Ши Чжисюань с самого начала назвал три имени — в честь Центрального Божественного, Восточного Злого и Северного Нищего. Как бы ни думали об этом собравшиеся, помешать Ши Чжисюаню они уже не могли.
Ши Чжисюань медленно подошёл к Цюань Гуаньцину и негромко произнёс:
— Глава отряда Цюань, в народе вас называют Всесторонним Учёным. Должно быть, у вас тонкий ум и вы всё обдумываете досконально. Но почему же вы так упорно не желаете прямо назвать источник сведений о личности главы банды Цяо? Чуть было не навлекли на себя обвинение в измене и не погибли под Законным ножом учеников-законников.
Затем Ши Чжисюань встретился взглядом с Цюань Гуаньцином. Он слил психологические приёмы и методы допроса, которым научился у Лазурной Звезды, с Великой Техникой Перемещения Души из Девятого свитка Инь. В глазах его вспыхнул слабый голубой свет, и он резко выкрикнул:
— Если не расскажешь всю правду сейчас, когда же ещё!
Цюань Гуаньцин и без того был нечист на руку, а тут его дух целиком попал под власть Ши Чжисюаня. Тотчас же, с остекленевшим взглядом, он заговорил:
— Это Кан Минь, распутница, показала мне тайное письмо. Она велела позвать меня к себе в покои, сперва соблазнила меня. Я и сам давно на неё заглядывался, так что поддался и забрался к ней в постель.
Когда дело было сделано, она рассказала мне о письме и велела свергнуть Цяо Фэна. Она обещала помочь мне сесть на место главы банды, а потом я бы по всем правилам взял её в жёны, и она стала бы госпожой главы.
Услышав слова Цюань Гуаньцина, все собравшиеся пришли в волнение. Госпожа Ма, Кан Минь, закричала в истерике:
— Цюань Гуаньцин, ты врёшь! Как ты смеешь порочить мою честь! Мы с Даюанем жили душа в душу, как бы я стала делать такое с тобой! Бай Шицзин, убей его скорее, убей!
Бай Шицзин на миг замешкался, затем схватил Законный нож и направил его в сердце Цюань Гуаньцина, выкрикивая:
— Цюань Гуаньцин изменил банде, пошёл против главы, оклеветал госпожу помощника главы! Он заслуживает казни «три ножа, шесть ран»!
Цяо Фэн поднял руку, сложив пальцы в когти. Сила Техники Захвата Дракона вырвалась из его тела, и он перехватил руку Бай Шицзина.
Цяо Фэн, с трудом сдерживая гнев, произнёс:
— Старейшина Бай, дело касается моей чести. Дождитесь, пока брат Ши закончит допрос, тогда и казните.
У Бай Шицзина дух ушёл в пятки, и он обмяк.
Ши Чжисюань поднял руку и запечатал точки на теле Кан Минь. Затем повернулся и посмотрел в расфокусированные глаза Бай Шицзина:
— Старейшина Бай, какие у вас были отношения с госпожой Ма? Почему вы слушались её приказов? Какую роль вы сыграли в этом деле?
Бай Шицзин тоже легко поддался овладению духом и бесстрастно заговорил:
— Я всегда заглядывался на эту шлюху Кан Минь, но из уважения к братским узам не показывал вида. Пока в прошлом году, в день Пятнадцатого августа, эта шлюха Кан Минь не заманила меня под предлогом любования луной. Я не устоял перед соблазном, и у нас началась связь.
Потом мы не раз предавались блуду, пока нас не застал брат Даюань. В приступе страха я убил брата Даюаня. По наущению Кан Минь я подделал его тело так, будто он погиб от Захвата за горло.
Я горько раскаивался, но эта шлюха Кан Минь хотела, чтобы я ещё и оклеветал главу банды Цяо. Я уже по ошибке убил брата Даюаня, совершил тяжкий грех. Как я мог ещё и вредить главе банды Цяо?
С тех пор я больше к ней не ходил. Не думал я, что эта шлюха соблазнит ещё и этого пса Цюань Гуаньцина! Как она могла лечь с ним в постель? Я должен убить этого пса Цюань Гуаньцина!
Признание Бай Шицзина взорвало мировоззрение всех присутствующих. Цяо Фэн сжал кулаки так, что ногти впились в ладони до крови.
Ши Чжисюань снова посмотрел на Кан Минь. Воля её к сопротивлению была очень сильна, но, не имея боевого мастерства, она продержалась лишь мгновение, прежде чем он овладел её сердцем и душой.
Разблокировав её точки, Ши Чжисюань спросил:
— Кан Минь, зачем ты подставила главу банды Цяо? Какие ещё злодеяния ты совершила?
Кан Минь бесстрастно заговорила:
— В детстве моя семья была бедна. На Новый год у всех детей была новая одежда, а у меня нет. Тогда я тайком порезала в клочья новое платье соседской девочки. Если я чего-то не могу получить, пусть и другие не получат.
Когда я выросла, я встретила Дуань Чжэнчуня, князя Чжэньнаня из Дали. Он влюбился в меня с первого взгляда. Я думала, что наконец-то стану княгиней, но он сказал, что не может взять другую жену, и бросил меня.
Потом я обнаружила, что ношу под сердцем его дитя. Когда ребёнок родился, все тыкали в меня пальцами. Я не смирилась, я хотела жить лучше всех. Тогда я собственноручно задушила того младенца и закопала на заднем холме.
Потом я вышла замуж за этого ничтожество Ма Даюаня. Не думала я, что этот ничтожество не станет бороться за место главы, а скажет, что только Цяо Фэн может быть главой и что все его уважают. Я не смирилась! Я хотела стать госпожой главы, а не какой-то там госпожой помощника!
На празднике пионов в Лояне, на собрании Банды Нищего, я нарядилась как могла, надеясь соблазнить Цяо Фэна и сделать его своим рабом. Но этот киданьский пёс даже не взглянул на меня!
Я разозлилась, спряталась в тайной комнате дома и стала всё крушить, чтобы выпустить пар. И тут я случайно наткнулась на тайну этого киданьского пса. Я расплавила сургуч, прочла письмо и снова запечатала его. Я поняла, что это мой шанс.
Я заметила, что этот пёс Бай Шицзин смотрит на меня так, будто хочет сожрать. И правда, стоило мне только поманить пальцем, как он поспешно забрался ко мне в постель.
Но этот пёс был послушен мне только в постели. Как только он вставал, он не смел и пальцем тронуть Цяо Фэна.
Пришлось соблазнять этого ничтожество Цюань Гуаньцина. Кто он такой? Если бы мне не нужно было, чтобы он помог убрать Цяо Фэна, я бы и не взглянула на него.
Чтобы всё было наверняка, я пошла к старему развратнику, старейшине Сюю. Он уже стар, а туда же! Стоило мне немного его приманить, и он уже был готов лезть в огонь и воду ради меня.
Всё было идеально, пока ты не вмешался! Я так ненавижу! Я хочу убить вас всех!
Теперь вся правда вышла наружу. Окружающие нищие были готовы взорваться от ярости. Они кричали:
— Убить их! Убить их!
Репутация старейшины Сюя была разрушена. Холодный пот градом катился по его лбу. Глядя на бушующую толпу, он чувствовал, будто душа вот-вот вылетит из темени. Вдруг старейшина Сюй схватился за грудь, завалился навзничь, пару раз дёрнул ногами и затих без признаков жизни.
Увидев, что старейшина Сюй мёртв, Ши Чжисюань снял чары овладения умом с этих людей. Цюань Гуаньцин уже совсем обмяк. Кан Минь всё ещё стискивала зубы, впиваясь взглядом в Ши Чжисюаня.
Бай Шицзин опустился на колени перед Цяо Фэном, низко опустив голову. Словно собрав последние силы, он тихо произнёс:
— Глава банды Цяо, я виноват перед вами и перед братом Даюанем.
С этими словами он вонзил Законный нож себе в сердце.
Увидев самоубийство Бай Шицзина, Кан Минь безумно расхохоталась. Шатаясь, она поднялась, сделала несколько нетвёрдых шагов назад, обвела всех присутствующих полным ненависти взглядом, затем выдернула из волос Золотую шпильку и с силой вонзила её себе в горло. Кровь хлынула из-под пальцев и из уголков рта.
Нищие из Банды, очнувшись от завораживающего взгляда умирающей Кан Минь, по какому-то непонятному порыву окружили Цюань Гуаньцина и затоптали его до смерти.
Старейшина-передатчик, высоко подняв Посох, Бьющий Псов, вместе с четырьмя великими старейшинами опустился на одно колено перед Цяо Фэном:
— Глава банды Цяо, нас обманули злодеи, мы ошиблись в вас. Теперь злодеи мертвы, просим вас остаться на посту главы!
Цяо Фэн помолчал мгновение, затем протянул руку и по очереди поднял старейшин:
— Благодарю вас, братья, за доверие. Но моё происхождение под вопросом, я, возможно, киданец. Пост главы я ни за что больше не займу.
Окружающие нищие взволнованно закричали:
— Глава банды Цяо, мы верим вам! Даже если вы киданец, мы всё равно признаём вас своим главой!
Цяо Фэн опустил руки вниз и громко произнёс:
— Братья, главой я больше быть не могу. Мне ещё нужно выяснить своё происхождение. Посох, Бьющий Псов, пусть пока хранит старейшина-передатчик. Когда Северная Банда Нищего выберет нового главу, пусть придут ко мне, и я передам ему Технику Посоха, Бьющего Псов, и Восемнадцать Ладоней Покорения Дракона. Хотя я больше не член Банды Нищего, если у Банды будут беды, я, Цяо Фэн, обязательно приду.
— Глава Хун, беда! Люди, которых мы послали задержать воинов Сися, все отравлены сяцами! — в Миндальный лес вбежал, шатаясь, ученик Южной Банды Нищего.
Оказалось, что срочное донесение, которое раньше принесли ученики Северной Банды, было о том, что воины Сися вызывают Северную Банду на бой. Кто ж знал, что старейшина Сюй, даже не взглянув, спрячет его за пазуху.
А Миндальный лес — это территория Южной Банды Нищего. Хун Цигун тоже получил донесение и приказал ученикам Южной Банды сперва задержать сяцев, а после собрания Северной Банды разобраться. Но посланные люди попали в засаду сяцев и были переловлены.
Хун Цигун поспешно спросил:
— Что случилось? Как это наших братьев сяцы отравили?
Тот ученик Банды поспешно ответил:
— У сяцев есть яд, без цвета и запаха. Когда замечаешь, что отравлен, уже слёзы льются ручьём, всё тело ломит, сил нет. По словам одного брата, который сбежал, яд называется «Печальный Ветер и Чистый Настой».
http://tl.rulate.ru/book/183385/17844045
Готово:
