Наложнице Ли было уже десять лет, как она поселилась в Поместье герцога Вэй, но герцог Вэй никогда не видел ее такой печальной, обиженной и беззащитной. В его представлении наложница Ли была сварливой, как уличная торговка. Он и не подозревал, что госпожа Ли тоже может быть такой, вызывающей жалость.
Герцог Вэй всегда был добр к женщинам. Увидев наложницу Ли такой обиженной, он, естественно, проникся к ней жалостью.
Он отпустил своего пухлого сына, которого держал на руках, и поднял руку, чтобы стереть слезы с ее бледного, как нефрит, лица.
— Хорошо, я сурово накажу этих зловредных рабов.
— Господин, эти зловредные рабы не только в последние дни смеялись над Чжоу-гэ, они и раньше презирали Чжоу-гэ, открыто смеялись над ним, но… — Наложница Ли снова покраснела, сказав это, — Я уже просила мадам доложить об этом и разобраться. Я надеюсь, мадам не отпустит этих зловредных рабов легкомысленно, иначе рано или поздно эти зловредные рабы осмелятся притеснять господ.
Услышав, как наложница Ли без тени смущения подливает масла в огонь госпоже, Вэй Юньчжоу внутренне вздохнул. Он думал, что наложница Ли — человек без каких-либо уловок или скрытых мотивов, но теперь оказалось, что это не так.
Хотя Поместье герцога Вэй уже не было таким блистательным, как раньше, правила там всегда были превосходны, и оно было известно во всей столице. Когда знатные семьи столицы вспоминали Поместье герцога Вэй, первое, что приходило им на ум, — это отличные правила и этикет Поместья герцога Вэй.
Герцог Вэй обычно не уделял особого внимания делам заднего двора. Он не ожидал, что мадам позволит зловредным рабам насмехаться над юным господином. Как это могло быть при правилах Поместья герцога Вэй!
Сейчас единственное, чем могло похвастаться Поместье герцога Вэй, — это правила и этикет. То, что госпожа герцога осмелилась пренебречь правилами и этикетом поместья, вызвало у герцога Вэй крайнее недовольство.
Герцог Вэй позвал управляющего Цяня. Сначала он сурово отчитал его, обвиняя в том, что тот плохо управляет слугами поместья, позволяя этим дерзким и безрассудным слугам насмехаться над юным господином Поместья герцога Вэй. Неужели это подготовка к бунту!
Управляющий Цянь, как главный управляющий Поместья герцога Вэй, всегда пользовался доверием и уважением. Однако это дело вызвало у герцога Вэй разочарование.
Герцог Вэй прекрасно понимал, что управляющий Цянь не мог не знать об этом. Но он не только выбрал скрывать это, но даже намеренно потворствовал развитию такого поведения. Несомненно, это было серьезным нарушением его запретов.
Управляющий Цянь давно слышал о том, что слуги поместья насмехаются над восьмым юным господином. Просто видя, что восьмой юный господин не пользовался особой любовью, он не придал этому значения, считая, что это всего лишь болтовня между слугами.
Герцог Вэй, хмурясь, суровым голосом сказал:
— Ты, как управляющий Поместья герцога Вэй, потворствуешь этим слугам, которые так бесцеремонны, дерзки и безрассудны, обсуждая господ и насмехаясь над юным господином! Ты действительно очень разочаровал меня!
Столкнувшись с суровой отповедью герцога Вэй, управляющий Цянь только тогда осознал, что это дело серьезнее, чем он себе представлял. Он не мог не запаниковать, его спина промокла от холодного пота.
Он поспешно попросил у герцога Вэй прощения, моля дать ему шанс. Он обязательно тщательно расследует это дело.
Герцог Вэй поручил управляющему Цяню выяснить, какие дерзкие и безрассудные слуги смеялись над восьмым юным господином Поместья герцога Вэй. Всех, кого найдут, продать с молотка, даже рожденных в семье рабов — выгнать из поместья.
Он также велел управляющему Цяню отправиться в главный двор и передать госпоже то, что он только что сказал, чтобы госпожа тщательно расследовала слуг главного двора. Что касается старой госпожи, он сам поговорит с ней завтра.
Управляющий Цянь принял приказ и почтительно вышел из Сада Зеленого Бамбука.
На этот раз он проявил беспечность, забыв, что Поместье герцога Вэй всегда ценило правила и этикет. Кроме того, каким бы непопулярным ни был восьмой юный господин, он все же сын герцога, маленький господин поместья. Как герцог мог позволить слугам унижать восьмого юного господина? Это была его оплошность, и впредь он ни в коем случае не должен пренебрегать восьмым юным господином.
Управляющий Цянь отправился в главный двор повидаться с мадам и слово в слово передал слова герцога Вэй.
Услышав это, мадам почувствовала укол в сердце. Она действительно упустила этот момент из виду. Она велела управляющему Цяню передать герцогу Вэй, что она тщательно проверит задний двор и ни за что не допустит повторения подобного.
Передав слова герцога Вэй, управляющий Цянь вернулся в передний двор, чтобы расследовать это дело.
В Саду Зеленого Бамбука наложница Ли, увидев, что цель достигнута, больше не возвращалась к этому вопросу, а вместо этого начала льстить герцогу Вэй.
Не смотрите на то, что наложница Ли обычно говорит грубо, думая, что она не умеет говорить красивые слова. Она была из семьи богатого торговца. До того, как войти в Поместье герцога Вэй, она управляла несколькими лавками для своей семьи. Как она могла не уметь говорить? Говорить с людьми по-человечески, а с призраками — по-призрачному — это самый базовый навык торговца.
Раньше она не удостаивала герцога Вэй вниманием. Если бы не ее сын сегодня, она бы не устроила этот спектакль.
Вэй Юньчжоу, подражая наложнице Ли, с невинным выражением лица похвалил герцога Вэй за его могущество.
Герцог Вэй, выслушивая их слаженную хвалу, естественно, чувствовал себя весьма довольным. Особенно когда он видел их материнское и сыновнее обожание и восхищение, он чувствовал себя еще более гордым.
Всего за это короткое время Вэй Юньчжоу понял, что его «бесценный отец» тщеславен, ценит правила, обладает некоторым умом и вовсе не является полным дураком.
«Бесценный отец» не был глупцом, что заставило Вэй Юньчжоу почувствовать облегчение. Он искренне боялся, что его «бесценный отец» совсем не имеет мозгов.
Наложница Ли усердно подкладывала герцогу Вэй еду и наливала вино.
— Господин, это блюдо, которое вы любите. Ешьте больше.
Герцог Вэй мягко сказал:
— Ты тоже садись и ешь.
У наложницы, с которой он обедал, герцог Вэй не требовал столько правил и этикета.
— Благодарю, господин. — Наложница Ли села рядом с герцогом Вэй.
Вэй Юньчжоу немного неуклюже подцепил кусочек жареного гуся и положил его в миску герцога Вэй. Он немного смущенно, но заискивающе улыбнулся герцогу Вэй:
— Папа, жареный гусь очень вкусный, съешьте еще. — Сказав это, он подарил своему «бесценному отцу» послушную, милую и немного тревожную улыбку.
Герцог Вэй посмотрел на жареное мясо в миске, затем на своего немного нервного младшего сына. С мягким выражением лица он поднял кусочек жареного гуся и съел его.
Увидев, что герцог Вэй съел жареного гуся, которого он ему подложил, лицо Вэй Юньчжоу озарилось яркой, счастливой улыбкой.
— Вкус неплохой. — Жареный гусь из ресторана Таотиэ, лучшего ресторана столицы, был фирменным блюдом, и вкус, естественно, был превосходным. Повара Поместья герцога Вэй не могли приготовить такой вкусный жареный гусь.
— Тогда, папа, ешьте больше. — Вэй Юньчжоу радостно снова подложил герцогу Вэй кусочек жареного гуся.
— Господин, Чжоу-гэ больше всего любит жареного гуся, он никогда не делится им ни с кем, даже со мной, а сейчас он сам подложил вам жареного гуся. — Наложница Ли намеренно приняла вид ревности, — Похоже, господин, вы для Чжоу-гэ важнее, чем я, его наложница.
— Чжоу-гэ проявляет ко мне сыновнюю почтительность. — Герцог Вэй сегодня впервые обнаружил, что его младший сын, хоть и немного пухлый и робкий, на самом деле очень восхищается своим отцом и проявляет к нему сыновнюю почтительность.
Вэй Юньчжоу послушно сказал:
— Я буду хорошо относиться к папе.
— Папа знает, что Чжоу-гэ — послушный ребенок.
Будучи похваленным, Вэй Юньчжоу счастливо улыбнулся, его узкие глаза превратились в полумесяцы.
Видя, что его младший сын так счастливо улыбается от его похвалы, сердце герцога Вэй смягчилось. Он протянул руку и подложил своему младшему сыну кусочек жареного гуся.
— Ешь.
— Спасибо, папа. — Вэй Юньчжоу с полным счастья видом принялся есть.
Герцог Вэй снова подложил наложнице Ли кусочек жареного гуся:
— Ты тоже ешь.
Наложница Ли с благодарностью сказала:
— Спасибо, господин. — Съев жареного гуся, которого ей подложил герцог Вэй, она с видом хвастовства рассказала герцогу Вэй о желании Вэй Юньчжоу учиться и стать великим чиновником.
Сегодня вечером она пригласила герцога Вэй в Сад Зеленого Бамбука, во-первых, чтобы добиться справедливости для сына, а во-вторых, чтобы обсудить вопрос обучения сына.
http://tl.rulate.ru/book/181538/17090864
Готово:
