Готовый перевод Life in Tokyo starting as a child star / Детский Актёр: Я сыграл всех самых пугающих злодеев в 8 лет! (ЗАВЕРШЁН): Глава 15. Настоящий шанс!

Глава 15. Настоящий шанс!

Посмотрев еще одну, не менее напряженную сцену с участием Китадзуми Минору, Хонма Ёсихико окончательно и бесповоротно капитулировал. Сомнений больше не оставалось: Симидзуяме все-таки удалось утереть ему нос, и теперь этот несносный тип не упустит возможности поглумиться над ним от души.

Если бы они устроили соревнование по тому, кто дольше продержится в барах Кабуки-тё, Хонма еще мог бы побороться за первенство и нагло гнуть свою линию. Но здесь... В вопросах кинематографа все было предельно кристально. Актерское мастерство — материя осязаемая. Оно либо есть, либо его нет.

Выступление Китадзуми Минору было из того разряда, когда даже самый слепой, предвзятый и завистливый критик не посмел бы скривить губы и сказать: «Слабовато». Даже если бы Хонма очень захотел придраться, слова просто застряли бы у него в горле.

«Черт бы побрал этого мальчишку... Теперь Симидзуяма живым с меня не слезет», — в отчаянии подумал именитый режиссер.

Он прекрасно знал мерзкий характер своего друга. Если ты поскользнешься и рухнешь в глубокий колодец, Симидзуяма ни за что не бросится спасать тебя в первую секунду. О нет, сначала он удобно устроится на краю, свесит голову вниз и будет долго, с наслаждением хохотать над твоим несчастным видом. Впрочем, Хонма философски рассудил, что насмешки — не такая уж высокая цена за подобное открытие. Ведь его визит сюда нельзя было назвать пустой тратой времени! Мальчишка и впрямь был чертовски хорош.

«Неужели мне посчастливилось наткнуться на неограненный алмаз, который еще никто не успел прибрать к рукам? — размышлял он, барабаня пальцами по колену. — Его игра совершенно не похожа на те стерильные, шаблонные кривляния, которым обучают в актерских школах для кояку. Откуда в нем это? Невероятно...»

Пока Хонма терзался сомнениями и втайне жалел о том, что так опрометчиво наговорил лишнего в начале их разговора, над его ухом уже раздался голос Симидзуямы. Голос, буквально сочащийся ядовитым самодовольством и триумфом:

— Ну-с? Что скажете теперь, Хонма-сан?

Ах ты ж скотина. Этот гаденыш даже издевательский суффикс «-сан» приплел, чтобы подчеркнуть свое превосходство!

— Недурно. Весьма недурно, — Хонма попытался сохранить лицо, процедив слова сквозь зубы.

— И это все? Просто «недурно»? — Симидзуяма явно не собирался отпускать жертву с крючка, хищно прищурившись.

— Ну... вполне сносно.

— Только «сносно»? — продолжал давить Симидзуяма, наслаждаясь моментом.

«Тц. Вот же приставучий клещ», — мысленно выругался Хонма. Но деваться было некуда. Он с тяжким вздохом поднял обе руки вверх, признавая свое полное поражение, и решил все-таки потешить эго друга:

— Да, признаю! Он хорош. Действительно очень хорош. Теперь твоя душенька довольна?

— Вот так бы сразу, — Симидзуяма удовлетворенно кивнул, решив, что на первый раз порки достаточно, и перешел к самому главному: — Ну так что скажешь? У пацана есть шансы попасть к тебе?

Несмотря на то, что Хонма Ёсихико только что расписался в своем уважении к таланту Минору, кастинг — штука тонкая. Далеко не всегда все решает один лишь голый талант. Существовали такие понятия, как узнаваемость бренда, медийный вес, мощь актерского агентства, стоящего за ребенком, и, конечно же, аппетиты инвесторов. Тем более, когда речь шла о фильмах Хонмы Ёсихико, которые всегда славились отличным качеством и собирали неплохую кассу. Актеры буквально стояли в очереди, чтобы отхватить в его проектах хоть какую-нибудь завалящую роль.

— Что я скажу... — Хонма машинально хлопнул себя по карманам в поисках пачки сигарет, но, вспомнив, что находится на съемочной площадке, разочарованно мотнул головой. — Сложно сказать. Я же никогда с ним не работал. Откуда мне знать, насколько он гибок в процессе? Актерское мастерство у него на высоте, не спорю, но лично я все равно склоняюсь к кандидатуре Акиямы Сион.

— Справедливо, — на удивление спокойно согласился Симидзуяма.

Он не стал брызгать слюной, потому что сам был режиссером и прекрасно знал негласные правила этой кухни. Любой нормальный творец при прочих равных всегда отдаст предпочтение тому актеру, с которым уже съел пуд соли и в котором уверен на все сто.

Но... Понимание пониманием, а Симидзуяме было глубоко плевать на какую-то там Акияму Сион. Он ее знать не знал и совершенно не боялся отдавить ей ноги. Выдержав драматичную паузу, он вкрадчиво пошел в атаку:

— Но послушай... Хонма. Неужели ты, будучи настоящим художником, сможешь спокойно спать по ночам, зная, что у тебя перед носом был такой невероятный, живой талант, а ты даже не дал ему попытаться?

— М-да... — Хонма снова замялся.

Чаша весов в его голове начала предательски раскачиваться. Да, его душа лежала к Сион. Но, с другой стороны, Минору... У этого пацана была поистине дьявольская харизма. То, как он управлял своим лицом, как переключал эмоциональные регистры... Таким актерам, если говорить откровенно, нужен всего один хороший толчок, чтобы взлететь на вершину Олимпа.

Но проблема никуда не делась. Он не знал этого парня. А вдруг он нестабилен? Вдруг сегодня он выдал базу, а завтра будет ломать комедию и срывать смены? С одной стороны — проверенный временем теплый домашний очаг, с другой — ослепительно яркий, но дикий и непредсказуемый пожар. А выбрать, как назло, нужно кого-то одного. Взрослого варианта «беру обоих» здесь не существовало. И Хонма зашел в тупик.

Видя метания друга, Симидзуяма наклонился поближе и понизил голос до заговорщицкого шепота:

— Если дашь нашему вундеркинду шанс... хотя бы просто пригласишь на пробы, без всяких обязательств. И если ты согласишься, клянусь, сегодня же вечером я устрою тебе встречу с теми самыми малышками Коханой и Коюки из соседнего заведения. И весь банкет — за мой счет!

— Эх, Симидзу, ну раз уж ты ставишь вопрос ребром... Мы ведь с тобой давние друзья, как я могу не пойти тебе навстречу и не дать дорогу молодому дарованию? — Хонма картинно взмахнул руками, мгновенно нацепив на лицо маску великомученика, радеющего за искусство.

— То есть ты в деле? — хищно уточнил Симидзуяма.

— Да. Но запомни, я предупреждаю на берегу: если на пробах он покажет себя хуже Акиямы Сион, роль получит она, и никаких обид. — Романтические мелодрамы — это вам не кровавые ужастики, тут нужна другая фактура.

— Мне нужен был только шанс, — Симидзуяма не стал наглеть.

Он прекрасно понимал, что Хонма уже прыгнул выше головы, позволив какому-то ноунейму вроде Минору встать в один ряд на кастинге с суперзвездой уровня Акиямы Сион. На этом дипломатическая миссия была завершена. Симидзуяма плюхнулся обратно в кресло, и они вполголоса принялись обсуждать технические детали разворачивающейся на их глазах сцены.

— Слушай, а твой кояку и правда хорош. Вот только эта Хосокава... Она сегодня как-то переигрывает, не находишь? — Хонма недоуменно моргал, наблюдая за тем, как бледная, покрытая испариной Сиори в очередной раз пытается прийти в себя после команды «Снято».

Он тоже пару раз работал с ней в своих мелодрамах, и обычно девушка была куда более сдержанной. Зачем выкручивать «ужас» и «панику» на такие максималки? Ее лицо буквально сводило судорогой. Жесты, мимика — все казалось слишком гипертрофированным, хотя... стоит признать, атмосферу это создавало что надо. Хонма лишь в недоумении покачал головой.

---

Остаток смен в больничных декорациях пролетел незаметно. И вот, когда под сводами павильона наконец разнеслось долгожданное: «Снято! Сцена готова, всем огромное спасибо за сегодняшнюю работу!», Китадзуми Минору смог облегченно выдохнуть.

Конец. Он отработал все сцены на максимальном пределе своих возможностей, выжав из своего таланта все до последней капли.

А что касается результата? Достаточно было просто взглянуть на Хосокаву Сиори. Девушка полулежала в реквизиторском кресле, уставившись в одну точку пустым взглядом, и никак не могла вернуться в реальность. Минору подошел к ней, чтобы выдавить из себя дежурные слова утешения. В конце концов, это он довел ее до такого состояния с помощью своей жуткой Системы и дьявольских навыков. Не извиниться было бы верхом свинства — мало ли, вдруг у бедняжки нервный срыв случится?

Однако сегодняшняя Сиори ничем не отличалась от вчерашней. Едва заслышав, что Минору пришел извиняться, эта добрая душа тут же выпрямилась в кресле, изо всех сил натягивая на лицо маску невозмутимости.

— Ничего особенного... Вполне сносно сыграно, — дрожащим голосом выдавила она.

— Ой, да брось, Минору-кун, тебе совершенно не о чем переживать! Это было ни капельки не страшно! — затараторила она, нервно теребя край юбки.

— Я, между прочим, взрослая женщина, меня таким не проймешь!

«...»

«Сестрица, у тебя язык без костей, но врешь ты неубедительно...» — Минору лишь мысленно вздохнул, не найдя слов для ответа.

Впрочем, раз у нее хватает сил петушиться, значит, до инфаркта дело не дошло. Он резко развернулся и направился к Симидзуяме, чтобы прояснить ситуацию со смотринами. Выгорело или нет — ему нужна была конкретика. Он терпеть не мог подвешенного состояния и неопределенности. Минору привык все планировать наперед, и если этот вариант провалится, ему нужно срочно готовить запасной план действий.

Пока эти мысли роились в его голове, до его слуха долетел знакомый оклик:

— Эй, вундеркинд! Подойди-ка сюда, хочу познакомить тебя с кое-кем.

Минору инстинктивно поднял глаза. Навстречу ему, ловко лавируя между осветительными приборами и мотками кабелей, вышагивал улыбающийся Симидзуяма с зажатым под мышкой сценарием. А рядом с ним шел незнакомый мужчина средних лет с небрежной щетиной на подбородке.

Неужели те самые хорошие новости?! В груди Китадзуми Минору вспыхнула искра азарта.

http://tl.rulate.ru/book/183970/17951939