На листке было чётко написано:
«Уведомление: Согласно уставу Банды Люхэ и требованию главаря, сообщаем следующее: “Впредь, всякий, кто увидит человека по имени Цзян Сяочуань, обязан выказать ему всё наше радушие и уважение”.
“Ни в коем случае не действовать опрометчиво. Если кто посмеет оскорбить этого человека и сорвать важное дело главаря, последствия лягут на его собственную голову!!!”»
В конце было приложено чёткое фото Цзян Сяочуаня.
Датоу увеличил фото, тщательно сравнил и чуть не обмочился от страха.
Он робко спросил:
— Вас зовут Цзян Сяочуань?
«Не вышло силой — попробуем лаской?»
Цзян Сяочуань не видел в этих двух головорезах угрозы и не боялся их трюков, поэтому прямо кивнул, подтверждая.
Хотя Датоу уже узнал Цзян Сяочуаня, при виде его кивка по спине пробежал холодок.
— Здорово, брат Сяочуань!
Он, не мешкая, очень вежливо поклонился Цзян Сяочуаню.
Все были ошеломлены такой внезапной переменой.
Особенно Чжан Куань. Увидев, что Датоу кланяется его врагу, он сильно побледнел.
— Датоу, что это значит? — холодно осведомился Чжан Куань.
— Что значит? — Датоу резко развернулся к Чжан Куаню, и его аура мгновенно переменилась, в ней не осталось и следа прежней почтительности.
Сейчас он хотел только одного — как следует проучить Чжан Куаня. Если бы не он, Датоу не стал бы нарушать устав банды и связываться с Цзян Сяочуанем. Узнай об этом Ян Вэй, его бы не просто наказали, а с живого шкуру спустили.
От этой мысли он, не раздумывая, залепил Чжан Куаню пощёчину.
— Шлёп!
Раздался звонкий звук пощёчины. Чжан Куань взвыл, схватившись за лицо, в полном недоумении.
— Ослеп ты, что ли, пёсий сын?! Посмел тронуть доктора Цзяна! Да я тебя сейчас до полусмерти забью!
Доктор?
— Да ты, бля, просто струсил! — Чжан Куань, не уступая, заорал, тыча пальцем в Датоу. — Какой, нахрен, доктор? Датоу, ты взял бабки за работу — делай, а не можешь — скажи, что не можешь. Какого хера ты мне тут про какого-то доктора заливаешь?
Услышав это, Датоу посмотрел на Чжан Куаня как на слабоумного, усмехнулся и сказал:
— Ладно, я сегодня открою тебе глаза, чтобы ты сдох со знанием дела.
С этими словами он почтительно взглянул на Цзян Сяочуаня:
— Это тот самый доктор из Деревни Шитоу, который вылечил Брата Нина. Ты оскорбил его — готовься принять гнев главаря.
Слова Датоу прозвучали весомо, и Чжан Куань прекрасно их расслышал, но он никак не мог поверить, что какой-то молокосос лет двадцати с небольшим может быть доктором.
Он недоверчиво покачал головой, решив, что Датоу его обманывает.
В это время Хунмао, лежавший на земле, сильно закашлялся.
Пока Датоу говорил, он поднял голову и, присмотревшись, понял, что это и вправду тот самый доктор. Его тут же прошиб холодный пот.
Если главарь узнает, что он поднял руку на этого человека, ему не сносить головы.
От этой мысли Хунмао, забыв о боли, стиснул зубы и поднялся на ноги.
Шатаясь, он подошёл к Цзян Сяочуаню и отвесил ему глубокий, на девяносто градусов, поклон:
— Прошу прощения, доктор Цзян. Я только что нагрубил вам. Умоляю простить меня.
Его манера была куда почтительнее, чем у Чжан Куаня, который кланялся раньше.
Увидев это, последняя искра надежды в душе Чжан Куаня погасла.
Он действительно оскорбил спасителя местного криминального авторитета из Города Цинхуа. О методах того парня он тоже кое-что слышал.
Достаточно сказать, что сделать человека калекой незаметно для него — раз плюнуть, и именно так он обычно расправлялся с врагами.
В этот момент ноги у Чжан Куаня задрожали.
Цзян Сяочуань, сидевший на диване, тоже всё понял. Конечно, это Ян Вэй специально распорядился.
Иначе Хунмао с его буйным нравом ни за что не стал бы так легко кланяться.
Цзян Сяочуань махнул рукой:
— Передайте своему главарю, что не нужно так. Я не пострадал. Идите.
Оба обрадовались. Развернувшись, они увидели Чжан Куаня, у которого тряслись поджилки, и, словно желая выслужиться, спросили:
— Брат Сяочуань, как прикажете поступить с этой мразью?
Цзян Сяочуань мельком взглянул на Чжан Куаня и равнодушно бросил:
— Решайте сами.
Услышав это, они переглянулись и оскалились в жестоких улыбках. Каждый взял Чжан Куаня под локоть и выволок его вон, как щенка.
Когда они ушли, Мяо Жоси с облегчением выдохнула и, не в силах сдержаться, прильнула к Цзян Сяочуаню.
— И не подумала бы, что ты уже дорос до главаря банды. А не нужна ли брату Цзяню «атаманша» для его «стана»?
Почувствовав мягкость её груди, Цзян Сяочуань усмехнулся:
— Нужна.
— А я сойду? — спросила Мяо Жоси, склонив голову набок, с улыбкой на губах, глядя на него с невыразимой нежностью и кокетством.
Видя, как Мяо Жоси, не щадя его, соблазняет своей красотой, Цзян Сяочуань внутренне боролся.
С кислой миной он сказал:
— Сестрица Мяо, хватит надо мной подшучивать.
В душе Цзян Сяочуань понимал: Мяо Жоси — роза с шипами. Сколь бы прекрасна она ни была, сорвать её будет нелегко.
Если он продолжит эту опасную тему, она, чего доброго, больно уколет его.
Они просидели в кабинете до вечера. Поужинав в Отеле Лунтин (опять на халяву), Цзян Сяочуань сел в машину и поехал покупать предметы первой необходимости и большой железный котёл.
Он планировал сварить дома Лечебную жидкость и продать её, чтобы раздобыть денег.
Всё-таки он пообещал Лю Сянлань построить большой дом, да и самому нужно было где-то жить.
На два дома, по нынешним ценам, потребуется как минимум четыреста-пятьсот тысяч. Тех денег, что у него в кармане, явно не хватит.
Сейчас, хотя он и заключил договор с Мяо Жоси, сколько денег будет приносить каждый день — ещё неизвестно. Лучше сосредоточиться на самом насущном.
Закупив всё необходимое, Цзян Сяочуань завёл машину, включил весёлую музыку и поехал в деревню.
.........
Под большим деревом у входа в Сельский комитет уже довольно долго стояла Ли Дуо, густо накрашенная.
Рой комаров, словно обезумевший от страсти, облепил её, искусав всё тело.
— Когда же вернётся этот проклятый Цзян Сяочуань? — бормотала она, отмахиваясь от комаров.
В последние дни Цзян Сяочуань набрал в деревне огромную силу — он умудрился засадить за решётку всю семью Чэнь Дацая. Это разрушило мечту Ли Дуо стать невесткой деревенского старосты.
Видя такую власть Цзян Сяочуаня, она одновременно сожалела о прошлом и боялась будущего.
Собрать пятьдесят тысяч юаней за месяц было невыполнимой задачей, поэтому сегодня вечером она нарядилась как можно ярче, надеясь расплатиться другим способом.
Внезапно две полосы жёлтого света осветили дорогу. Ли Дуо вытянула шею, вглядываясь, и, убедившись, что это машина Цзян Сяочуаня...
Поспешно поправила волосы, одёрнула короткую белую майку, которая едва прикрывала пупок, обнажив глубокое декольте.
Сделав всё это, Ли Дуо, виляя бёдрами, вышла из-за дерева с вызывающим видом.
Зевающий Цзян Сяочуань вдруг увидел, как из-за голого дерева выскочила белая тень, и резко нажал на тормоз.
Убедившись, что это человек, он слегка расслабился.
В свете фар он присмотрелся и понял, что выскочившая фигура — Ли Дуо.
Его любопытный взгляд мгновенно сменился отвращением.
Ли Дуо была густо накрашена, губы ярко-красные, одета гораздо откровеннее, чем девицы в «Пуцзин Интернешнл».
http://tl.rulate.ru/book/183693/18301607
Готово:
