сестра, что случилось?
Спросил Лин Сюань.
— Когда-то я зарыла на заднем дворе наследный бессмертный артефакт клана девятихвостых лис и кучу добра. Перед уходом с горы пошла откопать — и не нашла.
Линь Батянь в ярости подпрыгнула.
Лин Сюань наконец понял, откуда взялись его Кольцо хранения и Диск Судьбы Неба и Земли. Точно: этот Тяжелый Треножник Пожирателя Небес сам откопал вещи Линь Батянь и сам же их переплавил. Иначе из того хлама, что Лин Сюань ему дал, как бы получились бессмертные артефакты?
— Сестра, что за наследный артефакт клана лис?
Не понял Бай Шаоцин.
— Камень Небесной Лисы. По преданиям нашего рода, он может изменить судьбу вопреки Небу.
Линь Батянь цедила слова сквозь зубы, сильно злясь.
Когда-то она подозревала, что Даоцзи и монах Юаньцзи украли её вещи, но потом передумала: у этих двух наставников полным-полно бессмертного добра, зачем им её барахло? А Ню Дачжуан — тот просто дурак. Линь Батянь подозревала себя, но только не его. И вот оказалось, что большой котёл, как та цикада за птицей-богомолом, раскопал её запасы.
— Гора Линтай ещё цела?
Линь Батянь недоумевала: ей казалось, Даоцзи и Юаньцзи всё время хотели вернуться в Верхний Мир. Если гора цела, она немедленно вернётся и заставит большой чёрный котёл вернуть её вещи.
— Наставники восстановили cultivation и вернулись в Великий Мир Бессмертных.
Честно ответил Лин Сюань.
http://tl.rulate.ru/book/183971/18769708
Готово:
