У ворот Дворцового комплекса городского комитета Цзянчжоу.
Чёрные «Ауди» выстроились в ряд.
Торжественно. Величественно.
Гао Тяньмин стоял впереди всех, за ним — толпа начальников из Канцелярии.
А ещё дальше — чёрная людская масса.
Сотрудники Канцелярии — почти все до одного.
Цинь Чуань знал каждое лицо.
Раньше на этих лицах были холод, фальшивая вежливость, взгляд старших на младшего сверху вниз.
Теперь — только одно выражение.
Благоговение.
Угодливость.
И запрятанная глубоко сложная гамма чувств.
Ш-ш-ш…
Чёрный автомобиль, в котором сидел Цинь Чуань, плавно остановился.
Чжан Цзунсун быстро выскочил и сам открыл ему дверь.
Цинь Чуань ступил одной ногой на твёрдую землю Цзянчжоу.
Вернулся.
Он выпрямился и спокойно окинул взглядом толпу перед собой.
Когда-то он мог лишь жаться позади всех, вытягивая шею, чтобы разглядеть трибуну.
Теперь.
Он сам и есть трибуна.
— Приветствуем товарища Цинь Чуаня, вернувшегося в Цзянчжоу на новую должность!
Гао Тяньмин первым захлопал.
Аплодисменты взорвались — такие горячие, что, казалось, вот-вот сшибут крышу.
— Мэр Гао, уважаемые руководители, это слишком торжественно, я не заслужил.
Цинь Чуань быстро шагнул вперёд, пожимая протянутую руку Гао Тяньмина, — поза самая что ни на есть правильная.
— Заслужил! Ещё как заслужил!
Гао Тяньмин энергично встряхнул его руку, смеясь зычно.
— Ты — феникс, улетевший из Цзянчжоу, а теперь вернулся с триумфом! Все в Цзянчжоу — от верхов до низов — ждут, что ты, наш новый заместитель секретаря горкома, поведешь нас в жестокие битвы и откроешь новую эру!
Заместитель секретаря горкома.
Гао Тяньмин намеренно выделил эти слова.
В толпе тут же взметнулся гул голосов.
— Боже мой, это правда Цинь Чуань! Какая аура — куда сильнее, чем когда уезжал!
— Что ты, он теперь товарищ заместитель секретаря Цинь, настоящий руководитель горкома. Мы с ним уже в разных мирах.
— Кто бы мог подумать: тогда Цянь Вэньгуан, старый хрыч, выжил его, а прошло всего несколько месяцев — и он вернулся королём. Просто фантастика.
Взгляд Цинь Чуаня скользил по толпе в поисках.
Он сразу нашёл её.
Су Ваньцин.
Она стояла неподалёку за Гао Тяньмином, люди сами освободили ей небольшое пространство.
Воздух вокруг неё был холоднее, чем в любом другом месте.
Сегодня на ней был строгий чёрный женский костюм-двойка с юбкой.
Ворот белоснежной шёлковой блузки застёгнут на последнюю пуговицу — до самого верха, так и веяло аскетичной сдержанностью.
Но одежда никак не могла скрыть её безупречную фигуру.
Пиджак натягивался на волнующих изгибах, талия же была перехвачена так тонко, что, казалось, её можно обхватить пальцами.
Ниже юбка идеально облегала округлые, упругие бёдра.
Длинные стройные ноги, обтянутые телесными колготками, были плотно сведены вместе.
На ногах — простые чёрные туфли на каблуке, но весь её облик излучал ауру недосягаемой королевы.
Она по-прежнему была той самой ледяной горой.
Но Цинь Чуань уловил в глубине её спокойных прекрасных глаз едва сдерживаемую бурю.
Гордость.
Волнение.
И ещё одно… чувство, которое он хорошо знал.
«Моя женщина».
Гордится победой своего мужчины — искренне, от всего сердца.
Их взгляды встретились.
Ни слова.
Но сказано всё.
Цинь Чуань чуть заметно кивнул ей, уголки губ дрогнули.
Ресницы Су Ваньцин дрогнули, она быстро опустила глаза, и на бледных щеках вспыхнул румянец.
Когда-то она была его небом, богиней, на которую он молился снизу вверх.
Теперь.
Он стал её небом.
Эта перемена ролей, эта острота ощущений вызвала в груди Цинь Чуаня жар.
Он отвёл взгляд и в сопровождении Гао Тяньмина и толпы вошёл в здание горкома.
Новый кабинет — на третьем этаже.
Личный кабинет заместителя секретаря горкома.
Просторный, светлый.
Огромный красный деревянный стол, кожаное кресло для начальника, отдельная зона для приёмов и комната отдыха.
По сравнению с тем продуваемым всеми ветрами «холодным дворцом» в Исследовательской лаборатории политики провинции — небо и земля.
Гао Тяньмин велел остальным ждать снаружи и сам заварил для Цинь Чуаня чай.
— Ну как? Привыкаешь?
— Благодаря вашей заботе, даже немного лестно, — Цинь Чуань с улыбкой принял чашку.
— Ах ты, прохвост, не надо мне этих формальностей.
Гао Тяньмин сел на диван напротив, лицо его стало серьёзным.
— Цинь Чуань, на этот раз твоё возвращение — на словах повышение, а на деле — прыжок в огненную яму. Кусок зоны свободной торговли слишком жирный. Су Чжэньбань из провинции ты хоть и выставил дураком, но он не успокоится. А местные кланы в Цзянчжоу и вовсе вытянули шеи, ждут, когда им дадут отхватить.
— Открыто они с тобой драться не посмеют, но подножки и палки в колёса — этого будет предостаточно. Ты, начальник подготовительного офиса, — просто мишень, на которую направлены все стрелы.
Слова Гао Тяньмина подтвердили догадки Цинь Чуаня.
Трудности — вот они, перед глазами.
— Мэр, я понимаю.
Цинь Чуань поставил чашку, взгляд его стал острым.
— Раз губернатор Чэнь и вы возложили на меня это бремя, я готов. Придут солдаты — встречу солдатами, придёт вода — засыплю землёй. Кто посмеет запустить руку в дела зоны свободной торговли — тому я эту руку отрублю!
— Отлично!
Гао Тяньмин хлопнул себя по колену.
— Именно эту твою жёсткость я и ценю! Действуй смело, без оглядки. Всё, что нужно — люди, деньги, ресурсы — город обеспечит! Если что случится — я прикрою!
Эти слова были настоящим признанием.
Проводив Гао Тяньмина, Цинь Чуань остался в пустом кабинете один.
Он откинулся на мягкую спинку кожаного кресла, глядя в окно, но радости в душе не было.
Более жестокая война только начиналась.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Су Ваньцин.
[image.jpg]
Фотография.
Стол, уставленный дымящимися домашними блюдами, в центре — бутылка красного вина.
Цинь Чуань улыбнулся.
Он встал, накинул пиджак и вышел из кабинета.
…
Ночь. Глубокая.
В доме Су Ваньцин горел тёплый свет.
Едва Цинь Чуань вошёл, его окутал аромат домашней еды.
Су Ваньцин сменила строгий деловой костюм на бежевое кашемировое домашнее платье.
Платье было свободным, но от этого её фигура казалась ещё более хрупкой. Ворот распахнут, открывая изящные ключицы и полоску белоснежной кожи.
Волосы небрежно собраны в пучок на затылке, несколько прядей упали на щёки — это лишало её официальной холодности, добавляя мягкости и женственности, словно у жены.
Она как раз наклонилась, ставя на стол тарелку со свежеобжаренной зеленью.
Широкий подол домашнего платья скользнул вверх, обнажая округлые гладкие икры.
Цинь Чуань подошёл и мягко обнял её со спины.
Тело Су Ваньцин напряглось, но тут же обмякло, позволяя ему заключить себя в кольцо рук. Она откинула голову ему на грудь.
— Разве у тебя не много приёмов? Как так быстро приехал?
В её голосе слышались нотки каприза, которых она сама не замечала.
— Да будь там хоть приём вселенной, ему не сравниться с этим ужином от директора Су.
Цинь Чуань уткнулся лицом в её волосы, глубоко вдыхая её неповторимый аромат.
— Болтун.
Су Ваньцин повернулась, подняла своё прекрасное лицо, и в свете лампы её глаза блестели влажным блеском.
Она смотрела на него, и в её взгляде смешались сложные, жгучие чувства.
Гордость.
Восхищение.
И чуточку… обиды?
— Товарищ заместитель секретаря Цинь.
Вдруг заговорила она — полусерьёзно, полушутя.
— А теперь, когда мы встретимся на работе, мне что, сначала стучаться, а потом почтительно докладывать: «Здравствуйте, товарищ секретарь Цинь»?
Цинь Чуань уловил в её словах маленькую колкость.
Когда-то он смотрел на неё снизу вверх.
Теперь она стала его подчинённой.
Гордость этой женщины заставляла её чувствовать неловкость.
Цинь Чуань усмехнулся.
Он протянул руку, легонько взял её за подбородок, провёл большим пальцем по гладкой коже. Взгляд — властный и нежный.
— Запомни.
Голос низкий, но с оттенком приказа.
— Снаружи, на работе, ты — мой самый боеспособный солдат, исполнительный заместитель начальника подготовительного офиса зоны свободной торговли. Если я прикажу наступать — ты пойдёшь первой.
Глаза Су Ваньцин чуть покраснели, она упрямо смотрела на него.
Цинь Чуань наклонился, его губы оказались у её уха, горячее дыхание обожгло мочку.
— Но здесь.
Он сделал паузу, и в голосе зазвучала бесконечная нежность и собственничество.
— Ты всегда моя королева. Если я скажу «один», ты не скажешь «два».
С этими словами он впился в её прохладные губы.
— М-м…
Су Ваньцин сделала символическую попытку вырваться, но тут же обмякла в его объятиях.
Она встала на цыпочки, обвила руками его шею и неумело, но страстно ответила на поцелуй.
Долгое мгновение. Губы разомкнулись.
Су Ваньцин, тяжело дыша, прильнула к груди Цинь Чуаня. Щёки её горели огнём, в прекрасных глазах плескалась влага, разлилась истома…
— Мерзавец… Еда остынет…
Она слабо ударила его кулачком в грудь, голос звучал мягко, без единой силы.
Цинь Чуань рассмеялся, подхватил её на руки и направился в столовую.
Этой ночью луна была прекрасна.
Завтра — первое общее собрание Подготовительного офиса зоны свободной торговли.
Новый начальник вступает в должность.
Пора разжечь первый огонь.
Этот огонь должен гореть ярко, жарко, чтобы все, кто таит в сердце злые умыслы, дрожали от страха.
http://tl.rulate.ru/book/183636/19308182
Готово:
